"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 431

Хранитель памяти приблизился к дыре и негромко вздохнул. Пробраться сквозь нее проблем для мужчины, в общем-то, не составляло, но на плече его уверенно восседала усатая и хвостатая помеха, вне всякого сомнения, даже и не думающая пригибаться. Слезать же с плеча внезапно признанного хозяина и создателя Тиона тоже не желала и при малейшей попытке сделать это выпускала когти.

Винсент поморщился и, пропустив вперед себя Владислава, принялся наглаживать кошку, уговаривая ее проявить милость и хотя бы лечь на его плечах, а не сидеть, аки статуэтка, ожидая, пока ее расшибут о каменную стену.

Чеслав, отшвырнув от себя Ричарда, медленно выпрямился и, оглянувшись через плечо, шумно выдохнул, ухмыляясь.

— Умный щенок твой племянник, Рене. Думаю, ты можешь гордится.

— Я горжусь, — холодно отозвался Лэрд и одним точным, четким ударом сшиб противника на землю. Рыжий, вне всякого сомнения, сильно переоценивающий самого себя, и явно такого не ожидавший, на несколько мгновений закашлялся, а затем рассмеялся.

— Тобой они тоже могут гордиться, дядя Ричард. Любопытно, ты способен ударить лежачего?

Винсент, наполовину уже ухитрившийся скрыться в проходе, быстро оглянулся, едва не задев кошкой о верхнюю часть стены и, хмурясь, на мгновение сжал губы. Провокация была очевидна, а взбешенный оборотень мог ее и не заметить, поэтому его требовалось предупредить.

— Ричард! — рыкнул он и, поймав мимолетный взгляд экс-баронета, отрицательно покачал головой. Тот быстро кивнул и, не произнеся ни слова, красноречиво указал взглядом на проем. Судя по всему, лорд Ричард брал противника целиком и полностью на себя, отправляя своих друзей вперед.

Винс тихонько вздохнул и, подчиняясь этому безмолвному приказу, торопливо скрылся в проеме, придерживая одной рукой на плече внезапно решившую все-таки лечь кошку.

— Ну, наконец-то! — Роман, ожидающий его в числе прочих с той стороны, негодующе нахмурился и, уперев руку в бок, взмахнул второй, — Я уже собирался тебя за шкирку вытаскивать, чтобы свет не загораживал! Тут все так красиво, а ты рассмотреть не даешь!

— Красиво?.. — хранитель памяти, красоты от продолжения лиственного тоннеля, к тому же еще и сокрытого во тьме как-то совсем не ожидавший, недоуменно приподнял брови и, окончательно покинув брешь в стене, медленно выпрямился, озираясь.

Красоты вокруг он решительно не замечал, он не видел вообще ничего — их окружала глухая, непроницаемая тьма, и восторги виконта в данной ситуации казались достаточно неуместными.

Роман, несколько секунд честно прождавший реакции друга и таковой не дождавшись, досадливо закатил глаза и, не удовлетворившись этим, заодно запрокинул и голову.

— Ну, ты слепой, Винс! А еще котом называться смеет — ну ни стыда, ни совести у хвостатого! Даже я уже все рассмотрел, хотя я тут самый маленький и вообще редко замечаю то, что выше меня, а вы все никак не осознаете величие места, куда нас занесло!

— Я сознаю, что здесь не хватает света, — буркнула девушка, переминающаяся с ноги на ногу возле стены и не решающаяся идти дальше. Сегодняшнее путешествие утомило ее не меньше, чем странствия предыдущих дней; рычание, доносящееся из-за стены, как гимн боя, идущего между двумя оборотнями, действовало угнетающе, и на шутку Татьяна настроена как-то не была. Мысль о том, что где-то там, далеко впереди, среди мрака, их, возможно, в нетерпении ожидает несчастный плененный Эрик, безусловно, толкала на безрассудные поступки, прямо-таки подпихивая в спину, однако, девушка пока колебалась. Быть первой, кто сделает шаг во мрак ей не хотелось.

— А среди нас тут, вроде бы как, маги имеются… — Людовик элегически вздохнул и, изо всех сил делая вид, что к магам отношения не имеет, с претензией воззрился на хранителя памяти, — Почему ты не создашь нам лампочку?

— А ты почему не создашь ее? — беззлобно огрызнулся последний и, махнув рукой, вновь вспоминая, кто здесь является предводителем и командиром отряда, решительно шагнул вперед, минуя границу между слабой тенью света, падающего из пробитой Луи дыры в стене, и кромешной тьмой.

