Развод. Предатели (СИ) - Дюжева Маргарита - Страница 31

Прилетели мы рано утром, когда небо на востоке еще даже не начало светлеть. В столице нас ждал снегопад. Привыкнув за две недели к нескончаемому солнцу и жаре, я даже обрадовалась, вдохнув холодный воздух и почувствовав, как на щеках таяли крупные снежинки.

Из аэропорта нас забирало такси. Сначала мы завезли Любу, которой было ближе, потом отправились ко мне. Таксист оказался болтуном, и всю дорогу развлекал забавными рассказами о случаях с работы, отвлекая тем самым от противного сосущего чувства в желудке.

Новая квартира встретила меня тишиной и тем самым запахом, который просачивался в любой дом, стоило его только оставить без присмотра на несколько дней. Я разобрала вещи, что-то закинула стирать, а сама легла спать – потому что после долгого перелета чувствовала себя измученной. Однако ближе к вечеру, хорошенько отдохнув и переделав накопившиеся дела, я поняла, что не хочу сидеть дома и отправилась в клинику.

А там меня ждал самый настоящий сюрприз.

Не знаю, как кому-то удалось пробрался внутрь, но на столе стоял огромный букет роз, а рядом с ним сидел плюшевый енот, у которого в лапках была карточка с надписью «С возвращением»

Потребовалось немало времени, чтобы найти визитку, которую оставил мне товарищ с енотом, пообедавшим новогодней мишурой.

Пока искала ее, ругалась чуть ли не в голос, накручивая себя по поводу несанкционированного проникновения на мою территорию. Это что за выкрутасы такие? Я вообще-то и в полицию заявить могу! Вдруг пропало что-то из дорогостоящего оборудования?

Хотя вру. В то, что меня могли обокрасть, я не верила. Почему-то такая мысль показалась нелепой и даже недостойной, но возмущения это не убавило.

Карточка нашлась на микроволновке в комнате отдыха. Так, кто у нас тут?

Карпов Никита Михайлович. Из визитки было непонятно в какой сфере он работал, да мне и неважно было. Я просто набрала отпечатанный серебром на темно-сером фоне номер и принялась слушать гудки.

Насчитала почти с десяток, прежде чем в трубке раздался глубокий голос.

— Слушаю.

— Никита Михайлович, добрый вечер, — сказала я, тоже напустив побольше официоза, — вас беспокоит Вера Андреевна. Хозяйка еще не открытой ветеринарной клиники в вашем доме.

— Ну, здравствуйте, Вера Андреевна, — голос заметно потеплел, и в нем появилось что-то похожее на усмешку.

— Это вы оставили здесь цветы и енота?

Он даже не подумал отпираться, юлить и делать вид, что не при чем:

— Да. Букет от меня. Енот – от Семена. Он, кстати, бодр, весел и передает вам пламенный привет.

— За привет спасибо, а вот насчет всего остального – не стоило. Тем более в отсутствие хозяйки, — я сама себе напомнила строгую учительницу, стоящую перед классом, — как вы проникли внутрь?

— Ловкость рук и никакого мошенничества.

— Вы взломали замок? Вскрыли окно?

— Не взломал, а вскрыл, без каких-либо повреждений и последствий.

Нет, ну это просто уму не постижимо. Он еще и хвастается!

— Насчет последствий, я бы на вашем месте не была столь уверенной. Это вообще-то вторжение в частную собственность.

Он хмыкнул:

— Вторжение?

— Да! В отсутствие хозяина пробрались на в закрытое помещение, вскрыв его, не имея на то никакого морального и не только морального права.

Он хмыкнул:

— Ну просто форменный мерзавец.

— Я такого не говорила. Не передергивайте мои слова.

— Я и не собирался, — в трубке послышалась какая-то возня, — как отдохнули?

— Вы не собираетесь извиняться за то, что влезли ко мне без спроса? — я не позволила перевести разговор на другую тему.

— Собираюсь. Именно этим сейчас и займусь. Ждите.

— Что? — не поняла я. Потом поняла, — Нет!

— Я уже иду.

— Я вас не жду.

— Очень зря.

— Я вас не пущу!

— Мы уже выяснили, что это не проблема, — кажется, нахалу было весело, — все, ждите. Сейчас спущусь.

