Мой опасный император (СИ) - Гончарова Татьяна Викторовна - Страница 19

Как-то неуютно было. Еще и пялились все, когда я отводила взгляд. Я это совершенно отчетливо чувствовала: их нетерпеливый интерес и жадное любопытство. И мне это не нравилось. Император при всей его наглости так на меня не смотрел, или его взгляды я воспринимала совсем по-другому.

Встреча подходила к концу. Я уже через раз слушала очередного рассказчика и лениво катала свои мысли в голове. Мягкое шелковистое прикосновение к щиколотке, заставило меня замереть.

Твою мать! Император нашел таки уязвимое место в моем наряде и просто скользнул своим плоским кончиком под широкую штанину. И ведь не дернешься даже. Провокатор зараза!

Бросила короткий взгляд в его сторону. Даже вида не подал, гад! Сидит в невозмутимым видом и кивает пожилому солидному орсу, который уже очень долго рассказывает о проблемах рыболовства на каком-то спутнике.

Я никак не показала свои эмоции. Только выпрямилась ровнее. И взгляд перед собой. Больше даже не посмотрю в его сторону.

Поглаживания стали настойчивее. Такие ласкающие щекочущие движения вверх и вниз по коже. С явным намеком…

Я не реагировала. Надеюсь у императора хватит совести не усугублять свою провокацию.

Хватило. Спустя какое-то время чужой хвост убрался восвояси, а император поднялся, поблагодарил всех за насыщенную и полезную встречу, поздравил с заслуженными наградами и попрощался.

В коридоре меня догнал один их сотрудников администрации и попросил, следовать за ним.

Ну что ж, Мирей. Главное испытание впереди. Не расслабляйся. У тебя получится.

Как я и думала меня ждали в императорском кабинете. Очень нетерпеливо ждали. Потому что едва закрылась дверь и пикнул замок, как я оказалась стремительно вжата в нее и обвита всеми доступными венценосными конечностями.

— Ждал, тебя рыбка моя строптивая, — проурчал Роргард мне в губы. — Это ты для меня так наряжалась? — насмешливо блеснул он глазами.

Глава 24. Глухая оборона

— Да, я подбирала своё одеяние специально для вас, ваше величество, — сдержанно улыбнулась я, выделив немного голосом слово “специально”. — Для демонстрации успехов в освоении дворцового церемониала и императорского этикета.

Ах да, ещё я перестала смотреть ему в глаза. Ничего похожего на наши прежние стычки взглядами.

Нейтральное выражение лица. Расфокусированный взгляд куда-то в район его переносицы. Всё согласно протоколу встречи с императором.

Зря что ли я тот кирпич штудировала и вбивала себе в голову все эти зубодробительные формулировки? Ты мне, беложабер буквоедельный, за каждую строчку, мною прочитанную, перечитанную и зазубренную, ответишь.

Император мягко и уверенно обнимал меня, окутывал своим тяжёлым нестерпимо желанным запахом идеального самца.

Усмехнулся. Погладил мои неподвижные губы своими губами. Провоцирующе лизнул кончиком языка и прикусил, оттягивая, мою нижнюю губу. Прошелся упругим плоским кончиком своего хвоста по моей ноге от щиколотки до бедра.

Я едва удержала свой хвост в штанине от одобрительного выщёлкивания чего-то там непонятного, одного хвостам этим белым сговорившимся ведомое. Мой и императорский быстро так спелись, а мне теперь терпеть.

И я терпела. Замерла ледяной статуей, чтоб его. Как же я терпела…

Моя дикая недотраханная самка рвалась наружу изо всех сил, чтобы впиться в мужские губы, но я упрямо стискивала зубы и заталкивала ее обратно.

Я Зартон. Я рихт. Рихт!

Мы с рождения тренируем хвосты. Мы ставим чипы в зрелом возрасте. Мы знаем, что разум сильнее дикой натуры.

Я сильнее моих озабоченных инстинктов и своей дикой природы. Потому что я разумна, и самостоятельно выбираю не подставлять задницу, приглашающе отодвигая хвост, именно этому самцу. Будь трижды идеален! Я выбираю!

От появившейся перед глазами картины, где император ставит меня в классическую рихтовскую позу случки: на колени и локти, наматывая на кулак хвост и поглаживая своими сильными длинными пальцами мой вздыбленный гребень, из моего горла вырвался то ли стон, то ли всхлип.

