Elden Ring: Своя концовка (СИ) - "Лемор" - Страница 136

— Хочу показать тебе, что ты можешь больше не бояться преследования[229], — спокойно произнесла проекция, направившись к Поедателю Отбросов.

Тот, конечно, заметил вторженцев в свою тюрьму, но игнорировал их до тех самых пор, пока один из них не подошёл к нему.

К несчастью, у Поедателя Отбросов не было возможности следить за слухами, поэтому он понятия не имел, кто к нему заявился.

Резко повернув на невозмутимого Костю взгляд, безумец закричал:

— Я — Поедатель Отбро…

Или попытался закричать.

Бум!

Боггарт плюхнулся на землю, с ужасом уставившись на замертво упавшее тело отброса, чья голова взорвалась, словно арбуз, ещё больше измазав кровью стены клетки.

— А… а… т-ты…

Костя, взглянув на покрытый золотистым светом кулак, невозмутимо повернул голову на бывшего преступника.

— Восславь Солнце.

— Ч-что?!

— Восславь Солнце.

Мужчина поднял руки к солнцу, взглядом требуя, чтобы Боггарт подчинился. Тот, понимая, что выбора у него нет, судорожно поднял руки к Солнцу.

— В-восславляю Солнце!.. Восславляю! П-правильно?!

Константин опустил руки, не увидев в глазах Боггарта нужного света, после чего задумчиво сел рядом с ним.

К вопросу нужно было подойти иначе.

— Ты мог бы пригодиться в Замке Грозовой Завесы. Не хочешь случайно стать поваром? Я хочу, чтобы больше существ попробовали твою кухню.

Мужчина не хотел бы, чтобы он случайно умер. В Междуземье осталось не так много тех, кто ещё сохранял в себе разум. Тем более тех, кто так вкусно готовил морепродукты.

Да, пожалуй, это была главная причина.

Чёрный страж глупо открыл рот, увидев в глазах безумца яркий свет.

Что-то ему подсказывало, что у него не было выбора.

Глава 56

«Проклятье, почему он задерживается?»

Наверное, некая тяга к театральной драматичности была если не у всех детей Богини, то как минимум у половины: Морготт ждал. Терпеливо, упёрто ждал, мысленно прокручивая встречу со своим, внезапно, страшнейшим врагом. Окружённый тронами, ведущими к самому сердцу Древа Эрд, в котором была запечатана королева, он не собирался покидать это место до тех пор, пока не придёт Погасший.

Появиться же он должен был с минуты на минуту. Куда ещё мог направиться безумец, в конце концов? Не пойдёт же он исследовать какие-нибудь катакомбы или гробницы? Делать ему нечего!

…или он мог так восхититься видами, что сейчас просто гулял по некогда величественной столице?

…может быть и так, что сестра самостоятельно куда-то его повела, возможно, сразу в Храм…

Перед глазами полубога возникла непривычно эмоциональная Мелина, при упоминании церемонии стеснительно отводящая взгляд.

Нет-нет, невозможно!..

— Предательница…

Морготт от бессилия зарычал, откидывая столь безумную идею, не считая свою сестру настолько сумасшедшей, впрочем, всё больше горя желанием отправить на поиски безумца очередную проекцию. Но это было слишком опасно: создание проекций отбирало часть его сил.

Он и так ослаб, ещё в самом начале пути Константина отдав ему часть своей силы, и совсем не горел желанием вот так становиться ещё слабее.

Полубог понимал, что у него, скорее всего, и так не было ни единого шанса, будь он хоть на пике своих возможностей, и всё же…

Верное матери вопреки всему дитя было слишком гордым, чтобы так просто сдаваться, как-то поддаваться или пытаться пойти на дополнительные уловки. Их было уже достаточно.

По крайней мере, он хочет увидеть перед смертью отчаянное выражение лица Погасшего, когда тот осознает, что не сможет попасть к Богине. Для этого нужно было как можно больше силы, пусть это будут хоть капли.

Король Знамений в предвкушении прикрыл глаза.

О, как же он хотел увидеть это!

