Стальной наследник. Том 1 (СИ) - "Amazerak" - Страница 22

— И вам.

Мой собеседник покинул ресторан, так и не притронувшись к заказанному блюду. Большой чёрный «Орион» главы АСО, стоявший рядом с моим лимузином, тронулся с места и скрылся из виду. Я же остался, чтобы поужинать, и только потом вышел.

Больше всего меня мучил вопрос: действительно ли на базу напали люди Светлова, или это дело рук кого-то ещё? Подозреваемых хватало. Как минимум три великих рода, да и соседи могли пакостить. Я склонялся к тому, что Светлов непричастен, но в контексте нашей с ним беседы это не имело значения. Он ведь тоже обвинил меня в том, чего я не делал.

Отъехав от ресторана, Светлов остановился на светофоре. Кинул взгляд в зеркало заднего вида — преследования не было. Белый кастомный лимузин Прозоровского стоял на месте.

Появление в губернии отпрыска уничтоженного рода не могло не привлечь внимания Светлова, поэтому тот и назначил парню встречу, едва узнал о его приезде. И вот разговор состоялся. Прозоровский оказался очень молодым человеком, но уже обладал твёрдым характером. Парень был себе на уме, и его не получалось ни запугать, ни задобрить посулами дружбы и покровительства.

Хотя последнее ему не помешало бы. Он не в том положении, чтобы отказываться от друзей. Упрямца порвут на куски. Его убьют, как убили его родственников. И кто-то уже попытался, отправив к нему в поместье два вездехода.

Светлов знал судьбу Прозоровских, знал, как их обвинили в государственной измене и казнили, и как оставшиеся родственники либо были тайно убиты, либо бежали из Российской империи, опасаясь за свою жизнь. Вряд ли родители юного князя чем-то провинились перед государем, но они точно перешли дорогу некоторым великим родам, за что поплатились. Чем именно Прозоровские не угодили и кому, оставалось только гадать, но предположения у Светлова были.

В своё время Романовы пытались уничтожить аномальные области, лишив тем самым светлейших князей заработка. В итоге Романова свергли в семнадцатом году, и с тех пор их род лишь формально считались великим, а по факту не имел ни земель в ОПКТЭ, ни защитников в своих рядах. Тринадцать лет назад похожая участь постигла второй великий род — Прозоровских, которые в тёмное время поддержали Романовых. Подозрительное совпадение.

В итоге про Прозоровских все забыли, думали, им конец. Но на днях их отпрыск вернулся в свои владения, и что ждать от него, Светлов пока не понимал.

Загорелся зелёный свет, и князь свернул на перекрёстке. «Орион» бодро помчался по растрескавшейся дороге через кварталы с полупустыми бараками и покосившимися избами. Особняк Светлова находился недалеко отсюда, рядом с базой АСО.

Беспокоило князя и то, что появление очередного защитника повлияет на заработки. Пятое отделение хорошо платило за поглощение душ, но если сейчас оно поручало работу в основном Светлову и иногда ещё двум защитниками, то теперь придётся делиться ещё и с Прозоровским. А если парню лицензию вернут, и он займётся переработкой ООС, соседние помещики начнут объединяться вокруг него, что только сильнее ударит по карману.

Светлов не видел ничего хорошего в воскрешении всеми похороненного великого рода. Вряд ли Прозоровский долго проживёт, однако случиться может всякое. В конце концов, у него есть охраняемое поместье, дружина, есть какой-то дар. А великие рода далеко, и во Владимир они не лезут.

Достав из кармана телефон, Светлов набрал номер своего воеводы:

— Алло, Воблин, ты на базе?

— На базе, ваше сиятельство. Все на базе. Выброс не сегодня завтра случится. Поэтому я пока придержал ребят.

— Я тебе вот по какому вопросу звоню. Поговорил я тут с Прозоровским, и мне думается, он нам проблемы создаст, если с ним никто не разберётся. Присмотреть за ним надо. Пока трогать не будем, посмотрим, как себя поведёт. Ясно?

— Понял, ваше сиятельство. Займусь.

ПГТ Бараново оказался довольно крупным населённым пунктом. Центральный район занимали старинные двух-трёхэтажные каменные дома. Здесь пролегал зелёный бульвар, и рядом с ним находился единственный ресторан.

