"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Сухоруков Андрей - Страница 493

Когда я зашел в один из поворотов, то столкнулся с высоким мужчиной. Тут же я направил руки вперед, активируя «Печать Разрушающей Волны», но атаку я не закончил, потому что, несмотря на незнакомое лицо человека, я услышал очень даже знакомый голос.

— Джин? Что ты тут забыл, младший?

Глава 23

Я с недоверием посмотрел на человека передо мной, его лицо было незнакомым, но голос… Это был голос человека, что швырял в меня ножами при первой нашей встрече. Будто это было в другой жизни, настолько много всего произошло с того момента.

— Мастер Гилрон? — спросил я, все еще не веря своим глазам.

Человек улыбнулся и провел рукой около своего лица. В тот же миг его черты начали изменяться, словно вода, текущая по камню. Через мгновение передо мной стоял тот самый мастер Гилрон, которого я знал.

— Джин, друг мой, — тепло произнес он, и в его глазах я увидел искреннюю радость. Да, сейчас он просто не мог меня называть учеником, ведь моим учителем этот мужчина перестал быть в один очень печальный для него день. — Я очень рад тебя видеть.

Он похлопал меня по плечам, и я почувствовал себя тем самым неопытным учеником, которым был, когда едва ступил на порог школы «Лунной Поступи», воспоминания вереницей пронеслись в моей голове, заставив ностальгически вздохнуть. Но Гилрон быстро изменился в лице, став серьезнее.

— Увы, сейчас не время для долгих разговоров и теплых встреч, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Тебе лучше покинуть это место, Джин. Здесь слишком опасно.

Может, мне бы и хотелось, ибо предчувствие настойчиво говорило о том, что чем глубже я спускаюсь, тем ближе смертельная опасность, но…

— Я не могу уйти, мастер, — твердо сказал я. — Меня сюда привела воля Неба. Я должен изменить предначертанную мне судьбу, и потому не сверну с пути.

Гилрон усмехнулся, его глаза блеснули чем-то, похожим на гордость. Мужчина явно был доволен моими словами и моей решимостью.

— Как забавно играет с нами Небо, — задумчиво произнес он. — Мы сблизились и разошлись во время задания с кровавым культом, и вот снова встретились из-за него же, — он помолчал мгновение, а затем спросил: — Что ж, Джин, не окажешь ли ты мне услугу и не станешь моим напарником в этом деле снова?

Я не смог сдержать улыбку.

— Сочту за честь, мастер, — ответил я. — Но только в этот раз приманкой не буду.

Гилрон оглядел меня с ног до головы, и я почувствовал, как его взгляд оценивает мою ауру, мою силу.

— Ты почти догнал меня на ступенях Возвышения, — с легким удивлением произнес он. — Мы почти равные, так что я даже не совсем могу называть тебя младшим.

— Это неважно, мастер Гилрон, — искренне сказал я. — Вы все равно останетесь для меня старшим, даже если когда-нибудь перегоню вас.

Гилрон решительно кивнул мне, и мы двинулись вперед по темному коридору. Наши шаги были почти бесшумными, но мне казалось, что мое сердце стучит так громко, что его можно услышать даже сквозь звуки битвы, доносящиеся сверху.

— Маскировка нужна мне, чтобы отследить предателей, уничтоживших «Лунную Поступь», — тихо рассказывал Гилрон, пока мы осторожно продвигались вперед. — Но внезапно появился культ крови. И, несмотря на мою жажду мести, мы должны остановить их. Это угодно Небу больше, чем моя личная месть.

Я кивнул, понимая его чувства. Месть — это то, что может затмить разум, но долг перед Небом и людьми важнее.

Внезапно перед нами показалась большая каменная дверь. Я никогда не видел ничего подобного. Вся ее поверхность была покрыта сложными узорами и символами, которые, казалось, двигались и пульсировали. От двери исходила зловещая аура, от которой у меня по спине пробежал холодок.

— Защитная формация на основе кровавой Ци, — с некоторой досадой пробормотал Гилрон, внимательно изучая дверь. — Я не думал, что они возведут такую защиту. Взломать без специального артефакта невозможно, а разрушить… Я могу это сделать, но тогда вся скрытность пойдет псу под хвост.

