Elden Ring: Своя концовка (СИ) - "Лемор" - Страница 148

Совсем скоро великан окончательно пал, своим громогласным падением, потрясшим живых и мёртвых на многие километры, ознаменовав конец очередной битвы, всё ближе приближающих мужчину к закономерному концу.

— Изначально я радовался, но теперь я чувствую горечь, дружище…

Александр вздохнул, умостив свой кувшин у самой пропасти кузницы. Рядом с ним невозмутимо сидел Костя. Где-то далеко позади них лежало тело великана, спустя сотни и сотни лет павшего от рук двух существ.

— Горечь? — удивлённо переспросил Погасший.

Слова Александра его испугали. До печальной концовки его квеста оставался всего шаг и мужчина был уверен, что его действия повлияют на решение кувшина: в начале сражения он был совсем другим, лишённым того пессимизма.

Костя помнил, как сокрушался в оригинальном квесте Александр, посчитав, что тот, кто брал на себя роль Погасшего без рода и племени, сделал всё за него. Теперь ситуация была иная — Погасший взял на себя роль вспомогательного «фантома», лишь отвлекая на себя внимание.

Неужели этого было недостаточно?

Воин-кувшин, совсем не ожидая услышать испуг в голосе Неземного существа, слабо засмеялся.

Не он победил великана. Как таковой битвы и не было. Великан, что для Александра по силе был почти что богом… вообще не представлял никакой опасности для его друга.

Битва, лишённая красоты сражения. Скучное избиение, исход которого был предрешён с самого начала, в котором ему позволили пинать великана по ногам до победного, да бегать вокруг, уворачиваясь от попыток обезумевшего создания, некогда заточенного Богиней Марикой, добраться до него.

Одним словом — духота.

Последний удар нанёс Александр, забрав руны победителя. Константин даже не попытался добить его, несмотря на то, насколько сильно нуждался в ещё большем перекаче. И всё же, радости от этого воин-кувшин не чувствовал. Возможно, теперь он мог стать намного больше, выйти за предложенные искусственной природой пределы, но…

После победы он понял, что это не то, чего он желал.

— Я недостоин этой силы… Она отравит меня, Константин… Да и не смогу я использовать её с такой же пользой, как ты…

Это была правда. По-настоящему он становился сильнее через поглощение тел павших воинов. Лишь Погасшие, обращаясь к помощи служанок Пальцев, постепенно обучаясь этому сами, могли с должной эффективностью использовать руны для собственного усиления. И даже на фоне них Константин был аномалией.

Александр потянулся за всем тем потоком рун, что ему принесла смерть великана, направив их растерянному Константину. На миг всё пространство погрузилось в золотистое сияние бесчисленных рун.

— Ты…

— Боги, прошу, не нужно слов, Константин. Я вижу, как ты торопишься и не могу заставить себя задерживать тебя ещё больше. Ты должен закончить квесты так, как сам того хочешь! Разве ты сам не понимаешь, насколько это важно?! Я уже получил самое важное — закалку!

Александр хлопнул могучей рукой себя по кувшину. Тот, неуловимо почерневший от пламени павшего Внешнего Бога, выдержал и, более того, действительно стал крепче. Искусственная физиология, приправленная иными законами, имела своё особое мнение по поводу закалки живых кувшинов.

— Так что не пережи…

Глаза мужчины загорелись светом Солнца.

— Я должен тебе кое-что показать. Пойдём.

Константин неожиданно поднялся, прикоснувшись к кувшину, потянув его в поток благодати.

Александр не успел что-либо сказать, застыв. Живой кувшин был настолько шокирован, что чуть не упал.

Они оказались в Звёздной пустоши, напротив старого, давно всеми забытого колизея. Колизея Звёздных пустошей, рядом с которым, скрестив руки подобно любому уважающему себя воину-кувшину, сидел кувшин размером с сам колизей, возвышаясь над ними так же, как ещё совсем недавно возвышался павший великан.

