Боец. Дилогия (СИ) - Ульянов Андрей - Страница 17

Сейчас на брокерском счету у меня была 141 600 кредитов. За 6 месяцев службы, я почти вернул стоимость квартиры. В целом, я мог купить себе новую нейросеть и тактический ИскИн. Но моя жаба говорила, что, если я растрачу этот фундамент, мое будущее будет весьма туманно. Так что пусть время идет. Я думаю, смогу обуздать свое нетерпение.

В свободное время меня стали подлавливать сослуживцы из других взводов.

В местную сеть просочилась запись с нашим боем с экзамена, и ребята перед отьездом просили дать им возможность потренироваться. Так как впереди ждет неизвестность, некоторые хватаются за любую возможность, что бы стать лучше. И это натолкнуло меня на мысль заработать.

Я решил возобновить тренировки, но уже для всех. Для меня это тоже полезно. Обучая их, я сам многому учусь. Тем более, что я еще назначил небольшую ставку за занятие. Пять кредитов — сумма небольшая, но, складывая все вместе, моя цель становилась ближе.

Занятия я оформил через ИскИна учебного центра. Он встраивал время тренировок в расписание бойцов. Без этого ходить было бы проблематично. Народу стало неожиданно много. Пришлось идти к Кэпу на поклон, просить, что бы наш взвод помогал мне инструктировать новичков. Ставку я снизил до двух кредитов с каждого, так как качество обучения падало, а деньги решил делить на весь взвод. Группу пришлось разделить на три части и заниматься с каждой по два часа. Каждый день, после обеда мы вели по три занятия. Остатки обучения прошли веселее, и практически незаметно. Только начинаешь новое дело, живешь им, дышишь, как уже пора ехать. Так и в этот раз. Две недели прошли и теперь пора на погрузку. Мы получили предписания на корабли. И за нами стал приходить транспорт.

Нам пришло распределение на крейсер «Заря», который работал в патруле на границе обжитых систем. В — общем, охраняет «пустоту» от «пустоты», как пошутили у нас во взводе. Но я припомнил слова Курта про «зелёную зону» для новичков и не стал расслабляться, так как основная служба будет еще впереди. Самое главное, от скуки не потерять боевой настрой и чаще тренироваться, добиваясь слаженности взвода.

Погрузили нас быстро. На посадку пошел челнок и забрал 7 взводов.

Всем выдали сухой паек из расчета на три дня. Личные вещи с гражданки отправили в трюм.

Броню и оружие на специальных подставках — тоже в трюм. С собой только вещь мешок с носимыми вещами.

С челнока нас погрузили на огромный транспорт. И там переселили в каюту по два человека.

Две койки, стол и душевая. Тесно. В проходе вдвоем не разместиться.

Обед в столовой по времени. На перекус 20 минут. Возле стен — пищевые синтезаторы. В центре длинные столы с лавками. На выходе утилизаторы. Пришел, заказал, сел, поел. Остатки выкинул. Посуда одноразовая без изысков. Солдатский минимализм. Еще и потолки низкие.

Свободное время можно было провести в спортзале, но, одно но. Тренажеров мало, и к каждому тренажеру была очередь у ИскИна. В первый день полета очередь была заполнена на две недели вперед. Учитывая, что лететь нам всего 12 дней, можно сказать, что спортзал был не доступен.

В основном, все лежали на койках и смотрели фильмы, лазили в сети и страдали ерундой.

Я хотел отправиться к техникам, но ИскИн не дал доступ в технические помещения. Пришлось отбыть на место.

По пути взвода отбывали, или приходили новые. Ротация кадров была постоянной.

Через 12 дней нас, отлежавших себе все бока и тихо сходящих с ума от безделья, отправили на взлетную полосу с вещами. На погрузку в челнок была очередь. С корабля на станцию отправили три взвода. Корабль оставался в космосе без захода в док. Для такого гиганта не было швартовочного места.

