"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 253

— Как вы полагаете, господин маркиз… — продолжал он, между тем, негромко переговариваться с сидящим у него на плече пауком, — Будет ли мой сюрприз удачным? Полагаю, семья должна была бы уже соскучиться по мне.

Негромкий шепот вновь коснулся его ушей, и мужчина тихо, бархатно рассмеялся.

— Да, в этом нет сомнений… Людовик однажды сказал мне, что все они не более, чем дети и с моей стороны, пожалуй, не совсем честно обходиться с ними так… жестко, — он поморщился. Чувствовалось, что слова Людовика отклика в его душе не находят.

— Вот именно. Я сказал ему практически тоже самое, только иными словами — если они дети, их необходимо воспитать и сносить столь вопиющую грубость безмолвно я не намерен, — густые брови его сдвинулись, лицо помрачнело и, подняв правую руку, он легко коснулся длинными пальцами того плеча, на котором восседал паук. Голос его прозвучал несколько приглушенно.

— Я не забыл…

На некоторое время, разделяемое разве что шагами приближающегося к замку человека, повисло молчание. Он легко обогнул подножие одной из башенок, свернул за нее и, остановившись возле небольшой железной дверцы, ведущей в, казалось, какую-то пристройку, вновь улыбнулся.

— Ты говорил, их испугал стук, не так ли, друг мой? Ну, что же… Не буду столь же тривиален и предсказуем, предпочту их удивить, — он вытянул правую руку в сторону и в ней, без каких бы то ни было особых предпосылок, без произнесения заклятий и без совершения загадочных жестов, возник крепкий, не очень длинный, но очень надежный ломик, идеально подходящий для целей мага.

— Полагаю, открыть эту дверь не составило бы труда… — он легким, сильным движением вогнал ломик в небольшой зазор между створкой и стеной, вонзая его прямо в каменную кладку, — Однако, я не вижу резона делать это сейчас. Я хочу лишь быть услышан, — он усмехнулся и легонько надавил на ломик, стараясь при этом выбивать из отгибающегося под его натиском железа как можно более громкие звуки.

— Представить не мог, что мне доведется попробовать себя в такой роли! — глаза мужчины весело блеснули и он, будто рисуясь перед незримым наблюдателем, ухватился за лом поудобнее, надавливая еще раз. Дверь заскрежетала.

Роман в замке, услышав этот звук, насторожился и, выждав подходящий момент, сообщил о происходящем.

Незваный гость, не могущий знать этих слов, надавил в третий раз, приложив усилий капельку больше, чем в предыдущие два. Дверь жалобно завизжала, рыдая от боли и умоляя не разлучать ее со стеной.

Мужчина внял.

Прекратив всякое давление, он медленно извлек лом и, легко подкинув его на руке, играя увесистым куском металла как тонкой веточкой, обернулся через плечо.

— Они идут, — улыбнулся он, сообщая об этом не то пауку на своем плече, не то почти взломанной дверце, не то стене замка, возле которой стоял, а может быть, просто констатируя факт, признавая его как данность.

Забывая про створку, определенно не намереваясь более пытаться взломать ее, он полностью повернулся и, прислонившись к ней спиной, скрестил ноги, продолжая поигрывать металлическим ломом, могущим при случае обратиться очень грозным оружием. Затем опустил тот одним концом в землю, утыкая в нее и, чуть склонившись, ибо лом был короток, провел по его верхней части пальцами так, словно пытался что-то снять с верхушки, или же вытянуть его, сделав более подходящим для своего роста. Верхняя часть лома, действительно немного вытягиваясь и как будто бы плавясь от рук мага, медленно изменила форму, перетекая из одной ипостаси в другую. Теперь уже это не был верхний край лома, нет, рука мага мягко удерживала роскошный серебряный набалдашник в форме головы волка, чуть ниже которого одно за другим возникали серебряные же кольца, обхватывая остов, уже ставший деревянным. Происходило это все гораздо быстрее, нежели можно рассказать, и не прошло и пяти секунд, как в руке мужчины, повинуясь его воле, возникла вместо лома изящная, аккуратно выточенная и прекрасная в своей несколько нарочитой вычурности, трость. Теперь уже он мог без особых усилий, откинувшись назад и привалившись спиной к двери, опираться на нее, ставшую длиннее и изящнее, а значит, и выглядеть более элегантно в глазах так торопящихся узреть его обитателей замка.

