Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Симмонс Дэн - Страница 691

– Очень удобно, – согласился Бедекер, пристегиваясь.

Дейв взялся за ручку управления, левой включил зажигание. При взгляде на все эти рычаги, педали и прочее Бедекер содрогнулся, совсем как двадцать лет назад, когда летал на проклятых «вертушках». Рулить лунным модулем «Аполлона» было и то легче, чем военным вертолетом.

Под рев турбин закрутились гигантские сорокавосьмифутовые лопасти.

– Йо-хо! – завопил Дейв.

Приборы на панели достигли нужной отметки, несущие винты раскрутились до максимума. Дейв вытянул рычаг, и допотопная трехтонная махина зависла в пяти футах над полосой.

– Готов посмотреть короткий путь? – прозвучал в наушниках механический голос приятеля.

– Валяй! – усмехнулся Бедекер.

Хмыкнув, Дейв что-то проговорил в микрофон и уверенно взмыл на восток.

Оба дня в Сан-Франциско было дождливо и холодно. По просьбе Мэгги остановились в отреставрированной старой гостинице неподалеку от Юнион-сквер. В тускло освещенных коридорах пахло краской, душ весьма неудобно помещался над громоздкой ванной с массивными подпорками в виде звериных лап, и вдобавок повсюду торчали ничем не прикрытые трубы противопожарной системы. Бедекер и Мэгги по очереди приняли душ – смыть ароматы двух суток в поезде, прилегли поспать, вместо этого занялись любовью, снова сбегали в душ и отправились изучать окрестности.

– Никогда здесь раньше не была, – счастливо улыбалась Мэгги. – До чего красиво!

По шумным тротуарам сновали театралы и влюбленные парочки – все больше однополые. Неоновая реклама над головой обещала всевозможные наслаждения разной степени порочности. Ветер пах морем и выхлопными газами. Канатные трамваи закрыли на ремонт, ближайшие такси оказались занятыми, других было не дождаться. Автобусом Бедекер и Мэгги добрались до Рыбацкой пристани и молча бродили, пока слякоть и травмированная лодыжка не загнали их в ресторан.

– Дороговато, – заметила Мэгги, отложив вилку, – но устрицы чудо как хороши.

– Ага, – поддакнул Бедекер.

– Ричард, в чем дело?

Он помотал головой.

– Ни в чем.

Мэгги терпеливо ждала.

– Просто думаю, как затяжной уикенд отразится на твоей учебе. – Он разлил вино по бокалам.

– Неправда. – В отблесках свечей глаза девушки казались бирюзовыми. Загар не скрывал обгоревших щек. – Скажи как есть.

Бедекер окинул ее долгим взглядом.

– Не могу забыть, как Томми отмочил эту штуку в горах, – признался наконец он.

Мэгги усмехнулась.

– Иначе говоря, скакал голым на камне в грозу с шестом в руках? Ты про это?

Бедекер кивнул.

– Мог ведь погибнуть.

– Вполне, – согласилась Мэгги. – Не зря же он поминал всех богов всуе, только с последним переборщил… – Она осеклась, заметив серьезное выражение его лица. – Ну хватит, все же обошлось. Что без толку думать?

– Меня беспокоит не его поведение, а мое, – пояснил Бедекер.

– Твое? – удивилась Мэгги. – Ты же ничего не делал.

– Вот именно! – Он залпом осушил бокал и плеснул новую порцию вина. – Ничего.

– Отец Томми вмешался раньше, чем мы успели что-либо предпринять.

Бедекер снова кивнул. Женщины за соседним столиком громко смеялись неведомой шутке.

– Ясно, – протянула Мэгги. – Опять все сводится к Скотту.

Бедекер вытер руки красной льняной салфеткой.

– Не знаю… Просто Том Гэвин понял, что сын творит глупость, и помешал трагедии.

– Угу, только малышу Томми сколько?.. Семнадцать, если не ошибаюсь, а Скотту стукнет двадцать три в марте.

– Да, но…

– И потом, Томми был в двух шагах, а Скотт в Пуне.

– Тем не менее…

– По-твоему, Скотту грозит опасность? Тогда чего ты молчал там, в Индии? Скотт большой мальчик, если ему нравится петь мантры и отдавать свои «обеденные» деньги бородатому козлу с комплексом Иеговы, то вправлять ему мозги надо было на месте. Проблема не в Скотте, а в том, что твоя сраная жизнь тебя устраивает, Ричард Бедекер! – Мэгги сделала большой глоток из бокала. – Господи, Ричард, иногда ты ведешь себя как полный… – Она вдруг икнула, не договорив.