— Не надо…

Но меня уже никто не слушал. Снова гудки в трубке и ощущение того, что обвели вокруг пальца.

— Не, ну что это такое?! — я в сердцах всплеснула руками и отправилась на ресепшн, ни капли не сомневаясь в том, что новый знакомый с минуты на минуту окажется на пороге.

Немного ошиблась. Прошло пять минут, прежде чем на крыльце появился темная, знакомая фигура.

В этот раз он громко постучался и только после этого, приоткрыв дверь, спросил:

— Разрешите войти?

— Прекратите паясничать!

Сегодня он выглядел, как самый натуральный бандит из сельской местности. В дубленке, поверх спортивного костюма, кроссовках, и почему-то совершенно лысый.

— Что с вашими волосами? Где они? — спросила я, прежде чем успела прикусить язык.

Видать, слишком уж удивленно я на него уставилась, потому что Никита немного смутился, провел пятерней по едва наметившемуся ежику и пробасил:

— Это я на спор.

— На спор? — переспросила я.

— В праздники с мужиками в бане были, ну и начали меряться, кто во что горазд. Сказали, что мне слабо налысо… и я вот…

— Вам сколько лет-то вообще?

— Сорок девять, — гордо произнес он.

— Я, конечно, догадывалась, что первые пятьдесят годиков самые сложные в жизни мальчика, но, чтобы настолько…

Я и представить не могла, чтобы, например, Ланской или кто-то из его окружения на спор побрился налысо. Мне кажется, бывший муж уже лет после тридцати пяти стал «взрослым» и не позволял себе никакого дурачества. Это и понятно. Серьезный человек, бизнесмен, ну какие могут быть глупости?

Впрочем, какая разница, как бы в такой ситуации себя повел бывший муж? Меня это больше не касалось никоим образом.

— Да ладно, — он беспечно пожал плечами, — отрастут.

— Действительно. Чего это я. Что вы делаете с вашими волосами…да и со всем остальным – ваше дело. Мое – вот это вот, — я обвела широким жестом помещение, — простите, если не оценила романтику, но жду пояснений и извинений.

— Я у вас тут похозяйничал немного, — Никита поманил меня пальцем и без разрешения первым отправился вглубь клиники.

Я настолько опешила от такой вопиющей наглости, что даже слов не нашла, кроме бездарного возмущенного:

— Эй!

Он даже не притормозил:

— Дом новый, все еще ремонты делают, и кто-то умный слил в канализацию остатки песко-бетонной смеси. Управляющей компании пришлось пробивать засор, который начинался в вашей части труб. До вас не дозвонились – у них оказался только номер какого-то злого мужика, который сказал, что вы свалили отдыхать, и что его не касаются ваши дела.

— Это бывший муж, — поймав на себе его пытливый взгляд, я немного смутилась, — мы не очень хорошо расстались.

— Давно? Простите… я не должен был такое спрашивать.

— Да, ничего страшного. Это было осенью. Так что там с засором?

— Ах, да. В общем засор, до вас не достучаться, жильцы топают ногами, требуют, чтобы неисправность устранили. Управляшка была готова взламывать вашу дверь, но я не смог стоять в стороне. Ведь разворотили бы все и не убрали за собой. В общем, я взял на себя ответственность, и все контролировал. Сам их запустил, смотрел, чтобы никуда не лезли, и за собой убрали. Вроде все нормально, сейчас сама увидишь, — Он привел меня в одно из дальних помещений: — Вот эту трубу перебирали.

Если бы не новые хомуты и непросохшие разводы на бетонном полу, я бы и не заметила, что тут что-то делали. Никакого мусора и покореженных деталей. Чисто.

Накатило смятение. Нет, я не неженка и не принцесса в бытовых делах. Отнюдь. Если потребуется и сифон переберу, и полку прибью. После отъезда Влада я делала это и не раз. Потому что Николаю всегда было некогда, у Артема, откровенно говоря, руки росли не из того места, соседей по таким мелочам дергать неудобно, а если вызывать мастера в наш коттеджный поселок – то ждать можно было очень долго. Поэтому делала сама.

А тут… тут прямо растерялась.

— Эээ….ммм….спасибо.

— Ерунда. Я перед вами в долгу за спасение Семена, — отмахнулся Никита.