Татьяна, внезапно вспомнившая свое путешествие по подвалам Нормонда, где она передвигалась в такой же непроглядной темноте, поморщилась и, тяжело вздохнув, без особенного энтузиазма последовала за ним.

Остальные не успели сделать и шага.

Винсент, шедший легко и уверенно, словно бы и в самом деле был способен видеть во мраке, чего на самом деле, надо заметить, не было, успел шагнуть ровно два раза, когда по странному коридору вдруг пронеслась яркая вспышка, на мгновения ослепившая всех.

Девушка вскрикнула; ее спутники кто заслонил глаза рукой, кто зажмурился, а кто и вовсе, как Роман, предпочел отвернуться и закрыть руками голову.

— Пожалуй, я пойду обратно, — не преминул высказаться он, — В этом коридоре мне явно не рады, а мое благородство не позволяет мне проявлять навязчивость.

— А может, наоборот, рады?.. — Людовик, в отличие от брата проявивший чудеса смелости и не только не отвернувшийся, но даже и зажмурившийся не более, чем на секунду, открыл глаза и медленно, недоверчиво огляделся, — Да, теперь я понимаю, почему ты говорил, что здесь красиво… И смотри-ка — кто-то по доброте душевной осветил нам путь!

Виконт недоверчиво нахмурился, как-то неожиданно осознавая слова брата как истину. Вокруг и в самом деле было светло, словно та странная вспышка, что ослепила их, задержалась в коридоре, озаряя его.

Он обернулся и, окинув долгим взглядом своих изумленных спутников, наконец, сам обратил внимание на пространство перед собою.

Это был длинный, уходящий в дурную бесконечность каменный коридор с высоким сводчатым потолком и прочными, влажно поблескивающими стенами. На каждой из них, через каждые пять шагов виднелись крепления, удерживающие ярко пылающие факелы. Путь был освещен хорошо и, хотя и не становился от этого яснее, все-таки теперь внушал несколько большее доверие.

Девушка, опять вспомнившая подвалы Нормонда, только на сей раз те, что находились выше загадочного подземелья, вспомнившая коридоры, ведущие к подвалу, некогда бывшему обителью Винсента, негромко вздохнула. На мгновение ей овладело безмерное желание обвинить Альберта в плагиате.

— Но почему камень?.. — Влад, предпочитающий в основном отмалчиваться, делая вид, что вообще не имеет отношения ко всему происходящему, недоверчиво нахмурился и, подойдя к правой от входа стене, неуверенно постучал по ней пальцами, — Я думал, здесь тоже будут ветви деревьев, как и прежде… А так получается, что стена, которую пробил Людовик, была входом сюда?

— Да, интересно, как же сюда заходил дядюшка, — мигом подхватил Роман, — Держу пари, он и сам постоянно прошибал в стенке дыры, а потом заново закладывал их кирпичом. Это объясняет, кстати, почему тебе удалось пробить ее, — он каверзно ухмыльнулся и сочувствующе похлопал младшего брата по плечу, — При других обстоятельствах-то ты бы, конечно, не справился, малыш, не дорос еще…

«Малыш» Людовик, бывший на несколько сантиметров выше брата, медленно перевел на него очень красноречивый взгляд и также медленно потянул носом воздух.

— Знаешь… — проникновенно и неспешно вымолвил он, — В следующий раз, прежде, чем назвать меня «малышом» и обвинить в слабости… Будь добр, уточни у Рикки, кто сломал ему однажды нос, — на губах молодого мага сверкнула очаровательная в своей жестокости улыбка, и тут же потухла, оставив след разве что во взгляде зеленых глаз. В эти секунды юноша неожиданно вновь стал похож на ядовитую змею, «змееныша», как назвал его однажды Роман.

— С моей точки зрения, свет вокруг — это приглашение проследовать в ловушку, — продолжил он, убедившись, что произвел нужное впечатление не только на брата, но и на всех своих спутников, — Думаю, я неплохо знаю дядю, чтобы с уверенностью заявлять — идти следует очень осторожно. Конечно, себе бы ловушки он не ставил… Но иногда бывал подвластен паранойе.

— И на этой воодушевляющей ноте, я полагаю, мы можем двигаться вперед, — Винсент хмыкнул и, уверенным движением поправив на плече кошку, подавая позитивный пример спутникам, двинулся прочь от стены, из-за которой по-прежнему доносились звуки боя двух оборотней. Спутники его, с тоской переглянувшись, не слишком активно потянулись следом.