Даже со всей его силой — та печать была не тем, что мог преодолеть хоть и до абсурда могущественный, но всё ещё простой смертный.

Морготт отказывался видеть в еретике кого-то другого, пусть тот будет хоть проекцией другого Внешнего Бога воплоти. Простой Погасший, возжелавший сесть на трон, им и останется. Другого не дано.

Ведь даже он, самое верное дитя Богини, прошедшее всевозможные испытания, сохранив свою верность и честь, был недостоин.

Полубог раздражённо перевёл взгляд на Древо, упёршись взглядом в непроходимую печать.

Недостоин!

Полубог не знал, сколько он прождал. Те немногие, кто ещё сохранял в себе разум, давно потеряли возможность нормально ориентироваться во времени.

Но, к счастью, в какой-то момент он дождался: проекция отца.

Она была уничтожена[230].

Созданная некогда призрачная версия их короля, имитация, обладающая пусть и незначительной, но частью силы Годфри, избавляла Морготта от необходимости постоянно следить за Древом. Сейчас же…

Тень отца стала, как бы абсурдно это ни звучало, лишь сигнализацией.

И всё же, Морготт почувствовал небывалое воодушевление: наконец-то. Наконец-то безумец пришёл.

Он не зря репетировал!..

Поднимаясь по лестнице, Погасший не спешил.

Словно делая это десятки раз, он вальяжно, лениво, до раздражающего привычно, словно зашёл к себе домой, забрался в самое сердце столицы, неспешно направившись к расставленным тронам, наивно считая, что и ему, жалкому Погасшему, было уготовлено здесь место.

Глупец так и не отринул свои глупые амбиции!

…но, по крайней мере, он не был голым…

Рядом с мужчиной, словно настоящая верная служанка, следующая за своим Погасшим в каждую точку Междуземья, появилась Мелина, вызвав у полубога ещё более сильный приступ гнева.

Морготт мысленно фыркнул, настраиваясь на нужный лад. Когда Погасший подошёл достаточно близко, полубог медленно пошёл к выходу, драматично заговорив:

— Константин из Погасших. Что привело тебя к этим тронам?

К счастью, мерзкий Погасший не стал портить отрепетированную сцену, сохранив невозмутимое молчание.

По крайней мере, он умел держать рот на замке!

— А-а… — осмотрел троны Морготт, позволив себе в очередной раз погрузиться в воспоминания. — Годрик Золотой. Чудо-близнецы, Микелла и Маления. Генерал Радан. Претор Рикард. Лунная принцесса Ренни. Коварные предатели, все до единого…

Сколько раз он это повторил, мысленно и вслух? Много, очень много раз. И готов был повторить ещё столько же. В отличие от них, мать фактически отказалась от него сразу после рождения. Но он не бросил её. Остальные же…

— Мародёры, жаждущие отомстить Древу Эрд. Грабители, подгоняемые пламенем тщеславия. И да начертают на твоей могиле, Константин из Погасших: убийца — король Морготт! — распалился полубог, закричав. — Последний из королей!

Трость в его руке треснула, обратившись мечом, переполненным силой одного из самых могущественных полубогов.

Это он не репетировал, но, к счастью, получилось с первого раза и момент не был испорчен!

Константин, дождавшись окончания своеобразной катсцены, глубоко поклонился полубогу.

— Прости, что задержался. Пришлось потратить немного времени на то, чтобы найти одни катакомбы…

Настроившийся на поединок полубог едва не поскользнулся.

— Что?!

Так безумец и впрямь расхаживал по катакомбам, пока он его ждал?!

Мелина, видя сбившийся настрой брата, покачала головой.

— Прошу, опусти оружие, брат. Ты знаешь, что не победишь.

— Глупость! — рыкнул Морготт. — Какой король снимет корону перед…

— Ты сам себя провозгласил королём, — стал голос Мелины холоднее.

— Не хочу больше ничего слышать! — отмахнулся Морготт. — У меня нет желания сражаться с тобой, Мелина, но щадить в случае чего я тебя не стану!

— Ты так и не отринул свои глупые амбиции, — фыркнула Мелина, впрочем, сделав шаг назад.