"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 575

— Надо же. Кажется, я очень давно тебя не видел. И ты будто бегала от меня с тех пор как вернулась.

— Не бегала, — Млада пожала плечами. — Сам меня видеть не торопился, княже.

— Я думал, — он, казалось бы, ласково улыбнулся. Но в его улыбку не верилось. — Я много думал над тем, что случилось, и тем, что узнал за последние луны. И не зря позвал тебя именно сегодня. Когда стало известно о ребёнке Хальвдана.

Он посмотрел выжидательно. Но Млада и не шелохнулась, даже на лице, кажется, удалось удержать невозмутимое выражение.

— Это почему же?

— Потому что мне кажется, что всё, что с нами случилось, это знаки. От судьбы, от Богов… — Кирилл встал и приблизился на пару шагов. — Ведь неслучайно ты появилась в детинце осенью. И неслучайно с самого начала мы по-особому чувствовали друг друга. Вот и теперь. Невеста меня покинула. А тебя скоро покинет Хальвдан…

Кирилл подошёл еще ближе. Млада не стала отступать, хоть и хотелось.

— Он меня не покинет. Если сама не прогоню.

— Покинет. Рано или поздно. Это пока он артачится. А как только в его постели появится хорошенькая жена, он забудет о тебе. Хоть, признаюсь, запала ты ему в душу сильнее, чем все девицы до тебя. Но я слишком хорошо его знаю.

— Жизнь покажет, — буркнула Млада, изо всех сил сопротивляясь сомнению, что невольно селили в душе слова Кирилла.

— Тебя радует участь любовницы? — князь приподнял брови. И, не получив ответа, рассмеялся. — Да брось! Ты достойна другого.

— Может, я не достойна и этого…

Лицо Кирилла снова стало серьёзным. Он сделал ещё шаг к Младе и остановился теперь очень близко. Она почти задохнулась от смрадного дыхания Забвения, что, невидимое глазу, окутывало князя с головы до ног. Он проигрывал Корибуту схватку. По собственной воле, потому как больше не хотел держаться за этот мир. Млада не видела ни разу его невесты, но попадись та ей, она отвесила бы девице хорошую затрещину. За то, что бросила Кирилла тогда, когда была ему необходима.

— Не говори глупостей, — его голос стал тише и мягче. — Ты здесь не случайно, и всё указывает на то, что мы предназначены друг другу.

От него качнулась волна обманчивого тепла, окутала, унимая волнения последних дней. Млада едва смогла не пустить его дальше, в разум. Иначе погубит все мысли до единой.

— Ты ошибаешься, княже… — проговорила она медленно, будто сонно.

— Мы обладаем великой силой, Млада, — текли дурманом слова Кирилла. — Разной силой, но способной соединиться воедино и приумножиться. Вдвоём мы достигли бы такого величия, которое другим и не снилось. А наши наследники стали бы ещё сильней.

— За наследниками, это не ко мне, — Млада невольно скользнула взглядом по фигуре князя.

— Забвение излечит всё, — слегка улыбнулся тот. — Нужно только впустить его. И не говори, что эта мысль тебя не манит. Не говори, что никогда не чувствовала влечения ко мне. Я к тебе — чувствовал. Много раз. И оно, верно, не обманывало меня.

Он был прав. Как можно не плениться могуществом правителя, которое князь всегда излучал? С самого начала. И влекло к нему — несомненно. Как к сильному мужчине, который станет опорой в жизни. Любая девушка этого желает. Даже убийца. И намертво теперь засела в голове мысль, что Забвение сможет снова подарить Младе возможность родить ребёнка. Только кому? Корибуту?

Кирилл осторожно, но крепко взял её за плечи, склонился, всматриваясь в лицо, будто ища на нём что-то. Возможно, согласие. Она закрыла глаза и медленно вдохнула. Глубоко и незаметно. Холодные губы князя прижались к её губам, уверенным движением приказывая ответить на поцелуй. Она подчинилась.

Кирилл подтолкнул её, обхватив за талию. Млада попятилась, пока не упёрлась в стол. Под ладонями оказалась его отполированная сотнями прикосновений поверхность. Оперевшись на неё, она чуть откинулась назад, принимая напор Кирилла, и, словно раскрыв душу, выплеснула на него волну силы. Показалось сначала, та канула в непроглядную бездну, оплетённую, словно корнями, чёрными жгутами Забвения. Не пробиться. Поздно. Млада вдохнула ещё, теснее прильнула к Кириллу. Вспомнила Хальвдана, представляя, что это он сейчас прижимает её к себе. И свет разросся, два потока, тёмный и ослепительно белый, закружились перед внутренним взором. Закрутились спиралями и схлестнулись, переплетаясь между собой. Их чудовищная мощь вышибала дыхание из груди, раздирала на части. Сумрачные нити Забвения, словно упавшие в воду капли чернил, расползались в стороны, растворялись теперь в сияющем озере. Они хлестали и опаляли там, где могли дотянуться, колыхались и извивались, пытаясь не поддаться удару супротивной силы. Но медленно начали затухать, сжиматься в комок, похожий на горсть грязи. Млада крепко опутала его светом — на сколько-то хватит.