— Ч-что…

— Я давно хотел показать тебе это, но никак не мог подобрать подходящего момента, — произнёс Костя. — Ты думаешь, что тот великан был подобен богу? В соулслайке тебя никто не останавливает в развитии. Просто нужно найти в себе терпение побольше пофармить и попотеть. В тебе живёт настоящий трайхардер, поэтому я верю, что ты можешь стать даже могущественнее, чем этот кувшин. Намного!

Как тот ему помог, так и он теперь помогал ему.

Скрипты не пройдут!

Костя выдержал невозмутимую паузу, давая своему другу осмыслить сказанное.

— Позови меня на бой, когда поймёшь, что смог бы уничтожить этот кувшин одним ударом.

— О звёзды, ты хоть представляешь, сколько времени это займёт?! Безумец, это практически невозможно!

— Я подожду, — парировал Константин, после чего неожиданно поднял руки к Солнцу, пробивающемуся сквозь красное от гнили небо. — Каждый раз, когда ты будешь чувствовать, что устал, восславляй Солнце. Мне всегда это помогало.

Александр громогласно рассмеялся.

Конечно, посланник Солнца будет получать помощь от него. Это было закономерно. Но то, с какой тёплой верой мужчина это говорил, будто мысленно проходя через бесчисленные сражения, в которых не мог победить, но в конечном итоге победил, вселяло странную надежду.

Воин-кувшин поднял могучие руки вверх, увидев свет Солнца.

Раз уж его друг так верил в него, то он не мог его разочаровать!

— Восславь Солнце!!!

Ещё один квест был официально завершён.

Одно из главных разочарований учёных умов (лороведов) — Вик, рыцарь Круглого стола.

Тот, кто некогда был последователем столичного культа древних драконов, что использовал красные молнии. Любимец древнего дракона Лансеакс, ранее известный как Драконье Копьё.

Первый Погасший, приблизившийся к титулу короля, но по какой-то причине решивший опалить себя Тремя Пальцами, так и не приняв их наследие.

Кто бы что не говорил, но он был легендой. Практически всеми забытой, укутанной туманом догадок и предположений легендой.

Но была у него и другая, более прозаичная… репутация.

Тот, кто был на обложке игры, чтобы предстать в ней в роли случайного бомжа в каком-то захолустном узилище на Вершине великанов, куда-то потеряв целых две Великих руны. Воистину, легенда, укрытая тайной!

— Честно говоря, твою потенциальную сюжетную ветку мне жалко чуть ли не больше всего, — честно признался Константин, наведя меч на Вика. — Обязательно было одеваться, когда зашёл внутрь к Трём Пальцам[249]?..

Его внутренний лоровед разрывался от мучений, чувствуя к Вику одновременно жалость и ненависть: количество сюжетных дыр, которые он создал в своё время учёным умам (лороведам), выходило за любые рамки здравого смысла.

Найти и пробраться в персональную тюрьму рыцаря, примерно зная, куда идти, было несложно.

Намного сложнее было смотреть на то, во что превратили того, кого изначально поместили на обложку любимой игры: давно лишившийся разума безумец в расплавленной броне, ставшей частью его тела. Подавляющее большинство потных соулслайкеров про Вика даже не слышали!.. Разве такой судьбы он был достоин?!

Некогда великий воин корчился в нескончаемых судорогах, его глаза были остекленевшими, выжженными Яростным Пламенем.

Мелина с отвращением смотрела на некогда перспективного Погасшего, представляя, что её собственный избранник мог повторить его судьбу.

К счастью, эти мысли были уже позади.

Так и не дождавшись ответа, Костя, смотря сквозь оплавленный шлем в обожжённые глаза рыцаря, глубоко поклонился.

Выгнувшись, обречённый на участь хуже самой ужасной смерти рыцарь сжал верное копьё, тут же атаковав им Константина.

Кажется, каким-то образом он понял посыл нового претендента на трон.

Грация, мастерство великого рыцаря, сила, неподвластная и сильнейшим Погасшим — Константин мгновенно это ощутил, чуть отойдя от атаки, впрочем, не спеша нападать.