"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 644

Баронет решительно сдвинул брови. Да, он обязан найти их. В конце концов, трое молодых людей, одетых совершенно непривычно для этого мира не могли не привлечь ничьего внимания.

Виктор разжал объятия, отпуская отца и, сияя от счастья, перевел взгляд с него на недоумевающую мать. Как давно! Сколько лет!.. Господи, вот теперь он понимает, на что в самом деле способна магия, понимает, как прекрасно дружить с магами!

— Что с тобой? — отец нахмурился, изучая сына взглядом, — Ты болен? Виктор, если ты надеешься таким образом отвлечь нас от спора…

— Какого спора? — мужчина заморгал, ничего не понимая. Разве он мог о чем-то спорить с родителями? Разве мог хоть в чем-то быть не согласен с ними? Они же… они же… родители! Самые родные, самые близкие люди!

Мать тяжело вздохнула и, переглянувшись со своим мужем, покачала головой. Она, судя по всему, тоже полагала, что сын пытается отвлечь их внимание от чего-то важного.

— Извечного спора, сынок! — она нахмурилась, — Почему твоя жена так хочет покинуть нас? Почему мечтает уехать из нашего дома, чем мы ей не по нраву?

Вик растерялся до такой степени, что в первую секунду едва не спросил, кто у него жена. Затем, сообразив, что речь идет о его единственной и неповторимой Аделайн, неловко кашлянул и, торопливо припоминая, как когда-то отвечал на такие вопросы, попытался восстановить цепь событий.

— Она… она просто хочет узнать то же, что уже знаете вы — хочет создать свою семью, сама воспитывать и растить наших детей… Вы не думайте, мы не забудем вас! — он прижал руки к груди, — Я клянусь… мама, отец, я никогда не забуду вас! Никогда… — в последнем слове прозвучали нотки грусти, и мужчина попытался спрятать их за улыбкой.

Он помнил, он сознавал себя человеком, пришедшим из будущего, вернувшимся в прошлое и, коль скоро прежде путешествовать во времени ему не доводилось, полагал, что сейчас все происходит именно так, как и должно происходить. Странно только, что остальных рядом нет — где он их должен искать? И ладно еще Рене — где он живет в этом времени, граф знал, но вот хотя бы тот же Винсент или Альберт… И его потомки — Луи и Роман, жена Эрика — Татьяна! Они-то где?

— Виктор, — отец сдвинул брови, видя, что сын его не слушает, — Мы лишь хотим помогать вам, пока вы не встанете на ноги, хотим поддерживать вас… но твоя жена, видимо, недолюбливает нас за что-то, раз так рвется сбежать!

— Да что вы, Ада любит вас! — граф замахал перед собою руками: в том, что говорит, он был совершенно уверен, — А, кстати… где она?.. — мысль о том, что может вновь встретиться с женой, встретиться с той, любовь к кому пронес через всю свою бесконечную жизнь, заставила его побледнеть.

Мать мужчины слегка поморщилась.

— Она отправилась к своему брату, сынок. Зная, что ты должен вернуться к полудню, она отправилась к Ренарду, будто специально не желая дожидаться тебя! Я знаю, ты ее очень любишь, как и она тебя, но все-таки такое неуважение…

— Мама, ради Бога! — Вик мимолетно закатил глаза, начиная понимать, в чем именно он мог не быть согласен с родителями, — Ада часто ездит к Рене, он — ее единственная родня, конечно, ей хочется повидаться с ним! Уверен, она скоро вернется, я буду счастлив…

— Ваше сиятельство… — робкий голос слуги, раздавшийся из-за спины, заставил графа резко обернуться и расплыться в еще более широкой улыбке. Этого человека он тоже помнил, помнил немного более смутно, чем родителей, но все-таки знал, был к нему искренне привязан, уважал и любил его. Старый слуга, верный пес его семьи, всегда относился с почтением и нежностью не только к родителям мужчины, но и к нему самому, к его жене, поэтому в ответ заслуживал самой горячей приязни.

— Жюльен… — Виктор порывисто шагнул к слуге, желая заключить его в объятия. Тот, видя намерение хозяина, испуганно отступил, хмурясь и все-таки попытался объяснить, с чем пожаловал.

— Ваше сиятельство, к вам пожаловал какой-то месье… Он не представился, сказал лишь, что он ваш старинный друг и что вы будете чрезмерно счастливы свидеться с ним. Я взял на себя смелость проводить его в гостиную.

— Старинный друг? — Вик нахмурился, пытаясь понять, кто должен был пожаловать к нему в этот день, что это вообще за день, и какие у него есть старинные друзья, — Хм… проводи его в мой кабинет, будь так добр. Я сейчас подойду, — он послал родителям быструю улыбку и, коротко поклонившись в их сторону, направился в холл, откуда вела лестница на второй этаж, где и располагался, как помнилось графу, его рабочий кабинет. Гостиная располагалась там же, на втором этаже, поэтому увидеть гостя преждевременно у Виктора бы не вышло.

Он покинул родительские покои, миновал комнату для чтения, где обычно любил проводить время отец и, наконец, вышел в холл.

Он успел сделать по нему три шага, когда входная дверь вдруг распахнулась, и в дом вошло чудесное видение, самая прекрасная женщина, какую только видел свет.

— Ада… — голос сел; на глаза навернулись слезы. Не в силах сдержать порыв, граф бросился к жене и, подхватив ее на руки, закружил, прижимая к себе и осыпая поцелуями ее лицо.

Аделайн, изумленная сверх всякой меры, обнимая супруга в ответ, непонимающе смотрела на него и, когда он, наконец, поставил ее на пол, осторожно коснулась ладонью его лба.

— Любовь моя, у тебя жар? Что случилось?

— Ничего! — Виктор, сияя от счастья, вновь прижал ее к себе, — Просто я безмерно соскучился по тебе, моя ненаглядная, я… я так счастлив вновь видеть тебя!

Его жена неуверенно улыбнулась; взгляд ее исполнился подозрения.

— Виктор… любимый мой… Скажи мне, что происходит? Рене ведет себя странно, ты тоже… что с вами обоими?

— Рене ведет себя странно? — Вик, усилием воли заставляя себя отвлечься от счастья, сдвинул брови. Так-так… значит, скорее всего, Рене тоже полностью осознает, что он пришел из будущего. Но почему они оказались так далеко друг от друга? Они ведь и в дверь, созданную Винсентом, входили вместе… как странно.

— Я… не думаю, чтобы с ним что-то случилось, — граф улыбнулся, с глубокой нежностью целуя жену в губы, — Но, коль скоро тебя это так беспокоит, я обещаю, что обязательно поговорю с ним! Сегодня же… но после того, как побеседую с ожидающим меня человеком, хорошо? — он выпустил ее из объятий и, поймав ее руку, нежно поцеловал кончики пальцев, — Я поговорю с ним и вновь приду к тебе. Жди меня, любимая, жди! — мужчина глубоко вздохнул. Жена смотрела на него с нескрываемым изумлением, ничего не понимала, а ему было так безмерно жаль расставаться с ней даже на секунду…

И, тем не менее, будучи немало знаком в своей жизни с магами и магией, он смутно помнил, сознавал, что нарушать ход событий прошлого нельзя, что в будущем это может иметь слишком далеко идущие последствия, причем не всегда хорошие… Поэтому, еще раз с сожалением вздохнув, он поцеловал любимую супругу в щеку и, выпустив ее руки, оставив ее в абсолютном недоумении, бегом поднялся по лестнице на второй этаж.

В этом теле он чувствовал себя на редкость чудесно — он был молод, здоров и силен, был готов свернуть горы и не сомневался, что сумеет одолеть всех и каждого из своих врагов.

Виктор быстро прошел по короткому коридору до конца и, толкнув знакомую до боли дверь, вошел к такую родную, но давно забытую комнату. Его кабинет в родительском доме… Чудо, что он сумел вновь сюда попасть, просто чудо! О, при встрече он обязательно отблагодарит Винсента за эту потрясающую возможность!

Он вошел, закрыл за собою дверь и огляделся. Напротив его письменного стола, спиною ко входу, кто-то сидел в глубоком и удобном кресле, кто-то, невидимый от дверей. Над спинкой кресла лишь едва заметно виднелась белесая макушка.

В груди неприятно екнуло, и Виктор, шагая осторожно, довольно бесшумно, двинулся вперед, обходя кресло и безмерно опасаясь увидеть в нем того человека.

Взгляд прозрачно-зеленых глаз, упавший на него, взгляд спокойный и уверенный, заставил графа откровенно похолодеть.