Глава 2

— Дяядя… — Роман, вышедший первым из-за поворота, и не желающий хранить интригу, предоставляя возможность следующим за ним лично увидеть, кто же явился нарушить их покой, скрестил руки на груди, — Скажи, ты случайно не знаешь, почему я не удивлен, увидев тебя сразу же, как только мы порадовались твоему отсутствию?

Мужчина, продолжающий стоять во все той же расслабленной позе, то опираясь на тросточку, то поигрывая ей, поморщился.

— Как много слов, мой дорогой племянник… Увы, я не имел понятия о том, что мое отсутствие так радует вас, и хотел лишь доставить удовольствие своим визитом.

— Не получилось, — Ричард, успевший обогнать хозяина замка, отчаянно пытающегося убедить свою упрямую супругу вернуться в этот самый замок, с ухмылкой развел руками, — И хоть ты мне не дядя, Альберт, признаюсь — по тебе я не скучал.

Из-за его ног, взявшаяся невесть откуда, настороженно выглянула определенно готовая к бою пантера, и мужчина, мягко и грустно улыбнувшись, рассеянно провел длинными пальцами по собственной щеке.

— И в самом деле невоспитанный пес… Увы, Луи был прав — отпускать тебя было рановато, Ричард, воспитания ты недополучил.

— Дядя, зачем ты пожаловал? — Эрик, включаясь в беседу и непрестанно озираясь на Татьяну, которая, стоя за спиной Винсента и отчаянно пытаясь из-за нее выглянуть, отмахивалась от Влада, предпринимающего попытки вернуть ее в замок, решительно шагнул вперед.

Роман, как всегда предпочитающий перехватывать инициативу у ответчика, самодовольно хмыкнул.

— Я полагаю… — начал он, забывая, однако, учесть, что с его предпочтениями могут не согласиться. Альберт быстрым движением поднес палец к губам, на мгновение сдвигая брови.

— Тш! Не гоже перебивать старших, племянник, не мешай мне говорить… — в глазах мужчины мелькнули всполохом опасные искры и юноша насторожился. Что-то изменилось в этом человеке с их последней встречи, что-то было не так. Он более не старался прикидываться доброжелательным, практически не скрывал за наносной мягкостью открытой враждебности и, похоже, относился к тем, кого называл своей семьей, еще хуже, чем прежде.

Девушка, настороженно выглядывающая из-за плеча Винсента, пока хранящего молчание, тихонько вздохнула. Положение сделало ее несколько более сентиментальной и, опасаясь столь неожиданно пришедшего, будто подслушав ее опасения, отца, она, вместе с тем, страстно желала обнять его и, ощутив крепость ответных объятий, услышать по-родственному ласковые слова, произнесенные знакомым мягким голосом. Не желая и опасаясь извещать этого, кажущегося если не юным, но все еще довольно молодым, не взирая на прожитые годы, мужчину о том, что в скором времени ему грозит стать дедом, она, тем не менее, мечтала и об этом, робко и безнадежно желая возвращения родительской любви и расположения.

И все-таки она сдержалась. Мысли ее, скачущие с одного на другое, закрутились непосредственно вокруг персоны отца и невольный страх липкой струйкой пролился ей в душу.

На ум пришли воспоминания, не самые радостные и приятные, получающие подтверждение прямо сейчас, — воспоминания о звучавших некогда словах, утверждениях, что Альберт непрестанно совершенствует собственные умения, что сила его растет день ото дня, и что сегодняшний маг уже куда как сильнее мага вчерашнего…

Стоящий пред ними мужчина, молодой, сильный, красивый, идеально элегантный в своей неброской простоте, казался сгустком этой самой силы, буквально излучал угрозу, а намерения его, между тем, оставались пока еще загадкой.

— В первую очередь… — Альберт, дождавшись, когда все внимание наконец будет обращено к нему, позволил себе легкую, мимолетную улыбку. Голос его зазвучал до нереальности приветливо и дружелюбно.