Твое… величество - 2! (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 58

— Да, дорогой! — Диана шевельнула плечиком, выставляя его из платья, показывая грудь с большим розовым соском. А чего возбуждению зря пропадать?

Иоанн был примерно того же мнения, поэтому Диана слегка задержалась у него в кабинете. А что?

Такая жена ему и нужна, молодая, страстная, глупая… красота, да и только! Но мысли о Марии все равно изгнать не удалось.

С ней было лучше…

— Дядя, я хочу пышную свадьбу! И розы!

Виталис Эрсон выслушал объявление Дианы, и кивнул.

— Хорошо, я все организую. Когда его величество желает свадьбу?

Диана замерла.

А правда — когда? Он ничего об этом не говорил. И она спросить забыла…

— Я не знаю.

Виталис закатил глаза.

— Я сам узнаю. А ты готовься, и как можно скорее. Поняла?

Диана закивала.

— Эсси, иди сюда! Мы едем к модистке! Все приличные платья шьются только у эссы Вирдан, а я должна быть ослепительна… думаю, за пару месяцев она управится…

Эсмеральда закивала.

— Минуту, Диана. Я только оденусь, и вся в твоем распоряжении!

Виталис поманил ее пальцем.

— Я сейчас отправлюсь к королю. Поговори там со всеми этими бабами, куда собирается Диана. Если его величество согласится на быструю и скромную церемонию, дней через пять… ты меня поняла?

Эсмеральда понятливо кивнула.

Поняла она, конечно, кто бы тут чего не понял? Как можно быстрее, поэтому платье будет из готовых, и кружева, и драгоценности… Диана может мечтать, сколько угодно, но не она тут главная. И в интересах Эсмеральды помочь ей, потому что Эсси тоже хочет замуж. И куда-нибудь подальше от двора!

Жить в своем поместье, в достатке, тишине и спокойствии, что еще надо?

Детей. Штук восемь!

Но об этом думала только Эсси. А Диана уже вслух мечтала о шагренском шелке, о фарданских кружевах… да, и бриллианты. Или лучше изумруды? Или рубины? Ей все к лицу, но надо же посмотреть, какое платье у нее будет, и как будут сочетаться драгоценности…

Виталис это все и слушать не стал. Махнул рукой, да и отправился к королю.

Иоанн был в отличном настроении.

Сидел, проглядывал какие-то отчеты, рядом крутился Колючка, Виталис хотел, было, уйти, но его величество махнул рукой.

— Заходи. Что нужно?

— Ваше величество, Диана сказала про свадьбу…

— Так и организуй все. Что тебе непонятно?

— Сроки, ваше величество. Только сроки.

— Пять дней. Десять — крайний срок. Сам понимаешь, на моем ребенке не может быть и тени подозрения в незаконном рождении.

— Ребенке?

Иоанн усмехнулся.

— Тебе объяснять надо, откуда дети берутся?

Виталис выдохнул.

— Но Диана ведь пока не…?

— Но может в любой момент стать, — пояснил Иоанн, довольно разглядывая отчет. Можно подумать, там Дианочкины сиськи нарисованы были. — Так что поторопись!

— Да, ваше величество.

Виталис едва руки не потер.

Молодец, Дианка, не зря он на нее ставку сделал! Вон как король облизывается, как кот на сало! Посмотреть приятно!

— Ваше величество, Саймон Картенский не одобрит, — намекнул Колючка.

— А плевать мне на его одобрение — разозлился Иоанн, — я с его сестрой двадцать лет прожил, и что? Она даже престолонаследника мне не обеспечила!

Обвинение было, мягко говоря, несправедливым, но Иоанна такие тонкости не волновали. Сына нет?

Нет!

Значит Мария и виновата. А не турниры, болезни и боги.

Глава 14

— Так… открывай!

— Сейчас.

— Где ее кабинет?

— Первый этаж, у лестницы. Из кабинета выход в спальню.

— Отлично.

Мужчины скользнули тихо-тихо… да, и в публичном доме такое случается. Перед рассветом, когда спят даже самые активные любовники.

Вот и покои мамаши Ирты, а где она сама? Всем было известно, что Ирта клиентов не принимает, и ее можно почти всегда найти в ее комнатах.

