Счастье в 50. Драмы больше нет (СИ) - Евгеника Мара - Страница 5

Через несколько минут продолжаю говорить:

– Честно, Юль… Мне страшно! Все время думаю о здоровье малыша…

Подруга слушает меня молча. Знаю, она не хуже меня понимает всю серьезность ситуации.

До того, как я уговорила её пойти в косметологию, Юлька была прекрасным терапевтом.

– Муз, ну, чего ты рассиропилась? Все будет хорошо. Срок, конечно, уже приличный. Но…Сейчас много прекрасных методик ранней диагностика отклонений в развитии плода. Хотя я уверена на тысячу процентов: все у вас с малышом будет отлично, – с присущим ей оптимизмом говорит Юлек.

В знак поддержки подруга накрывает мою ладонь своей и слегка сжимает мои пальцы.

– Громова, ты – молодая и сильная женщина. У тебя двое прекрасных парней, которые даже не болели в детстве. Муз, ну, назови мне хоть одну причину, что сейчас могут возникнуть проблемы?

Слушая подругу, вздыхаю. Её слова мне понятны, но они не отменяют моих страхов и опасений.

– И все же, Юль, здоровье ребенка – это совсем другое. И ещё переживаю, что смогу ли я быть хорошей матерью в таком возрасте.

– Ой, Карпович, хватит уже. Ты не первая старородящая мамашка, – цокает Юлька. – Сейчас прямо поветрие рожать в сорок плюс и значительно позже. У меня даже нет сомнений, что все будет супер. Посмотри на себя, Муз… Ты полна энергии и жизнелюбия! К тому же, у тебя есть такая замечательная поддержка – муж и два прекрасных сына…

Пока Юлек расстреливает меня своим позитивом, я нервно кусаю нижнюю губу.

– Да, я так и не услышала про реакцию господина Карповича. Муза, что ответил отец – молодец?!

– Денис еще не в курсе... Он задержался в командировке. Я не стала пока ему сообщать, – признаюсь, чувствуя, как закололо в груди. – Не знаю, как он отреагирует. Нет…Если честно, то боюсь его реакции. Ты же знаешь, Денис ярый противник поздних беременностей. Потому боюсь даже представить его гром и молнии, – признаюсь, опустив глаза.

– Муз, да брось ты… Вспомни, как он с мальчишка и носился. Реально… Таких отцов мало. Думаю, что он и сейчас воспримет новость позитивно…Ну, может и не с восторгом, но с радостью точно. Уверена, узнав о беременности, Карпович поддержит тебя, – тоном психиатра произносит Юлька, мягко похлопывая мою ладонь и подмигивая мне.

Киваю в знак согласия и улыбаюсь, но тревога, живущая внутри, от этого никуда не девается и меньше не становится.

– Надеюсь, ты права, – вздыхаю, глядя в окно на тихо падающий снег. – Нужно просто найти подходящее время для этой новости…

Подруга тут же ловко переводит вектор разговора.

– Ты знаешь, я все время думаю о японской косметике, – говорит Юлька, и я вижу, как ее глаза загораются. – Она натуральная и очень эффективная! Читала отзывы экспертов. После ее использования кожа становится, как попка у младенца… Морщины разглаживаются прямо на глазах. Я, кстати, кое-что купила. Предлагаю начать омолаживаться прямо сейчас. Мы можем попробовать что-то новое вместе.

Чувствую, как Юлькина задорная трепология на её любимую тему, помогает мне отпустить свои страхи.

Мы продолжаем весело обсуждать последние тренды в косметологии.

Юлька так образно и красиво описывает, как хорошие косметологические средства могут помочь беременным и кормящих мамочкам, что я улыбаюсь.

Лёгкость разговора наполняет меня позитивом и уверенностью.

В этот момент понимаю: несмотря на все сомнения, у меня есть мощная поддержка, и это очень важно.

Наш разговор плавно переходит к другим темам, чувствую, как напряжение окончательно начинает меня отпускать.

Радуюсь тому, что поехала к подруге и поделилась своими страхами с ней.

Так приятно знать, что как бы ни было сложно, ты не одна.

– Спасибо тебе, Юлик, за то, что ты всегда рядом, Я искренне благодарна тебе за это, – в порыве эмоций говорю подруге, обнимая её.

Глава 8

После приятных “поболтушек” с подругой и полезных косметологических процедур домой еду в приподнятом настроении.