Я подошел ближе к двери, чувствуя, как от нее исходит почти осязаемая волна темной энергии. Символы на ее поверхности напоминали древние руны, но были искажены, словно написаны кровью. Я видел, как тонкие нити кровавой Ци переплетаются, образуя сложную сеть, которая, казалось, питала всю формацию.

— Позвольте мне, старший, — сказал я, доставая из пространственного кармана три небольших клинка.

Гилрон с интересом наблюдал, как я начал работать. Эти клинки были особенными — каждый из них был создан для взлома определенного уровня формации. Я выбрал самый тонкий, с удлиненным острым лезвием, с него обычно стоило начинать.

Осторожно, словно художник, рисующий на холсте, я начал вводить клинок в невидимые для обычного глаза щели между потоками кровавой Ци. Каждое движение требовало предельной концентрации — одно неверное касание, и вся формация могла обрушиться на нас как на нарушителей.

Пот выступил на моем лбу, когда я почувствовал, как клинок начинает резонировать с энергией формации. Медленно, очень медленно, я начал поворачивать его, словно ключ в замке, а тем временем шевельнул пальцами другой руки, подключая к работе в разных местах остальные два клинка. Они взмыли в воздух и впились в формацию. Я чувствовал, как сопротивляется кровавая Ци, как она пытается оттолкнуть мои клинки.

Внезапно раздался тихий щелчок, и часть символов на двери погасла. Я быстро перешел к следующей точке, используя второй клинок. Этот был толще, с зазубренным лезвием. Если раньше он держался лишь кончиком, то теперь вошел в формацию, словно нож в масло, и я начал осторожно раздвигать потоки энергии.

Последний клинок был самым сложным. Его лезвие было покрыто мельчайшими рунами, которые начали светиться, когда я поднес его к двери. Я закрыл глаза, полностью погружаясь в ощущения. Теперь я мог чувствовать каждый изгиб формации, каждый узел кровавой Ци.

Медленно, очень медленно, я начал распутывать этот сложный узор. Это было похоже на игру в кошки-мышки с самой судьбой — один неверный шаг, и все могло рухнуть, тогда культисты узнают, что кто-то идет к ним. Но с каждым движением клинка я чувствовал, как формация слабеет.

Наконец, когда казалось, что прошла целая вечность, я услышал последний щелчок. Символы на двери вспыхнули в последний раз и погасли. Дверь медленно, со скрипом, начала открываться.

Я отступил назад, чувствуя, как дрожат мои руки от напряжения. Гилрон положил руку мне на плечо, и в его глазах я увидел одобрение.

— Прекрасная работа, Джин, — сказал он. — Ты, действительно, сильно вырос за это время.

Я кивнул. Ну вот, можно же вот так говорить. И мне приятно, и человек язык не потерял. Не то что старик Вэй. Тот бы точно меня начал упрекать, что я действовал недостаточно быстро и заставил его ждать.

Наше внимание быстро переключилось на открывшийся проход. За дверью виднелась лестница, ведущая еще глубже под арену.

— Времени мало, — предупредил Гилрон, его голос стал серьезным. — Если ты пойдешь со мной дальше, Джин, пути назад не будет.

— Я готов, мастер, — твердо сказал я.

Отступать не было смысла. И, даже если оракул меня обманула, и вместо того, чтобы указать путь, где я избегу смерти, наоборот, подтолкнула меня к ней… Что ж, я встретил мастера Гилрона, и интуиция подсказывала мне, что я на верном пути, а значит, остальное не так уж и важно.

Мы начали спуск, стараясь держаться в тенях. Лестница, казалось, вела в самые недра земли. Воздух становился все тяжелее и влажнее, а звуки битвы сверху теперь казались далеким эхом.

Наконец, лестница закончилась, и мы оказались перед входом в огромный зал. Осторожно, почти не дыша, мы выглянули из-за угла.

То, что я увидел, заставило меня застыть на месте. В центре зала стоял человек, окруженный странным красноватым сиянием. Вокруг него, словно в причудливом танце, парили различные предметы — я насчитал их двадцать. Среди них был древний гребень, покрытый рунами, небольшой кинжал с рукоятью из черного камня, старинное бронзовое зеркало с потускневшей поверхностью и несколько других артефактов, от которых исходила тяжелая, зловещая аура.