Непокорная попаданка. Снять метку (СИ) - Минц Мария - Страница 44

– Не хочу! – возразила я, но в глубине души с облегчением выдохнула. Протест, который поднялся во мне, не был похож на то, что я испытала. Это чувство было нормальной реакцией на то, с чем я была не согласна, – я ещё не закончила с дневником Вивиан, вот!

– Один час ничего не решит, – хмыкнул Рейнард, – вы всерьёз намерены и дальше мне сопротивляться?

– Я… – слова вдруг застряли в горле.

Одним неуловимым движением Рейнард перехватил меня за талию. Перед глазами всё закружилось, я взвизгнула и успела только понять, что потолок и стены почему-то поменялись местами!

В следующее мгновение я уже обнаружила, что лежу навзничь на кровати, а Саторро нависает надо мной, придавливая мои руки к покрывалу!

Сердце заколотилось, как безумное!

– Что вы делаете? – гневно забилась я в его хватке. Бесполезно! Она была стальной, – Вы что задумали?

– Понял, что иначе вас не заставишь следовать моему приказу, – хмыкнул в ответ Саторро, перевёл взгляд на мои руки и вдруг посерьезнел.

– Алина, – отрывисто спросил он, – что это такое?!

Тут же метку Арчибальда пронзила обжигающая боль.

Глава 53

Боль в руке была такой сильной, что у меня вырвался невольный вскрик. Я будто бы прикоснулась к раскалённой плите или напоролась на железный прут!

Не проронив ни слова, Саторро аккуратно повернул злополучную руку так, чтобы видеть внутреннюю поверхность запястья.

Я немедленно заёрзала и изо всех скосила глаза так, чтобы не выпускать ничего из виду.

Первое, что я увидела – метку Арчибальда. Дракон по-прежнему скалился, по нему всё так же юркали ярко-зелёные искры. Боль не утихала, и меня это очень напрягло.

Может, Арчибальд что-то задумал?

Или…

Меня охватил липкий страх.

А что, если он пытается через метку как-то навредить мне? Или Саторро?

Тем временем, последний напряжённо вглядывался в рисунок, не особо обращая внимания на мои ёрзания.

Меня это обидело.

– Господин Саторро, ещё чуть-чуть, и я решу, что вы так соскучились по Арчибальду, что рады даже такому напоминанию о нём, – ехидно сказала я.

Ну, не признаваться же ему в открытую, что такое его близкое присутствие меня не напрягает, а наоборот, очень нравится. Правда, поза, в которой мы находимся, уж слишком двусмысленная, и…

Мысль, последовавшая за этим “и”, был такой развязной, что у меня вспыхнули щёки, и я разозлилась только сильнее.

Саторро мельком взглянул на меня. Его правая бровь приподнялась.

– А вы сами не замечаете ничего необычного? – вкрадчиво спросил он.

Я честно всмотрелась в метку. Сначала хотела ответить категорическим “нет”, но потом до меня дошло, что он имеет в виду.

Из-под метки Кирро как будто бы проступали очертания ещё одного рисунка. На коже виднелись завихрения бледно-розовых линий, абсолютно незаметных на первый взгляд.

Сначала я подумала, что это царапины, но чем больше вглядывалась, тем четче понимала: нет. В том, как они переплетались между собой, была определённая система.

Это же…

– Это рисунок! – ахнула я. Сердце взволнованно забилось.

– Верно, – кивнул Саторро. Он рывком отстранился от меня и поднялся. Я ощутила укол досады, но он не дал мне как следует огорчиться в глубине души. Просто наклонился, взял меня под локоть и поднял с кровати.

От такого движения голова закружилась. Я покачнулась, но упасть мне Рейнард не дал. Придержал за спину, не дав вновь рухнуть на кровать.

Другой рукой опять схватил моё запястье с меткой.

– Впервые вижу такое, – сказал он, беззастенчиво поворачивая мою руку туда-сюда. От его прикосновений по спине галопом неслись мурашки, а сердце колотилось, как бешеное.

А он, кажется, вообще ничего не замечал!

– Какое – такое? – рискнула спросить я. От волнения горло пересохло, и голос получился сиплым.

– Когда что-то проявляется под меткой, – пояснил Саторро, – обычно, когда она проявляется, то крепко впечатывается в кожу, и всё. Никаких других посторонних узоров или надписей рядом. А здесь… я не знаю, как это охарактеризовать.

– Может, просто подождать, пока само пройдёт? – предложила я.

А что? Любимый аргумент любого, перед кем замаячила перспектива тащиться ко врачу!

Однако Саторро упрямо мотнул головой.

– Не отходите от меня далеко, Алина, – распорядился он, – я хочу разобраться, что это за штука. Тем более… – и вдруг он осёкся.

– Тем более? – жадно переспросила я. Сердце вдруг замерло в предвкушении, а я ощутила, что стою на пороге чего-то важного. Словно Рейнард сейчас скажет что-то очень важное.

Или ободряющее…

Но Саторро мне такого удовольствия не доставил.

– Не важно, – бросил он, отпуская меня, – просто будьте неподалёку так, чтобы я в любой момент мог вызвать вас к себе.

Ох, зря он это сказал! В голове тут же закружилась тьма всяких глупостей, и я ожесточенно замотала головой, чтобы избавиться от них.

– Совсем недавно вы упомянули дневник Вивиан, – отрывисто сказал Саторро и словно вновь стал прежним – суровым и неприступным герцогом, – что вам удалось выяснить?

– Ах, да! – вспомнила я, – Секунду!

Выхватила дневник из-под подушки, лихорадочно пролистала в поисках нужного места.

Попутно с неудовольствием заметила, что пальцы у меня дрожат – буквально в такт бешено колотящемуся сердцу.

Нашла!

– Вот, смотрите, – сунула Рейнарду раскрытую книжечку, – ничего странного не замечаете?

Саторро приподнял бровь, но молча вынул дневник сестры из моих рук и бегло пробежал глазами по страницам.

– “Нефелия всегда знает, как приготовить знаменитый варнашарский гуляш. Она приглашает меня к себе в начале зимы – на посиделки. Мы будем готовить каладжики, гадать на картах и веселиться…” и что вам тут не нравится?

“Ещё бы знать, что такое каладжики”, – чуть не брякнула я, но вслух сказала другое:

– А вас всё устраивает? Это же бессмыслица!

Рейнард нахмурился. Его глаза вновь скользнули по строчкам.

– И самом деле… – протянул он, – первая строчка звучит странно.

– Именно! – щёлкнула я пальцами, – Зачем бы Вивиан писать очевидную истину про гуляш? Если Нефелия и впрямь его так хорошо готовит.

Саторро не прекращал хмуриться.

– Ну, предположим, – медленно проговорил он, чётко разделяя слова, – и какой же вы сделали из этого вывод?

Я торжествующе взглянула на него, ощутив прилив небывалого азарта.

– Прежде, чем делать выводы, посмотрите сюда! – сказала я и демонстративно провела пальцем по едва заметным остаткам недостающей страницы.

Рейнард тоже приложил палец к срезу, и вдруг в его глазах вспыхнул огонь.

– Чувствуете? – деловито спросила я, – Здесь была ещё одна страница. На ней точно есть какая-то информация, которая может иметь отношение к исчезновению Вивиан! Ну, или по крайней мере, разъяснить непонятки с написанным в её дневнике.

– А вы молодец, Алина, – неожиданно сказал Саторро, пристально разглядывая дневник. От этой неожиданной похвалы я вспыхнула и потупилась, – увидели то, что ускользнуло от моего внимания! Но где же тогда эта страница?

Мой ликующий настрой тут же поутих. Я покаянно развела руками.

– Пока не знаю, – вздохнула я, – её ещё предстоит найти…

– А может, и не предстоит, – перебил меня Саторро, и в его тоне вдруг тоже скользнули торжествующие нотки. Я потрясённо уставилась на него.

Он прищурился.

– Смотрите внимательно, – велел он и прижал ладонь к раскрытому дневнику Вивиан.

В следующую секунду произошло то, что заставило меня вскрикнуть от изумления.

Глава 54

Страницы под пальцами Рейнарда засветились ярко-голубым. Герцог медленно приподнял руку, и стало понятно, что светится… воздух?

Что?!

– Что вы делаете? – сдавленным от волнения голосом спросила я, но он властно накрыл мою ладонь своей и слегка сдавил, как бы показывая, что сейчас надо помолчать.