Бедекер протянул ей стакан с водой. Мэгги посидела с минуту, потом открыла рот и снова икнула. Они оба засмеялись. Дамы за соседним столиком укоризненно поджали губы.

На следующий день в парке «Золотые ворота», стоя под купленным по случаю зонтиком, они смотрели, как высокие оранжевые колонны прячутся и снова возникают из низких облаков.

– Ричард, пока вопрос со Скоттом открыт, нет смысла, наверное, говорить о нашем будущем? – спросила Мэгги.

– Не знаю, пусть пока идет как идет. На неделе решим что-нибудь.

Мэгги смахнула дождевую каплю с носа.

– Я люблю тебя, Ричард, – впервые сказала она.

Утром, когда Бедекер проснулся, солнце вовсю светило в окно, с улицы доносились звуки большого города. Мэгги в номере уже не было.

Они летели на восток, потом на север, снова на восток, поднимаясь над взбирающимся в горы лесом.

– Разве по регламенту здесь не полагаются кислородные маски? – спросил Бедекер, когда стрелка альтиметра замерла на отметке в восемь с половиной тысяч футов.

– Еще как полагаются. Если давление в кабине резко падает, маски вываливаются из специального шкафчика прямо на голову. Натягиваешь на рыло и дышишь себе. А если у тебя на коленях ребенок, быстро расставляешь приоритеты, кому дышать, а кому нет.

– Спасибо, успокоил. – Бедекер выглянул в иллюминатор. – Это Маунт-Худ?

Вулкан давно маячил на горизонте и теперь громадным конусом нависал слева. Покрытая снегом вершина возвышалась над ними без малого на две тысячи футов. Тень вертолета быстро скользила по верхушкам деревьев внизу и впереди.

– Ага, – подтвердил Дейв, – а вон Тимберлайн-Лодж, где снимали «Сияние».

Бедекер промычал в ответ что-то невразумительное.

– Ты не видел фильм? – раздался в наушниках недоверчивый голос Дейва.

– Нет.

– А книгу читал?

– Тоже нет.

– Вообще не читал Стивена Кинга?

– Нет.

– Господи, Ричард, с твоим-то багажом не знать современных классиков! Стенли Кубрика хоть помнишь?

– Его забудешь! – фыркнул Бедекер. – Ты же в Хьюстоне пять раз таскал меня на «Космическую одиссею».

Он ни грамма не преувеличил. Малдорф так впечатлился фильмом, что заставлял всю команду поочередно ходить с ним на сеансы. Перед самым полетом он всерьез вознамерился взять с собой сувенирный черный монолит только затем, чтобы якобы «откопать» его в лунной пыли. Монолиты, увы, оказались в дефиците, и Дейв утешался лишь тем, что центр управления будил астронавтов начальными аккордами «Так говорил Заратустра». Первое время Бедекеру даже нравилось.

– «Одиссея» – это шедевр, – авторитетно заявил Дейв, беря вправо и сбрасывая высоту. Внизу у горного озерца сгрудились палатки и трейлеры, полуденное солнце отражалось от подернутых рябью вод. Потом все исчезло, показался сосновый бор в потускневшем осеннем уборе, на юге и востоке виднелись пологие коричневые холмы. «Хьюи» летел на стабильных пяти тысячах, через орошаемые поля к пустынному плоскогорью. Дейв обменялся парой слов с авиадиспетчером, пошутил с кем-то из частного аэропорта к югу от Мопина и переключился на внутреннюю связь.

– Видишь реку?

– Ага.

– Это Джон-Дей. «Учитель» Скотта прикупил городишко к юго-западу отсюда. Тот самый, где пару лет назад отметился этот секс-гуру Раджниш.

Бедекер глянул на карту и кивнул. Потом расстегнул пуховик, налил кофе из термоса и протянул стаканчик Дейву.

– Спасибо. Кстати, порулить не желаешь?

– Не особо.

Дейв засмеялся.

– Ох, не любишь ты, Ричард, вертолеты.

– Не особо.

– В толк не возьму, с чего. Ты же летал на всем, что летает, включая все эти «кузнечики» с вертикальным взлетом, которые угробили столько народу. Откуда такая нелюбовь к вертолетам?

– В смысле, тебе мало того, что это самое опасное, ненадежное дерьмо, готовое в любой момент впечататься носом в землю? Назвать другую причину?