Роргард отпустил мою губу и торжествующе улыбнулся. Я немедленно вернула себе каменное выражение лица.

Нахер протоколы все эти орсовские! С ненавистью посмотрела императору прямо в глаза. Сволочь! Гад! Ненавижу!

Ухмылка стёрлась с его лица. Глаза гневно сверкнули, впрочем, он тут же вернул своему взгляду нейтральное выражение.

Медленно убрал от меня руки и свой хвост. Отступил на шаг. Погладил кромку воротника моего бронекостюма кончиками пальцев и отошёл к столу.

— Я сейчас отправлю несколько срочных распоряжений, — невозмутимо, произнёс он, выводя над столом экран, — и освобожусь. Приглашаю тебя на прогулку, Мирей Зартон. Согласна?

Я перевела дыхание. Хвост недовольно дёрнулся в штанине, выражая свое недовольство моей глупой сдержанностью и упертостью. Я тут же приструнила его. Будет мной еще командовать! Этот раунд, похоже, за мной, но надолго ли?

Император явно что-то задумал, вон как глаза довольно блестят, а на губах нет-нет, да проскальзывает предвкушающая ухмылка. Шальная, почти хулиганская…

Это так ему шло, что я невольно залюбовалась. Опомнилась от его вопросительного взгляда и нарочито приподнятой брови.

Пойду ли я? А у меня есть выбор? Учитывая все обстоятельства, выбора нет.

— Благодарю за приглашение, ваше величество, — максимально вежливо ответила я, снова уводя взгляд. — Почту за честь присоединиться к вашей прогулке.

Его взгляд стал задумчивым, губы зло поджались, но он кивнул.

Пока Роргард заканчивал дела, я рассматривала императорский кабинет. Вообще-то я делала вид, что мне интересен больше сам интерьер, а не его владелец. Объёмные голографические картины с видами морских глубин были очень хороши. Это помогало немного отвлечься и отвлечь мою самку.

Ну как отвлечь? Зажать ее внутри, пока есть маленькая передышка.

Но всё равно невольно любовалась работающим императором.

Хорош самец. Твёрдый взгляд, отточенные скупые жесты, скорость и красота движений.

Сдержав тяжкий вздох и в который раз одёргивая свою самку, растёкшуюся в экстазе от рассматривания шикарного самца, я подошла к самой большой картине на стене.

Не знаю, почему, именно к этой картине. Понравилось сочетание белого и глубокого синего.

Когда до меня дошло, на что именно я смотрю, разозлилась.

На фоне нереально красивого синего цвета в окружении белых полупрозрачных водорослей застыла ослепительно белая шипастая рыба с тёмным полосками по бокам. Спинной плавник — высокий гребень из широких игл. Роскошные плавники тоже заканчиваются веером из игл.

Засмотрелась и едва удержала тело неподвижным, чтобы не дёрнуться: позади меня раздался глубокий и порыкивающе-низкий голос императора. Снова приблизился незаметно!

— Белая крылатка, — вкрадчиво произнёс он. — Самая опасная рыба наших океанов. Смертельно ядовитая. Крайне агрессивная. Символ абсолютной красоты и редкой удачи среди орсов.

Не оборачиваюсь, особенно пронзительно чувствуя, близость императора за моей спиной. Он стоит, не прикасаясь, окутывая своим запахом. Своей уверенной силой и давящей тяжестью. Чувствую его каждой клеточкой кожи, которая молчаливо вопит о прикосновении.

До звездочек в глазах хочу чтоб прикоснулся! Но стою неподвижно.

— Абсолютно белые крылатки исчезающе редки, — продолжил он обволакивать меня своим роскошным рычаще-завораживающим голосом. — В основном расцветка белых крылаток такая, как на этой картине. С тёмными полосками. Потому что крылатки остальных видов, как правило, тёмно-синие, тёмно-зелёные и чёрные.

Пытаюсь сосредоточится на словах. Не получается…

Тяжёлые ладони легли мне на плечи, погладили, обхватили в кольцо и прижали к мощному мужскому телу. Внушительный твердый бугор ощутимо упёрся в поясницу, а плоский хвост уверенно обвил моё бедро, в котором рвался ему навстречу мой белый предатель.