"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 380

— Сравняешься еще, какие твои годы! — брат юноши широко улыбнулся и, жизнерадостно хлопнув его по спине, уверенно кивнул, — В конце концов, я твой старший брат и ты должен мне верить! Ты еще сильнее его станешь, если, конечно, не утонешь до этого прекрасного момента… Пошли ставить паруса, пока капитаны опять не начали ругаться.

— Я ранен, — хмуро отозвался пребывающий в не самом хорошем настроении Людовик, — Пусть ставить идут те, до кого докричались. А я пока Татьяну покараулю…

Ветер, между тем, крепчал. Паруса, постепенно устанавливаемые бесконечно пререкающимися и спорящими мореходами, натягивались, заставляя корабль буквально лететь вперед, приближая его к неведомой цели.

Андре, уверенный, как никогда, явно изо всех сил демонстрирующий свое превосходство перед капитаном пиратов, стоял за штурвалом, гордо выпрямившись и, стиснув последний, не отрываясь смотрел в даль. На бурю за кормой он не обращал совершенно никакого внимания, отчаянно пытаясь сделать вид, что его она не беспокоит.

Чарли, некоторое время насмешливо созерцавший бравого штурвального, наконец покачал головой и, хмыкнув и буркнув себе под нос:

— Гордец, — решительно отвернулся, направляясь проверять, верно ли установлены паруса. Надо сказать, моряком Бешенный был и в самом деле опытным, посему, дернув ванты, проверив натяжение снастей, неодобрительно прищелкнул языком и уверенно повернулся к Винсенту, которого справедливо полагал на этом судне старшим.

— Я хочу просить, чтобы вы выпустили моих людей, — несколько высокопарно начал он, — Я не желаю, чтобы во время шторма они погибли, как крысы, сидя в клетке! Эти черти, может, и не образцы добродетели, но такой смерти они не заслуживают.

— А ты способен поручиться за них? — хранитель памяти, и в самом деле выполняющий обязанности главнокомандующего на этом корабле, добровольно принявший на себя роль предводителя их отчаянного похода, скрестил руки на груди, окидывая собеседника долгим взглядом, — Можешь поклясться, что они не нападут на нас со спины и что ты вместе с ними не попытаешься захватить корабль?

— Клянусь своей головой! — Чарльз решительно выпрямился, немного сдвигая брови, — Они преданы мне и будут слушаться, а я пока не желаю отправлять вас к морскому дьяволу. Нет, друг мой, мы с вами еще поплаваем… — он едва заметно улыбнулся, приподняв уголки губ и с каким-то странным выражением добавил, — Обязательно поплаваем все вместе.

Мужчина, не отвечая, продолжал сверлить его пристальным, испытующим взглядом. Слишком многое было поставлено на карту, рисковать было нельзя, а доверие как пиратам, так и их капитану вполне вписывалось в понятие риска, но… Опасные морские головорезы были, помимо всех прочих своих достоинств, еще и неплохими моряками, а именно таковых на бриге остро недоставало.

— Поплаваем, говоришь… — Винсент отшвырнул трос, сжимаемый им в руках и, в раздумье скользнув пальцами по подбородку, неожиданно широко ухмыльнулся, хлопая собеседника по плечу, — Отлично, капитан! Мы выпустим твоих чертенят, но при одном условии… — он окинул хищным взглядом мачты, — Нам здесь не помешают матросы. Думаю, троица из подвала сможет справиться с парусами?

— Разумеется! — Бешенный, по-видимому, сильно воодушевленный словами собеседника, заулыбался, — Клянусь кровью, эти черти неплохо управляются со снастями! К тому же, они преданы, как собаки, и сделают все, что я велю им… давай ключ.

— Вопрос к капитану, — хранитель памяти равнодушно пожал плечами и, потянув снасть, попытался сильнее закрепить кливер, — Попробуй уговорить теперь его, что твои черти сумеют управится с этим корытом получше нашего.

Чарльз весело кивнул и, полностью уверенный в своих силах, направился вновь воевать с Андре.

Татьяна, сидящая на кнехте недалеко от Винсента, негромко вздохнула.

— И ты уверен, что мы можем доверять пиратам? Винс… Я не то, чтобы привередничаю или задираю нос, но… они же пираты! Чарли клянется в их преданности, но где гарантии, что нас не перережут при первом же удобном случае и не вышвырнут за борт, на съедение случайным акулам?