– Малышуль, что ты желаешь съесть…

Интересуюсь у своего пузожителя, хотя знаю сама, что сейчас очень хочу мороженое с клубникой.

– Ну, что возьмём несколько коробочек сливочного пломбира. Ягодки свои с дачи есть у нас в морозилке.

С этими словами сворачиваю к торговому центру.

Выйти из салона купера не успеваю.

Раздается входящий от младшего сына.

Принимаю звонок тут же, потому что дети в нашей семье – наше все.

Именно так было у нас с Денисом всегда.

– Мамуль, привет! Ты как?

Слышу в голосе Тимофея волнение. Оно меня несколько настораживает.

И от этой эмоции Тима моё настроение летит вниз.

– Привет, сыночек. Все нормально. У тебя что-то случилось? Мне не нравится твоя озадаченность, – поясняю сразу, потому что не люблю словесного пинг-понга и речевых кружев.

– Да, переживаю. Просто папа за ужином обмолвился, что ты странно себя вести начала. И Мотька ещё подлил масла в огонь. Дескать, мама ездила на обследование в узи центр, но ему не перезвонила, – как на духу сообщает младшенький. – Ну, вот я чего-то и занервничал.

– Тим, это ты зря. Все нормально. Я и Матвею об этом сказала. Результаты обследования хорошие. Поводов для беспокойства нет. А для радос.., – осекаюсь на полуслове, решая, что первым новость все же должен узнать Денис.

От пояснений меня спасает молодой женский голос, который по-английски обращается ко Тиму.

По первой фразе понимаю, что это не просто прохожая.

– Сыночек, ты беги! Тебя ждут. На самом деле все хорошо, – стараюсь быстро завершить разговор, зная о любви младшего к уточняющим вопросам.

– Хорошо, ма. Спасибо за понимание. Я тебе перезвоню, – отвечает сын с нежностью в голосе.

Понимаю: она имеет отношение к той, что обратилась в сыну. И меня это радует.

Как бы Карпович не настраивал парней: первым делом бизнес и карьера, - жизнь все равно идёт своим чередом.

Вот и у нас тоже теперь все будет по-новому.

Новая маленькая жизнь внесет свежую струю в нашу семью.

В последние несколько лет в наших отношениях с Денисом все как-то застоялось, заболотилось и затинилось. А вот теперь…

“Все станет прежним. Мы с мужем сблизимся. Малыш нас снова объединит”, – повторяю как мантру, пытаясь вселить в себя уверенность.

Да… И лучше бы это была малышка – девочка.

Говорят, что мужчины всегда хотят сыновей, но больше любят дочерей.

– Золотко, надеюсь, что чуть позже ты нам все же откроешь свою тайну, – смеюсь и опять касаюсь живота рукой. – Надо уточнить у папы дату и время прилета. Если у меня нет приёма и операций, то прокатимся с тобой в аэропорт.

Домой приезжаю поздно. Сил хватает только взбить молочный коктейль со свежей клубникой. Её я купила на всякий случай.

Уже в постели отправляю Денису сообщение: “Милый, сообщи дату и время прилета. Встречу. Целую. Люблю Муза”.

Устав за день, засыпаю моментально сном младенца.

Просыпаюсь от звонка будильника.

На телефоне вижу ответ Карповича: “Сам доберусь. Поеду в минздрав. Увидимся дома”.

– Доброе утро, пупсик! Да…Наш отец-молодец чем старше, тем скупее на эмоции и слова, – рассказываю малышу, положив руки на низ живота. – Отказ его мне понятен. Папка с молодости терпеть не может встреч и прощаний. Исключение делает только для мамы твоей и дорогих партнеров. Ну, последние в приоритете. Для них папка готов устраивать даже танцы с бубнами. Ладно. Не страшно. Наоборот… Может и к лучшему. Устрою дома романтический ужин.

Внезапно возникшая мысль мне нравится. Она повышает мое настроение.

Принимая душ, улыбаюсь.

Радостно подмигиваю себе, нанося на лицо дневной японский комплекс уход.

Первыми маленькую капельку чудодейственной эмульсии получают нижнее и верхнее веки.

Пока лёгкими движениями вбиваю массу в кожу, снова думаю про блефаропластику.

На автомате набираю Юльку. Подруга отвечает сразу.

– Ну, и что у тебя, мать-беременчатая, случилось? – вполне себе бодрым голосом произносит Юля.