Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить (СИ) - Устюгова Вера - Страница 7

– Открою тебе сейчас Америку, – со смешком отвечает Зоя, – Но Кирилл тебя любит. Что в одиннадцатом классе, что сейчас. Взгляд все тот же, и со стороны это прекрасно видно.

– Ага, так любит, что ребенка от другой заделал и молчал, – бурчу, отпивая коньяк.

Алкоголя уже выпито прилично, и тело постепенно погружается в тягучую эйфорию. Только тяжелые мысли не спешат покидать голову.

– Это мужики. Они сначала делают, а потом думают.

– Вот пусть сидит один и думает.

– Ставлю косарь, что сидеть без дела он точно не будет. Если не сейчас, дак с утра жди своего благоверного на пороге, – усмехается Зоя и закидывает в рот оливку.

А мне не смешно.

Кирилл правда не сдается, и блокировка номера его не остановит. А еще он прекрасно знает адрес этой квартиры.

И словно в подтверждение в дверь кто-то начинает звонить.

Обе замираем на месте и прислушиваемся к звукам из подъезда.

– Хоть бы соседи, – испуганно бормочу я.

– Точно он.

В дверь уже не просто звонят. Когда раздается стук, а потом разъяренный голос начинает орать «Оля», я понимаю, что мы сейчас устроим неплохое шоу для соседей.

– О господи…

– Я открою. Сиди.

Зоя тут же вскакивает и скрывается в коридоре, оставляя меня, трусиху, прятаться на кухне.

Глава 7

– Ольга где? – рявкает Кирилл и даже не здоровается с Зоей.

Такой у него характер. Жесткий, наступающий и не терпящий возражений.

Однако Зоя тоже не из робких, и с моим мужем подруга просто обожает спорить.

– В Караганде, – с сарказмом отвечает женщина, – Тебя сюда кто-то звал?

Пока эти двое мило общаются в коридоре, утоляя любопытство соседей, я сижу на кухне, как мышка, вжимая голову в плечи.

Выйти все равно придется, потому что Кирилл не знает слова «нет».

Тянусь за своей чашкой с коньяком и осушаю ее до дна, потому что по-другому я сейчас не в состоянии воспринимать мужа.

– Ольга! – тем временем кричит он, пытаясь пробиться через подругу.

Встаю. Делать нечего.

Кирилл не уйдет и продолжит орать. Я его знаю.

Кое-как переставляю ноги и пошатываясь выхожу к этим двоим, которые уже в рукопашную готовы драться. Зоя загораживает всем телом проход, а Кирилл над ней нависает и пыхтит.

– Уходи, пока полицию не вызвала! – ругается на него женщина.

– Вызывай!

– Зой, пропусти его, – устало бормочу я.

Кирилл тут же цепляется взглядом за меня, а подруга молча отходит в сторону, недовольно поджимая губы.

– Ты пила? – удивленно реагирует мужчина, чем только веселит меня.

Все-таки коньяк ударяет в голову, и я начинаю глупо хихикать, не обращая внимания на грозный взгляд мужа.

– Ну я пойду, – ретируется подруга, махнув на нас рукой.

– Оль, – уже мягче проговаривает Кирилл и оперативно подхватывает меня, когда я начинаю заваливаться на бок в попытке надеть сапоги.

– Иду-иду.

Уворачиваюсь от его рук и натягиваю пальто.

Становится нестерпимо жарко в квартире, поэтому я хватаю Кирилла под локоть и увожу на свежий воздух.

Выходим на улицу, и я тут же падаю на старенькую скамейку у подъезда.

– Поехали домой.

Мужчина садится рядом и пытается приобнять меня, якобы защищая от холода. Резко дергаюсь и стряхиваю его руки с себя.

Трезвость, как и опьянение, приходит ко мне также быстро. Стоит только оказаться на морозе, и я теряю былое веселье, окунаясь в тоску.

– Дома больше нет, – грустно констатирую, рассматривая носки своих сапог.

Потому что моим домом было не место. Домом долгие годы был Кирилл.

Однушка за МКАДом, куда мы переехали после свадьбы и где активно травили то клопов, то тараканов. Квартира побольше уже в Москве, когда родилась Катя.

Потом была еще одна квартира, и, наконец, коттедж в неплохом таком поселке с благоустроенной территорией.

Мы жили много где, но всегда вместе. Вот это было моим «домом».