— Гарантий нет, — отрезал мужчина, продолжая воевать с парусом, — Это вопрос веры, Татьяна. Если уж довелось нам столкнуться с таким головорезом, как Чарли Бешенный, значит придется довериться ему. В конечном итоге, в его умении вести корабль во время бури я уверен куда как больше, чем в способностях Андре.

На этот раз буря разыгралась не на шутку. Волны вздымались выше мачт брига, заслоняли собою небо и обрушивались на палубу несчастного судна, с грохотом разбиваясь о нее, грозя проломить корпус и увлечь корабль на дно.

Пираты, выпущенные из трюма, покорно выполняя приказания как своего, так и «местного» капитана, сновали туда-сюда по мачтам, пытаясь не дать сорваться парусам и не позволить сломаться кажущемуся таким хрупким, дереву.

Пассажиры, которые, чтобы не быть помехой настоящим морякам, сбились в кучку недалеко от штурвала, взволнованно переглядывались и были заняты в основном тем, как удержаться и не сорваться в морскую пучину.

Бриг то взлетал на гребень волны, то падал в пропасть между валами; море грохотало и гудело вокруг, заливая палубу пеной, а в вышине глухо гремел гром. Невозможно было понять, что за капли обрушиваются на судно — брызги ли волн, так и норовящих разнести его в щепки, или же опять начавшийся дождь; невозможно было понять, в какую сторону они движутся, и где находится небо, а где море, ибо все вокруг сливалось в одну сплошную водяную завесу.

Капитаны, попеременно вырывая друг у друга штурвал, ругались, на чем свет стоит, оспаривая каждое решение и каждый приказ конкурента.

— Забирай вправо! — ревел Чарли, — На зюйд, на зюйд держи, брюхо акулы! Держи штурвал, не выпускай его!

Андре огрызался, сплевывал соленую воду, так и норовящую забраться в рот и, то ли по глупости, то ли из чувства противоречия старался держаться левее. Пару раз Бешенный, не сдержавшись, отвешивал ему подзатыльник и, оттолкнув локтем, перехватывал штурвал.

— Я знаю эти воды! — рычал он, — Скоро начнется полоса рифов, если ты не будешь слушаться меня, нас разнесет в щепки!

— Берега Англии не так уж скалисты! — огрызался капитан, — Тем более, что мы и не добрались до них, если…

— Мы и не доберемся с таким рулевым! — рявкнул Чарли, — Нас отнесло к востоку и сносит все дальше! Держи правее, дьявол выпей твою кровь!

Татьяна, чья тонкая и нежная натура не выносила пиратских ругательств, безмерно желая закрыть уши руками, молча жалась к дяде. Сейчас он, сильный, отважный, родной до безумия, казался ей лучшим защитником в мире, мог спасти даже среди творящегося вокруг сумасшествия.

Людовик и Роман, обступив их, старательно загораживали собой девушку, и Влада, который как человек пусть и бессмертный, но все-таки относительно слабый, нуждался в защите не меньше, чем она, заслоняли их от волн, которые, впрочем, все равно ухитрялись дотянуться до молодых людей.

Все они были мокрыми с ног до головы, все беспокоились и боялись, хотя и пытались утаить этот страх. Единственной радостью могло быть то, что по мачтам сейчас сновали уже куда как более закаленные морскими штормами люди, опытные и отчаянные, и это давало робкую надежду на спасение.

— Зачем я только с вами связался! — Андре раздраженно крутанул штурвал, — Вы безумцы, вы идете против мастера! Неудивительно, что он обрушил на вас все силы природы!

— Не верти штурвалом, отродье гиены! — рыкнул Бешенный, одним уверенным рывком возвращая прежний курс, — Держи прямо на норд сейчас…

— Какой… — начал, было, возражать ему капитан, когда громкий, оглушительный треск прервал его. Одна из мачт, кажется, фок, не выдержав очередного удара волны, треснула, как спичка и, переломившись пополам, тяжело рухнула за борт, вздымая новые волны.

Татьяна открыла рот. Ей хотелось закричать, завопить от ужаса, от неминуемой, казалось бы, гибели, но голос пропал и с губ ее не слетело ни звука. Хранитель памяти, прекрасно понимая состояние своей родственницы, крепко обнял ее, прижимая к себе и, поглаживая по волосам, торопливо забормотал, зашептал на ухо: