"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 457

— Если, конечно, забыть, что нас самих едва не размазало ядрами… — ввернул Роман, — То да, явился ты очень вовремя. Прямо как знал!

Экс-пират удивленно почесал шею. В глазах его мелькнуло что-то такое, что заставило собеседников задуматься, а было ли целесообразно просить милого доктора вновь вернуться воспоминаниями в разбойничье прошлое.

— Так я и знал, — недоуменно проговорил он и, легко пожав плечом, неожиданно широко ухмыльнулся, — Вы же сами подослали ко мне этого парнишку, Марко. Он оказался дьявольски убедителен. Я не хотел менять курс, черти мои тоже не были с этим согласны, но парень все же сумел уломать меня. Замечу, что вообще-то это не так просто — я никогда не меняю своих планов из-за каждой сухопутной крысы, но этот оказался чересчур прилипчив… Раз я его едва по доске не отправил! — молодой человек жизнерадостно хохотнул.

Внимательно слушающие его молодые люди медленно переглянулись. На доброго доктора Чарли в эти секунды похож был меньше всего, продолжал говорить, как заправский пират и это, надо признать, изрядно смущало.

— Здравствуй, капитан Бешенный! — Роман насмешливо хмыкнул, скрещивая руки на груди, — А я-то думал, ты уже забыл старые замашки.

— Они еще не так стары, чтобы о них забывать, — последовал мрачный ответ, и собеседник виконта недовольно передернул плечами, — Говорю же — мне будет не хватать моря. Я привык…

— Придется отвыкать, — Луи, уже некоторое время как внимательно рассматривающий что-то, скрывающееся за спинами обитателей замка, обративших свое внимание на человека, из этого замка выглядывающего, равнодушно пожал плечами, — Иначе твои пациенты сильно удивятся, когда ты обрушишь на них поток пиратской брани… — он немного нахмурился и, меняя тему, осторожно позвал, — Ребята… У меня тут для вас неожиданно новость появилась.

— Что, опять? — Влад, до сей поры не принимавший особенного участия в беседе, да и вообще в последнее время практически не участвующий во всех происходящих событиях, мечтавший только вернуться домой, обреченно поник, — А я надеялся, что новости уже закончились, и мы сможем спокойно вернуться к старому…

Людовик, предпочитая не отвечать, досадливо махнул в его сторону рукой. Новость, обнаруженная им, была слишком важна, чтобы отвлекаться на какое-то нытье излишне впечатлительного художника.

Впрочем, заинтересовала она, что не удивительно, не только Цепеша. Взгляды всех, абсолютно всех, без исключения, учитывая даже Чарли, обратились к молодому магу; взгляды вопросительные и ожидающие, напряженные и взволнованные.

Луи, дождавшись всеобщего внимания, медленно, нарочито эффектно сделал шаг в сторону и картинно вытянув руку вбок, указал на предмет своего внимания и интереса, на ту самую «новость», о которой упоминал.

Татьяна взволнованно вздохнула и, даже отстранившись от мужа, радостно подалась вперед. Эрик на всякий случай удержал ее и, неуверенно улыбнувшись, было, тотчас же опустил уголки губ. Как реагировать на увиденное, молодой граф не знал.

— А я думал, нам придется его оплакивать… — обескураженно пробормотал Роман, не сводя взгляда с человека, совершенно внезапно очутившегося здесь, того, кого он, все они, на протяжении нескольких минут почитали мертвым.

Альберт, сидящий на траве, согнув ноги в коленях и уложив на них руки, сидящий, опустив голову, услышав слова племянника, медленно ее поднял. На губах его отразилась тень слабой, насмешливой улыбки.

То, что маг обессилен, было видно невооруженным взглядом — попыток подняться с земли он не делал, казался изможденным, да и рубашка на его груди все так же была залита кровью, как будто бы рана под ней, вне всякого сомнения, затянувшаяся рана, продолжала кровоточить.

— Рад… вашему возвращению, — негромко вымолвил он и, вздохнув, вновь опустил голову. Ему хотелось спать. Или потерять сознание. Хотелось просто закрыть глаза и повалиться на траву, но пока что позволить себе этого он не мог.

На площадке перед замком воцарилось долгое молчание — как реагировать, как вести себя, никто из присутствующих особенно не понимал, и даже Татьяна, поначалу обрадованная лицезрением живого отца, как-то растерялась, не зная, что же теперь делать.

— И… что теперь?.. — виконт де Нормонд, хмурясь, перевел взгляд с одного своего брата на другого и снова остановил его на дядюшке, — Что, все начинается заново? Нас опять ждет схватка, попытки одолеть…

— Это вряд ли, — Людовик, легко прервавший его, чуть усмехнулся и, глянув на равнодушно-усталого дядю, велел, — Покажи им.

Альберт вновь с трудом поднял голову и медленно, устало вздохнул. Затем неуверенно поднял руку, ту самую, которую всегда украшал загадочный перстень, увенчанный черным камнем, ту, на которой в его идеальном мире красовался браслет. Девушка, внезапно вспомнившая об утраченных, казалось бы, украшениях, взволнованно коснулась своего правого запястья, затем провела ладонью по шее… С губ ее сорвался полный облегчения вздох. Браслет и кулон были на своих местах, возвращенные законной владелице.

Маг поднял руку, поворачивая ее так, чтобы был виден перстень на ней. Чтобы было видно то, что происходит с этим перстнем…

Он разрушался, разваливался на глазах. Серебро трескалось, осыпалось кусками, черный камень крошился, разлетаясь пылью, а Альберт молча смотрел на это, не пытаясь что-либо предпринять.

— Перстень был залогом его силы, — Людовик, не сводящий взгляда с дядюшки, слегка покачал головой, — Его сила поддерживала его… Теперь он обессилен. Он больше не опасен.

Перстень, развалившись окончательно, рассыпался, исчезая навсегда с руки создавшего его человека. Тот медленно вновь опустил руку, склоняя и голову.

— У меня оставались… силы, — тихо произнес он, — Я поддерживал тот мир, но смысла в этом больше не было… Я использовал их, чтобы выжить. Все.

Из-за спины его, очень внезапно, совершенно неожиданно, вдруг выскользнула рыжая кошка и, мимолетно потершись о ногу мужчины, деловито направилась к хозяйке. Та, несколько ошарашенная случившимся, пару раз моргнула и устремила вопросительный взгляд к мужу.

О том, что Тиона всегда недолюбливала Альберта, девушке было хорошо известно, даже, может быть, излишне хорошо — ведь именно из-за этого, из-за того, что кошка невзлюбила маленького приемыша, ему не доверял и отец… Однако, сейчас Тио неожиданно решила проявить милость.

— Он больше не опасен… — эхом повторил за младшим братом Эрик и, слабо улыбнувшись, покачал головой, — Похоже, это действительно так, если даже кошка признала его.

— Но мы же не можем оставить его так! — Роман, всегда бывший, наверное, самым непримиримым врагом названного дядюшки, похожий в этом на своего отца значительно больше, чем его старший брат, негодующе нахмурился, стискивая руки в кулаки, — Что нам теперь, за одним столом с ним сидеть, называть дядюшкой и ждать очередного предательства? Я не собираюсь прощать его, он слишком много натворил!

— А я бы и не смог простить — он сам меня ненавистью накачал, — Луи провокационно ухмыльнулся и несколько вызывающе скрестил руки на груди, — Да и отпускать его я бы лично не рекомендовал — восстановит силу и опять в бочку полезет. Что будем делать?

Татьяна, честно говоря, очень рассчитывавшая, что родителю ее будет все-таки даровано прощение, обреченно вздохнула. Ей в голову уже некоторое время как неустанно лезла одна мысль, но выражать ее девушке не хотелось, ввиду нежелания подводить отца под монастырь.

Теперь же, по-видимому, выбора у нее не оставалось.

Она неуверенно кашлянула и, действуя как школьница, подняла руку, привлекая к себе внимание.

— Я только хотела сказать… В общем, я не настаиваю и не подсказываю, но просто… Перед тем, как мир изменился, я очень случайно выяснила, что в Нормонде есть еще более глубокие подвалы, чем тот, где сидел Винс…

— Гениально! — Роман восторженно хлопнул себя по бедрам, — Я всегда мечтал завести себе пленника, которого можно было бы приковать цепями! Все, решено, — дядю отправляем в подпол! Кто поможет мне туда его отволочь?