– Есть, – не унимается мужчина, – И всегда будет.

– Скажи, – еле слышно шепчу, – Почему ты мне изменил?

Наверное, это один из самых унизительных вопросов в мире. Но я его задаю и ожидаю услышать от мужа правду.

Постарела, стала капризнее, наскучила, перестала возбуждать, удовлетворять в постели, приелась – в голове возникало миллион мыслей, пока Кирилл медлил и обдумывал свой ответ.

– Я не хотел этого, – все же выдает мужчина после долгих секунд молчания, – Я не контролировал себя в эти минуты.

– Не контролировал? – усмехаюсь, поражаясь своей выдержке.

– Я был пьян и не понимал, что творю, – хмуро продолжает муж, – А когда понял, было уже поздно. Оль, я…

– И сколько вы вместе?

– Нисколько. Мы никогда не были вместе в том смысле, который ты сейчас представляешь в своей голове.

– Но ты ездишь туда. И часто.

– Там мой сын.

Сын.

То, что я боюсь даже больше, чем любовницу.

Мила не моя соперница в этой истории, но Федя…

Ребенок, которого Кирилл никогда не оставит. А там, где сын, там и Мила всегда будет.

– Я не смогу это принять.

– Вы никогда больше не встретитесь.

Святая простота!

Не ожидала, что мой муж такой наивный. Думает, что контролирует ситуацию, но на деле даже не замечает, как все вокруг него рушится.

– Достаточно того, что мы уже встретились, – начинаю злиться.

– Я не смогу оставить Федю, но Мила для меня ничего не значит, – продолжает этот упертый и похоже тупой баран.

По-другому я не могу объяснить мысли своего мужа.

– И как ты хочешь? – все-таки вспыхиваю, повышая голос, – Жить со мной дальше, словно ничего не было, по субботам устраивать ужины с дочерями, а по воскресеньям катить коляску с сыном и Милой под ручку в парке? Удобно устроился, не находишь?

Вскакиваю и начинаю ходить туда-сюда, чтобы немного унять ярость внутри.

Самое удивительное, что Кирилл и вправду именно так представляет нашу жизнь. По четным дням одна семья, по нечетным – другая.

– А что ты мне предлагаешь? – в ответ взрывается Кирилл, – Оставить любимую женщину здесь, в этом клоповнике? Еще скажи, развестись? Так, мне это надоело! Поехали!

Мужчина тоже встает, хватает меня за руку и начинает тянуть к машине.

– Отпусти!

– Ничего, – муж словно сам с собой разговаривает, – Возьму отпуск и залюблю тебя так, что ты простишь.

– Дурак? – злюсь еще сильнее, – Это так не работает!

– У меня сработает.

Кирилл тащит уверенно, нигде не запинается, пока я буксую на каблуках.

На первом этаже загорается свет, кто-то уже вышел на балкон и орет на нас за шум.

Мда. Отличное знакомство с соседями.

Но я подумаю об этом с утра. А пока нужно вырваться из захвата мужа. Еще чуть-чуть, и он затолкает меня в машину без шансов выбраться.

– Эй! – боевая подруга прибегает очень вовремя, – Павловский, совсем сдурел?

Зоя подлетает к нам вмиг и начинает колотить Кирилла.

– Зой, лучше не лезь в нашу семью, – огрызается он на нее.

Не знаю, откуда нахожу столько сил. Видимо, слово «семья» становится для меня последней каплей.

Резко дергаю свою руку и вырываюсь.

– Семья? – отвечаю мужчине, – Никакой семьи больше нет! Ты слышишь меня?! Я развожусь!

Глава 8

– Что?..

Кирилл выглядит таким потерянным из-за моих слов о разводе, что мне на секунду становится его жалко.

Но только на секунду, которая очень быстро проходит.

Потому что в этой ситуации он – последний человек, кого я буду жалеть.

– Ты все правильно услышал, – отвечаю сухо и спешу прижаться к Зое, потому что меня опять начинает колотить.

Больше никакого алкоголя, иначе эти скачки настроения доведут меня быстрее.

– Развода не будет, – пытается возразить Кирилл, не воспринимая мои слова всерьез.

– Других вариантов у нас больше нет, – грустно заключаю и тяну подругу скорее в подъезд, пока муж не предпринял еще одну попытку затащить меня в машину.