Дикие земли (СИ) - Фаатович Иван "Wisenheim" - Страница 3

Началось! Порой мне кажется, будто нравы у них хуже, чем у орков. Ой, несладко с ними придётся Аджиту! Меня-то они послушают беспрекословно, всё-таки маг, к тому же с перстнем власти. Он же для них — более слабый собрат. Пока не докажет обратного.

— Да, но слабак здесь ты, — оскалился Аджит.

Сзади меня заливисто расхохоталась парочка гремлинов и тут же подавилась смехом, поймав недобрые взгляды клыкастых воинов. Тот, что рискнул перечить командиру уже выхватил все четыре сабли, готовясь защищать уязвлённую гордость. Менталитет, что тут скажешь…

—!

Аджит тоже не терял времени. Обнажив клинки, он недобро сощурился и шагнул к противнику. Тигр сошёлся со львом. Миг, их силуэты смазались, в воздухе замелькали сабли. Лязг металла резанул по ушам, четыре руки с каждой стороны так и порхали, нанося страшные удары и тут же парируя ответные. Вдруг, Кшатрии на секунду замер и в это же мгновение все его сабли полетели в стороны, а лезвие клинка Аджита уткнулось прямо в глотку оппонента.

— Ещё раз решишь оспорить волю господина, и я снесу тебе башку. Это касается каждого из вас, шакальи отродья! — рявкнул ракшас, обводя взглядом остальных. Теперь-то они смотрели на него с уважением. Доказал.

Аджит убрал сабли и обратился к поверженному противнику.

— Если в твоей душе вновь взыграет гордость, вспоминай ту секунду, когда я пощадил тебя.

— Признаю, ты достоин, — прорычал тот и, развернувшись, добавил тише, — шайтанов иллюзионист.

Что ж, теперь, когда сомнений в авторитете командира у новобранцев не осталось, я мог продолжить обход замка. Следующим пунктом программы стояла Волшебная пещера желаний, что пристроилась в уголке у самой дальней стены крепости. Магия джиннов скрыла её от всеобщих глаз, закрыв иллюзией небольшого каменного выступа под лестницей. Если бы карта не подсказывала мне её местоположение, в жизни бы не обнаружил. С виду, стена как стена. Даже на ощупь! Однако, стоило лишь сильнее надавить, как рука проваливалась в густой волшебный туман. Смело шагнув сквозь иллюзию, я оказался перед небольшой пещерой, окруженной низким кустарником. Туман стелился по земле, затекал в зёв тоннеля и неестественно полз прямо по стенам и потолку. Открыв настройки призыва, я тяжело вздохнул. С моим уровнем «мастера сотворения» поменять джиннов не представлялось возможным. Разве что усилить невидимость и слегка повысить характеристики. Остальные умения этих существ стоили крайне дорого, восьмой ранг, как-никак…

Как только я нажал кнопку найма, в глубине пещеры кто-то расхохотался. Из прохода повалил дым, словно там внутри что-то горело и вскоре оттуда выплыл мощный, мускулистый мужик в чалме и расшитой золотом безрукавке. Штанов, разумеется, не было, как и ног — вместо них хвост из магических частиц. За джинном по воздуху плыл кальян, который он и курил в данный момент. Эффектно, ничего не скажешь.

— И зачем надымил⁈ Не видно же ни черта теперь, тьфу! Показушник! — скрипучий старческий голос раздался откуда-то слева. А вот и второй.

— Умолкни, сморчок, — беззлобно огрызнулся мужик, затянувшись.

Я повернулся к источнику голоса. Там, на небольшом коврике с кисточками парил худосочный дедуля с длинной, седой бородой, свисающей едва ли не к самой земле. Кожа его имела тёмно-синий, почти чёрный цвет, из-за чего яркие, белые глаза сильно выделялись на лице.

— Приветствуем тебя, господин. Моё имя Фарид, а этого выпендрёжника зовут Арур. Магия наша к твоим услугам! — дедуля склонил голову. Мужик вынул мундштук изо рта и последовал примеру коллеги.

— Рад видеть вас в замке. Меня зовут Ренат Шер и пока что приказов не будет. Отдыхайте.

— Лишь позовите, и я приду, — прохрипел Фарид и рассыпался снопом золотых искр в воздухе. Второй джинн пожал плечами и уплыл обратно в пещеру. И кто из них показушник? Правильно, оба. Всё-таки, эта черта характера в какой-то мере присуща всем джиннам. Волшебные твари, что с них взять? Снаружи послышался топот маленьких ножек.

