Требование Покровителя ведьм (ЛП) - Грейвз Аврора - Страница 11

Затем сгибает локти и опускает на меня вес своего тела.

Его член проникает между моими складочками.

Существо, возвышающееся надо мной, завораживает и притягивает. Оно может научить меня законам моего мира и того, что лежит за его пределами. Оно может напитать мою душу Ведьминым огнем, чтобы однажды я смогла странствовать по мирам, так же, как и он.

Но, возможно, даже тогда мы сможем встречаться лишь на один умопомрачительный вечер в канун Дня Всех Святых.

Покровитель внезапно полностью опускается на меня, и его темные волосы заслоняют свет огня, когда он прижимается своим ртом к моему. Его губы имеют медный привкус от моей крови и соленый от моих слез.

Дьявол полностью овладел мной, поглотив все, кроме моих костей.

Головка его члена касается моей киски и мягко погружается внутрь.

Я задыхаюсь в его рот и вскрикиваю, когда Покровитель полностью погружается в меня.

Глава 12

Покровитель вкушает все мои подношения: сигареты, виски, мое удовольствие, мою кровь и слезы.

Он вздыхает, и его горячее дыхание обдает мое лицо, подобно благословению, посылающему восторг до самых кончиков моих пальцев ног.

В его груди зарождается смех.

— Моя ведьмочка, готовая бесконечно преклоняться мне.

Я целую Дьявола, пока он заполняет меня снова и снова, издавая стоны. Его член твердеет почти до боли и разрывает меня на части, разделяя мою сущность на две половинки — подобно делению на мой мир и его.

Его член — это атам (прим.: обоюдоострый клинок с черной рукоятью, используемый для направления энергии в ритуалах), пронзающий плоть, а после погружающийся в чашу, которой является моя киска.

Я провожу языком по сухожилиям его шеи, с наслаждением вдыхая солоноватый аромат его вспотевшей плоти.

— Саманта.

У меня перехватывает дыхание.

— Саманта, — повторяет Покровитель с придыханием мне на ухо и тянется рукой к моему горлу, прежде чем поцеловать.

Затем он смещается вверх.

Мои глаза закрываются, и я впиваюсь ногтями в его плоть, до крови.

Его член трется о мой клитор, входя и выходя из моей киски, отчего я зажмуриваюсь так сильно, что вижу звездочки в темноте.

Я прижимаюсь ртом к его груди, ниже первого кровавого следа от укуса. Впиваюсь зубами в его плоть, пока кожа не лопается, а кровь течет по моим губам.

Покровитель хрипит, и его бедра начинают двигаться еще сильнее.

Я отправилась в Хижину Дьявола, чтобы посвятить себя ему, но теперь понимаю, что должна требовать подношение от Покровителя также, как он требует его от меня.

Вгрызаюсь между татуировками, покрывающими его кожу, и кусаю до тех пор, пока в рот не попадает кровь самого Дьявола.

Скребу ногтями по его лопаткам.

Он шипит в тот же момент, когда я чувствую тепло под кончиками пальцев.

Покровитель входит в меня все быстрее, пока я не издаю пронзительный крик.

— Произнеси мое имя, — стонет он.

Мой клитор пульсирует.

— Николас.

— Громче.

Удовольствие заполняет меня изнутри.

— Ох, блять! Николас!

Наши бедра сталкиваются, и оргазм охватывает меня, распространяя эйфорию вниз по ногам и вверх по позвоночнику, пока я не выкрикиваю имя Покровителя так громко, что за пределами хижины что-то грохочет.

Поворачиваю голову на пледе, чтобы выглянуть в темное окно в передней части хижины, но Дьявол хватает меня за подбородок и заставляет смотреть в его полные вожделения глаза.

Он нежно прижимается к моим губам, задержав дыхание, и хриплым голосом спрашивает:

— Хочешь ли ты семя Покровителя в своем чреве?

Мурашки покрывают мою кожу.

— Да, — отвечаю я с придыханием, касаясь руками его крепких бедер. — Наполни меня.

Он отстраняется и погружается в меня с громким хлюпающим звуком моего желания. Мы стонем в унисон с каждым толчком.

Охватываю его плечи и притягиваю его ближе до тех пор, пока он не целует мой рот и не оставляет влажную дорожку на шее. Его бедра сталкиваются с моими, и наслаждение танцует в моем сердце и моем вздрагивающем животе, вырываясь из моего горла в протяжном стоне.

Наши тени трахаются на стенах хижины, сливаясь с ночью за пределами домика.

Рога над головой его тени заставляют меня немного поменять положение.

«У тени Дьявола имеются рога».

Я поднимаю руки, чтобы провести по его волосам, где рогов не наблюдается.

Он покусывает мою шею, посылая электрический разряд в мою киску.

— Не зря же меня называют Рогатым.

— Ты же сказал, что ты — больше человек, чем зверь, — напоминаю я ему.

— Я — Старейшина, объединяющий мир людей с миром природы, — негромко произносит Покровитель. — Моя ритуальная форма украшена короной из рогов, но я все равно остаюсь человеком.

Провожу пальцем по чернильным лианам на его коже, и кажется, что они откликаются, слегка приближаясь или отдаляясь от кончиков моих пальцев. А может, это всего лишь его мышцы, напрягающиеся, когда он склоняется, чтобы прижаться своим ртом к моему.

Покровитель покачивает бедрами, исследуя языком мой рот, одновременно вгоняя себя в мои влажные глубины, ноющие от наслаждения и боли.

Покровитель внезапно отрывается от меня.

— Ты жаждешь Ведьминого огня? — спрашивает он, переводя дыхание.

— Да, — отвечаю я без колебаний.

— Тогда получи его, ведьма, — шепчет Дьявол мне в губы.

После чего целует меня, и мир исчезает.

Глава 13

Тьма поглощает нас и все пребывает во мраке, кроме небольшого свечения, левитирующего над головой Покровителя.

Ведьмин огонь разгорается все ярче, освещая торчащие из головы Старейшины обсидиановые рога, закрученные в воздухе не менее чем на полметра.

Огонь переливается и отбрасывает тени на его лицо.

Его глаза закрыты, брови нахмурены, а по лицу и шее струйками стекает пот. Он прикусывает губу.

— Николас, — шепчу я.

Дьявол медленно открывает свои черные глаза.

Беру его лицо в свои руки и слизываю пот с его плоти.

— Я требую твое подношение, Покровитель.

Огонь спускается с его головы и растворяется между моими глазами.

В его груди раздается рык, и он с силой погружается в меня, отчего в моем нутре зарождается трепет. Я прижимаюсь к нему, наслаждаясь тем, как Дьявол трахает меня до потери сознания, а его пот омывает меня и жжет раны, усеивающие и покрывающие мою плоть.

Огонь проникает в мою суть и пожирает то, что еще не успел поглотить Дьявол, воспламеняя мой мозг и сжигая кости в моей плоти, пока я не распадаюсь на части в поджидающей меня тьме.

Николас откидывает голову назад и пронзительно рычит в глубь ночи.

Я скольжу руками между нами, пока он наполняет меня своей спермой, издавая стоны в порыве неистового экстаза и извергая в меня все до последней капли своего семени.

Покровитель обхватывает пальцами мой клитор, заставляя мою киску пульсировать вокруг его члена.

— Да, — стонет он, все еще погружаясь в меня и продолжая наполнять спермой.

— Получи свое удовольствие.

Несмотря на невыносимую чувствительность от множества оргазмов, я играю со своим клитором, а его губы прижимаются к моим, до тех пор пока я не кричу ему в рот, отчаянно хватая воздух, который, кажется, никогда не смогу восстановить в легких после этой ночи. Оргазм снова разрывает меня на части.

Вздохнув, я опускаю пальцы вниз, чтобы приласкать его влажный член, истекающий спермой.

Очаг мерцает. Между нашими телами движутся тени.

Татуировки дьявола шевелятся.

С его кожи на мою сползают лианы, двигаясь быстро и неуклонно. Они покалывают и жалят мою плоть, вызывая жгучую боль, которая проникает под кожу.

Лианы ползут дальше и проскальзывают в раны.

Мои глаза расширяются от свечения, горящего под моей плотью, и дыма, вырывающегося через царапины и укусы.