Но…

Не в этот раз.

В комнатах осталось то, что она не ценила. Кое-какая одежда — к чему она в путешествии?

Книги, безделушки, все это пришлось бросить, чтобы не отягощать себя. Может, потом она вернется, а пока… пока в комнате был беспорядок, который мог оставить человек, собирающийся в дорогу. И наемники это поняли. Не дураки же они!

— Смотри, тут письмо и бумаги.

— Так… читай.

При свете потайного фонарика двое мужчин бегло проглядели бумаги.

Ирта Ремез доверяла управление своим делом некоей Доре Логгус, с перечислением на ее счет четверти доходов. Остальное шло на счет самой Ирты.

Доверенность, письмо, которое объясняло, что матушка Ирта себя плохо чувствует, и отправляется в путешествие. Вернется, как грехи замолит.

Наемники переглянулись.

Такого они не ожидали. Что теперь-то?

А что тут сделаешь?

Доложить заказчику, что клиент уехал, что ее надо искать и догонять… если будет на то распоряжение и соответствующая оплата — и догонят, и найдут. А пока — простите.

Вы убийство оплачивали, а не погоню через пол-страны невесть куда.

Ирта спасла себе жизнь — на какое-то время. Может, короткое, а может, и подольше. Если кто-то думал, что она поедет в карете, со слугами… может, еще и под своим именем? Смешно даже! Из ворот столицы вышла скромная паломница, в черном, низко повязанном платке, и зашагала себе по дороге.

Да, потом она и к каравану какому прибьется, и на телеге ее подвезут, и на корабль она сможет сесть…

Ирта дурой не была.

Не нужны эрру Виталису такие свидетели. А потому она отправится куда-то подальше, поживет спокойно у моря… почему нет? Давно хотелось.

Может, и вовсе на покой выйдет, с Дорой она переговорила, дела ей передала, пока бабы на год договорились, а если через год Ирта возвращаться не захочет, так она этот дом просто Доре продаст. В рассрочку. Деньги потеряет, зато жизнь сохранит.

Да, поедет она к морю. Снимет домик на побережье, будет слушать шум прибоя вместо пьяных драк и стонов шлюх, и кушать деликатесы. А через год…

Видно будет!

Глава 7

В этот раз парус первым заметил кто-то из матросов. Крикнул, указал рукой. Только вот никто этой встрече нее обрадовался, потому что на корабле развевался черный флаг.

Пираты.

И что самое печальное, они тоже заметили «Кокетку».

— Что это за корабль? — прозвучал чей-то вопрос.

— «Ворон». Из этих… из Дерековских, — мрачно отозвался боцман.

Радоваться тут было нечему. «Кокетка» была легче и подвижнее, но «Ворон» больше, массивнее, вместительнее… а ветер-то как раз и не благоприятствует. При хорошем попутном ветре «Кокетку» тут и не увидели бы, но на тех ошметочках, которые были сейчас — нет, не развернешься, догонят.

И догонят, и на абордаж возьмут, и — все.

Справиться с пиратами? Вряд ли получится?

— Что это? — Рэн тоже вышел на палубу, равно, как и Изао. Бертран отирался рядом, последнее время он вообще прилип к шагренцам. Моряки, конечно, тоже интересные, но для Бертрана все-таки уже не то. Подросток и сам не понимал, сколько места в его жизни занимают книги. Возможность читать, учиться, развиваться, отними ее — и начнется ад на земле!

Бертран было попросту скучно на корабле.

Тяжелая работа, монотонная и в чем-то уже не слишком интересная, подай, принеси, пошел вон, моряки, которые хоть и были хорошими людьми… да никто ж и не спорит! Хорошими, добрыми, умными, но скууучными! Вот о чем было с ними разговаривать Бертрану? Моряцкие байки слушать?

Так он уже на пятой начал понимать, где ему врут, и стало скучно.

Про баб говорить? Про кабаки?

Можно, и послушать можно, и даже не один раз послушать, но скучно же! Ску-чно!

Бертрану надо было и на отвлеченные темы поговорить, и что-то новенькое узнать, а тут — шагренцы! И язык подучить можно, и стихи послышать, и самому что-то почитать, и о философии поговорить, и об укладе Шагрена! Если время есть, конечно!