— Владыка! Владыка! Эй ты! Не видел его? Нет⁈ Да как же! — верещал чей-то писклявый голос, по всей видимости, принадлежавший какому-то гремлину. Никто другой в замке не величал меня «владыкой». Только зелёные коротышки.

— Я здесь! — крикнул я, покинув иллюзорный барьер волшебной пещеры.

Буквально через несколько секунд в поле моего зрения показался гремлин в покрытой разноцветными и довольно странными пятнами куртке и фартуке, полном различных заплаток. Он бежал ко мне, запыхаясь, и что-то кричал. Бедолага так торопился, что когда до меня ему оставалось каких-то двадцать шагов, он запутался в штанах и шлёпнулся на землю, оставшуюся часть пути проехав на пузе.

— Что-то случилось? — посмеиваясь, спросил я.

Гремлин, совершенно не обратив внимания на разбитый нос и содранную кожу с горящими от энтузиазма глазами схватил меня за руку и потащил куда-то за собой.

— Владыка, вы обязаны это увидеть! Это прорыв!

Из сумбурных обмолвок коротышки я догадался, что идём мы в лабораторию, которая предусмотрительно была мной вынесена за пределы цитадели, вместе с испытательными полигонами. Не хватало мне ещё тут взрывов на ровном месте и прочих «очень важных и занимательных опытов», по большей части представляющих из себя нечто в стиле «а что будет, если…»

Он протащил меня через ворота, свернул налево, обогнул полигон, оружейный цех и зашёл прямиком в химическую лабораторию. Там мы ловко прошли лабиринт из рабочих столов, заставленных различными железками непонятного назначения, колбочками и баночками, стеллажей с реагентами и прочих неизвестных вещей и добрались до места в дальнем углу лаборатории, отгороженного от остального помещения высокими деревянными перегородками. Там коротышка наконец-то отпустил мою руку и, порывшись на рабочем столе, взял клещи и гордо вынул на свет какой-то ярко-зелёный кристалл.

— Владыка, это настоящий прорыв! Взгляните! — он сунул мне «прорыв» прямо под нос.

— И что это такое? — спросил я, отступив на шаг от переполненного энтузиазмом гремлина. Внутренне, я чувствовал, что кристалл мне этот лучше руками не трогать. От него воняло серой, да и железные клещи, которыми он держал камешек, уже начали чернеть…

— Кислота! — гордо выпятил грудь он, пошевелив ушами, — Твёрдая! Представляете? Я нашёл способ кристаллизировать кислоту, и она не утратила свойств, глядите!

Он поставил на стол мешочек с порошком и хотел было положить камешек на доску для демонстрации особенностей вещества, но кристалл, который слишком долго пробыл в клещах, успел их разъесть достаточно, чтобы выскользнуть из стальных объятий. Шмякнувшись на каменный пол, он разлетелся на десяток осколков, каждый из которых с тихим шипением начал рыть себе дорогу к ядру земли. Гремлины…

— И зачем нам нужна твёрдая кислота, мой зеленоголовый друг?

— Как зачем, владыка⁈ Её же… можно в пушки заряжать…

— Ага. Чтобы стволы нахрен разъело, да?

— Эм… — гремлин завис. Похоже, о том, что его кислотные ядра могут разъедать не только вражескую броню, но и само орудие он, очевидно, забыл подумать.

Тяжело вздохнув, я огляделся, пока гремлин собирал с пола зелёные кристаллы. Вот так, за одно мгновение могут пойти прахом многие часы исследований. А ведь бедняга старался, вон какую толстую тетрадь исписал, столько экспериментов провёл. На столе всё ещё стояли колбочки с какими-то жидкостями. Взгляд зацепился за ту, внутри которой обнаружился синеватый шарик, но не кристаллический, а скорее… как желе. Только очень твёрдое.

— Это тоже кислота? — поинтересовался я у расстроенного коротышки.

— Это? Нет, обычная вода. Опытный образец…

— И для чего он?

— Я пытался придумать, как заставить кислоту удерживаться подольше в твёрдом состоянии.

— Похоже, твоя смесь реагирует по-разному на различные жидкости, — озвучил я очевидное.

— Почти, — отмахнулся гремлин, — всё твердеет, просто в разной степени.

— И как долго оно держится в этом состоянии? — спросил я, вытряхнув из колбы шарик из твёрдой воды. На ощупь он оказался похож на обыкновенную резину.