Кирилл вдруг отпрянул, почти оттолкнул её. Она открыла глаза и налетела на его ошеломлённый взгляд. Чуть подрагивающими пальцами спокойно застегнула ворот рубахи, под которой ещё мгновение назад чувствовала его руки. Откинула за спину косу.

— Полегчало, княже?

Тот провёл ладонью по лицу с тихим стоном. Словно пьяница, натворивший непотребных дел, а теперь протрезвевший.

— Прости. Проклятье… Прости меня.

— За что? За поцелуй? Он был приятным, — она едко улыбнулась. — Почти.

— За то, что хотел… — Кирилл нахмурился, припоминая. — За то, что говорил тебе. Как ты смогла? Прогнать его.

— Я Воин, княже. Ты кажется, об этом знал.

Он кивнул, запустил пальцы в волосы, откидывая со лба.

— Знал. Корибут тоже знает об этом давно. И хочет тебя себе в союзники. Он рушит наши жизни, Млада. И мне мерзко от того, что я уже не могу ему противостоять.

Она с трудом отлепилась от стола — колени подгибались — и подошла. Заглянула Кириллу в лицо, ободряюще касаясь плеча.

— Ты можешь, ведь сопротивлялся раньше. И в одном ты прав: вместе мы сильнее. Только каждый должен выполнить то, что ему предначертано. Мне — идти в Забвение, чтобы Корибута вновь в его темницу упрятать. Ведане — мои силы беречь. А тебе нужно уничтожить посох. Ведь от него сила Корибута в Явь просачивается.

Кирилл покачал головой, глянув на свои руки.

— Как только я возьмусь за него, Корибут снова меня одолеет. Мне стало хуже уже оттого, что посох где-то в доме.

— А ты будь сильнее. Я помогу. Я всегда помогу, если нужно.

Князь пристально её оглядел, и вдруг улыбка, совсем такая, как раньше, пробежала по его губам.

— И как же ты научилась с другими считаться? Помнится, ведь всё одиночкой в стороне стояла. И кричала, что тебе плевать, что с нами со всеми будет.

— Хальвдан научил, — она криво усмехнулась от очередного воспоминания о вереге. — Да долгий путь на юг и обратно.

— У меня тоже был свой путь, — взгляд князя обратился словно бы вовнутрь. — Я многое узнал о том, чего не ведал всю жизнь. Что от меня скрывали с самого детства. Боюсь, мало нам того, чтобы снова упрятать Корибута в его оковы. Раньше его печать проклятия держала. И нужен для того сильный волхв. Который, к тому же, не побоится на себя тяжесть этой ноши взять. Я думал, Мах согласится. Но он… Видно, я его убил. А других столь же могущественных волхвов в княжестве я не знаю. Даже если бы он и был, то проклятие нужно произнести над костями Корибута. А эта заковыка еще сложнее. Столько времени прошло — где их теперь искать?

Млада выслушала Кирилла и невольно вздохнула. А ведь уже привыкла думать, что их с Веданой сил хватит, чтобы одолеть Хозяина. Теперь же всё оборачивалось гораздо большими трудностями. Но проблеск светлой мысли мелькнул в голове, и она тут же его озвучила.

— Рогл.

— Что? — не сразу сообразил Кирилл, но в следующий миг его лицо озарилось пониманием.

Он кликнул стражника и приказал позвать вельдчонка.

Пока тот не появился, Кирилл стоял у окна, глядя во двор, и молчал. Время от времени он посматривал на Младу, которая без сил опустилась в кресло у стола. Но как только она отвечала на его взгляд — отворачивался. И на губах тогда снова вспыхивал ледяным ожогом его поцелуй. В голове было теперь пусто. Словно схватка с Забвением вычерпала всё внутри. И теперь только ждать, когда дыра заполнится снова. Кажется, князь ощущал это тоже, но они не сказали друг другу ни слова. Странно, а ведь они, получается, дальние родичи. Вот откуда эта необъяснимая ранее связь — то говорила в них кровь Корибута. Ничтожная её толика, но имеющая огромную силу.