Но это лишь в центре посёлок выглядел опрятно. Большая его часть была застроена дощатыми бараками. Причём половина из них пустовала, как и частный сектор вокруг. Мало кто из свободных простолюдинов хотел жить возле ОПКТЭ. Зато по словам Ерофея, здесь находилась база ярославского филиала АСО.

— Как поговорили, ваша светлость? — спросил Ерофей, когда лимузин отъехал от ресторана.

— Светлов отрицает, что его люди напали на нашу базу.

— Так он вам и признается, ага! Он не дурак, чтобы на такое задание посылать своих. Нанял какое-нибудь отребье, чтобы следы к нему не вели.

— А может, это и не он сделал, — задумчиво произнёс он. — Кулебякин тот же или кто-то из моих врагов. А Светлов мне покровительство предлагал, и отказ он не примет. С его стороны звучали некоторые угрозы. Теперь придётся быть осторожнее в аномальной области. И люди нужны. Дружину надо увеличивать. Для начала до тридцати человек доведём, в перспективе — до сорока.

— Надо, ваша светлость. Но… простите за прямоту, но на такое жалование, как у нас, если кто и пойдёт, то либо салаги зелёные, либо выпивохи, которых никуда не берут. Профессионал за десятку не станет наниматься. Другой вариант: можно из пансиона ребят взять, как вон её взяли, — Сокол кивнул на Надю. — Будет гарантированный контракт на два года, но, во-первых, пансиону заплатить придётся и немало, во-вторых, новичков обучать надо.

— Я подумаю об этом. Но люди нужны — это даже не обсуждается. И жалование ваше пересмотрю, дай только время освоиться.

Не знаю, правду ли говорил Ерофей или нет. Я плохо представлял расценки на работу наёмников, но вознаградить своих людей надо. Только вот если подниму им жалования, понесу убытки, уйду в минус — тоже нехорошо.

Как я понял, дружинники здесь были кем-то вроде рыцарей — вассалы, о которых я, как сюзерен, обязан заботиться. Ими становились либо бастарды, либо способные одарённые, не имеющие титула. Они приносили клятву своему господину и имели статус чуть выше простолюдинов. Но касалось это только дружины великих родов. Слуги обычных князей и дворян дружинниками в полном смысле слова не являлись, хоть и назывались так.

— Да я не жалуюсь, ваша светлость, — проговорил Ерофей. — Мы ведь поклялись служить. Дружинник — это не наёмник какой-нибудь. Но если жалование поднимете, ребята только спасибо скажут.

У Ерофея зазвонил мобильник.

— Алло. Слушаю, Татарин, что хотел? — спросил воевода. — Что⁈.. Понял. Отдай приказ о боевой готовности. Мы уже возвращаемся, — он убрал телефон. — Ну вот, все дела отменяем. Показатели приборов резко упали. Выброс был.

До усадьбы мы добрались быстро. Дружина только-только начала собираться в вестибюле на первом этаже. Разбитые стёкла вставить не успели, и теперь окна в нескольких местах закрывала фанера, что придавало помещению ещё более заброшенный вид. Но сейчас здесь было людно: бойцы в полном снаряжении толпились возле лестницы, ожидая приказов.

Надя побежала в оружейную, а мы с Ерофеем — на второй этаж на пост управления.

— Выброс — дело ответственное, — говорил на ходу воевода. — С одной стороны, можно хорошо заработать, поскольку тварей прёт много. С другой стороны, будет катастрофа, если у защитников границы не хватит сил сдержать демонические полчища. Вначале пойдут морфы. Они появляются быстро — от нескольких часов до двух-трёх суток — и составляют первую волну. Потом начнёт попадаться бесноватое зверьё. Изменения у них происходят не сразу, процесс может затянуться на месяц…

Мы влетели на пост управления.

— Как дела? — спросил Ерофей у дежурного.

— Выброс был буквально минут пятнадцать назад. Но на границе пока пусто, — ответил парень, сидевший за экранами.

— Первые твари утром выйдут к границе, — проговорил воевода. — Часам к пяти их будет полно.

Сокол считал, что у демонов нет задачи проникнуть за рубеж, будто они бродят, где захотят, и их единственная цель — жрать тёмный эфир и себе подобных. Но я-то прекрасно знал, что за этими мелкими тварями стоят архидемоны и их прислужники, одним из которых стал мой дядя из того мира. Но они то ли не появлялись здесь, то ли держались в тени.