Фрирен – И даже умереть не успеть. Том 1 (СИ) - "Мимоход" - Страница 109

Температура тела у эльфов — пониженная.

Я бы предположил, по ощущениям, примерно 33–34°C, то есть на 2–4 градуса ниже, чем у человека. Это согласуется с замедленным метаболизмом, невосприимчивостью к холоду и физической устойчивостью без перегрева.

Пульс в эту теорию входит идеально.

Подозреваю, признаков тахикардии в стрессовых ситуациях от эльфов тоже можно не ожидать.

Даже дыхание, что я позволил себе измерить, когда «снимал данные» со лба — подтверждало это. Оно было медленное, поверхностное. Где-то 8–12 вдохов в минуту, если я прав. У людей это, если я правильно помню, 12–20.

Было, признаю честно, несколько неловко. Атмосфера была уж больно интимной: тишина, телесный контакт, свечи… И никакой реакции от эльфийки.

Чуть спешно, я просил у неё разрешения зайти через неделю. Получив же оное, вышел.

На этой базе мне, по идее, положены увольнения раз в неделю. Для этого, конечно, нужно согласие старших офицеров, но не думаю, что с этим возникнут проблемы.

А заодно достал свою записную книжку, вписав туда пункт проследить за тем, насколько быстро восстановится ранка на пальце эльфийки-воина.

«Это было… до невероятного просто», — вздохнул, успокаивая стучащее от восторга сердце.

Свою и Готфрида кровь я изучал. У меня есть данные — даже при себе. Но потеряв контакт с Крафтом — я и не надеялся получить в руки что-то настолько ценное, пока не встречу Фрирен. А там она… думаю, я бы смог уговорить её «поделиться телом», да…

Но от своих планов я не отказываюсь: воины и маги, подозреваю, могут иметь довольно значительные различия… назовём это «строение тел».

«Так, выводы?» — успокоил себя, входя в более прикладные течения мыслей.

К Крафту, несмотря на уважение, никаких чувств, что я мог бы охарактеризовать как «романтичные» — у Астрид не было. Это первое.

У них нет инстинктов, которые заставляют их размножаться, и они не испытывают особого сексуального влечения, если испытывают вообще — вот моя теория. Это второе.

Забота об эльфах, которых они знают, отличается от их заботы о непрерывном существовании своего вида. Даже вспоминая Фрирен, её предысторию с демонами и истреблением поселения эльфов…

Фрирен заботилась об эльфах в своей деревне. Она явно восприняла близко к сердцу то, что демоны убили их. Она начала их ненавидеть, да. Собственно, поэтому она решила посвятить свою жизнь их убийству.

По моей же теории — поэтому, из-за отсутствия заботы о своём виде, она никогда не пыталась найти другую деревню. Ее не волнуют эльфы как вид — ее волновали только те эльфы, которых она знала лично.

Фрирен и Крафт жили в одной хижине, пережидая суровую горную северную зиму, шесть месяцев. Они жили в той хижине шесть месяцев — и просто разошлись с коротким «встретимся ещё, авось».

Человек бы больше заботился о том, с кем делил комнату на неделю!

Ещё выводы?

Репродуктивные инстинкты обычно возникают из-за потребности произвести потомство до того, как закончится продолжительность жизни.

Поскольку продолжительность их жизни практически бесконечна или, по крайней мере, не имеет установленных пределов, у них нет этого инстинкта. Логично? Вроде да.

Популяция эльфов, вероятно, постоянно росла до геноцида, устроенного, если манга и смутные воспоминания относительно неё не врут, Королём Демонов, потому что, поскольку они не умирают, любой новый эльф, рожденный в этом случае, является дополнением к популяции. Но из-за геноцида, который как бы не был «естественным» явлением, они теперь вымирают.

Ещё любопытное наблюдение: Крафт ищет признания своих действий, доказательств того, что он был жив. Да, от Богини, которую, я подозреваю, он застал ещё шагающей по тленной земле. Но вместо того, чтобы оставить семью в качестве доказательства, он ищет ее в загробной жизни.

Да, у него вроде как «роман» с Зери, но… я не заметил этого при разговорах о ней. Он вообще не особо хотел о других эльфах разговаривать, а я так-то культурный человек. И понимаю намёки.

Что же, возможно, эволюция пойдет своим чередом, и эльфы уйдут в прошлое. Это своего рода увлекательное наблюдение, если честно. И частично грустное — не хотелось бы терять такие монументальные, даже древние источники знаний.

«Ещё можно приплести то, что когда-то, в те времена, когда они ещё существовали, Астрид подрабатывала инквизитором», — прикинул я, — «Возможно, специализируясь на демонах. Вариант примечательный.»

А меж тем, я вышел на улицу. Начавшийся на обеде дождь вновь напомнил о себе — моросило. Холодный воздух слегка остудил разум и тело… Идти в бордель перехотелось — я всё же не знаю кто тут отвечает за, назовём это так, качество.

Молодое тело даёт знать о себе. Особенно после довольно тесного контакта с эльфийкой. Идеальной лицом и… характером, стройных и скромных форм, гармоничной за шаг до эффекта зловещей долины.

Чёрт, мне девушка нужна, похоже. А то так я скоро даже алхимией заниматься не смогу!

* * *

В городе я находился ещё час с чем-то.

Отправил письмо тому же священнику, что и в прошлый раз, с контрактом на те же услуги: осмотр и помощь моей «приёмной» семье, старику Коху и некоторым адекватным деревенским. И команду авантюристов слабенькую. На зачистку лесов вокруг деревни.

Всё же деньги уже имеются: и проценты из Столицы капают, и вторая Мастерская, за которой следит довольно верный старик-алхимик с Готфридом, начала работу. Да и местные уже начали закупаться у меня алхимией.

Надо начать популяризировать жвачку — пришло как раз письмо от Готфрида. С запросом на равное соавторство изобретения. Заодно, с выученным у меня шифром, оптимальный рецепт пороха, который он смог вывести.

Результаты совпадали с моими мыслями.

Отослал ему письмо уже с моими размышлениями и наработками. Шифровка простая, чуть ли не базовая для моего мира. Шифр Агриппы называется.

Обмен с письмами с Вебером тоже прошёл как надо. Узнал новости с западного фронта: идут довольно легко. Пишет про бой Героя Юга против Семи Мудрецов Разрушения. Герой Юга мёртв.

«Ожидаемо», — тяжело вздохнул, подняв голову на потолок помещения. Почтовая служба в этом мире медленная, но довольно стабильная. И государственная. Благо, судя по всем мелочам, о которых мы с Готфридом договаривались, до моей почты никому дела не было.

Значит, можно вычёркивать из списка наиболее сильных демонов трёх из (некогда) Семи Мудрецов. Добавим к ним Кваля, который недавно истребил под ноль подкрепление к Третьему Корпусу, что должно было убить его «по пути».

Буйствовал он там недолго, но очень ощутимо, положив почти половину всех боеспособных сил района, пока не подошли более подготовленные отряды из Третьего и Четвёртого… и то лишь для того, чтобы сдержать его — уж больно его Зольтраак был смертоносным.

Защита магов этой эпохи строиться на физических барьерах. Зольтраак, «Заклинание Убийства Людей», пробивало любую защиту, убивая бойцов на месте.