Радости было много. Просто пройтись по незнакомым местам и поболтать с соседями. Я чувствовал себя дикарем, в новом мире. Энергия бурлила после длительного перерыва. Хотелось размять свое отекшее тело. Не все разделяли мой радостный порыв.

— Куда прешь? Не видишь — я тут стою. — раздалось рядом со мной.

Я повернул голову, разыскивая источник шума.

— Что вылупился, я тебе говорю.

Чуть сбоку стояли трое парней. Минматарской наружности. С первого взгляда определяются как «проблемы». И эти проблемы, похоже, обращаются ко мне.

Парни пошли на погрузку, руками расчищая себе путь.

— Вообще — то, тут очередь, — с укором сказал я, понимая, что лучше было промолчать.

— Крутой, да? — один из троицы наотмашь махнул рукой, давая мне леща.

Я хотел увернуться, но не успел среагировать. Скорость была очень высокой. Шлепок — и в голове зазвенело. Лицо обожгло. Видно, ребята не простые. Импланты на силу и ловкость. Пошатнувшись, я устоял. Секундная растерянность прошла, и я отскочил от противника. И вовремя. Минматарец уже решил поддать мне до полного. Кулак пролетел возле моего лица.

Я отправил сообщение Кэпу с одним словом:

— «помогай», и кинулся на волосатого, пытаясь оглушить его, ударив в уши. В полете меня схватил этот индивид и, играючи, отшвырнул в другую сторону. Приземлился я на пол очень болезненно, пытался сгруппироваться, но не помогло.

Волосатик уже мчался добивать меня, поэтому времени разлеживаться я не видел. Быстрый перекат и я подскочил, ставя блок от его удара. Энерцией меня откинуло на шаг. Руки отсушило. Вот это силище. Запомню, что так лучше не делать. Нужно уклоняться. В принципе, техника у парня была простой. Брал он нахрапом и скоростью. Я уклонился от удара и нырнул ему за спину. Времени терять я не стал и решил сразу вывести его из боя.

Схватил ладонями за глазницы парня и потянул на себя, укладывая его тушу на пол. И при первой возможности сломал ему челюсть.

Мне прилетело в грудь. Дух вышибло. Подумалось, что, возможно, перелом.

Друзья мохнатика присоединились с «братской помощью» и начали кошмарить меня ногами. Щека опухла, глаз заплыл. Где же мои ребята?

Лежа на спине, ближайшего я отталкивал ногами, второй обошел меня, рассчитывая бить ногами мне в голову. Голову я прикрыл локтями и, улучив момент, схватил за ногу оппонента, со всей силы зарядив ему кулаком в пах. Секунда — и я рывком встаю на ноги.

Моих парней рядом нет. Все тело болит. Из брови течет кровь. Злость берет, прямо ярость. Я пошел во — банк. И включив берсерка, стал мутузить ошалевшего врага. Войдя в клинч с одним из противников, я яростно схватил его голову и впечатал лицо об колено.

Тот, с яйцами, немного отошел. Удар ногой в левую берцовую кость — и, разбивая кулаки, продолжил бить его по лицу. Один удар, второй, третий.

В голову мне прилетел удар со спины. Пол поплыл перед глазами. Еще удар, — и я падаю на пол. Пытаюсь подняться, но тело не слушается меня. Краем глаза вижу, как мельтешат тени. Пришла тяжелая кавалерия. Дежурная смена в броне подоспела к месту побоища.

Меня скрутили за руки, и несколько разрядов электрошокера вырубили меня окончательно.

Очнулся я в камере. Волосатики вкололи мне аптечку.

Правый глаз слипся от крови. Все лицо и бока горели от побоев.

Осмотрел — кто передо мной и чуть дернулся, готовясь к бою.

— Да хорош уже, кончено все. — сказал мне бугай с заплывшими глазами. Этот получил от меня коленом по голове.

— Подрались и ладно, — сказал второй, держа охладитель на причиндалах.

— Угу, — кивнул третий с опухшей челюстью.

— А где мы? — с недоверием спросил я.

— В камере в СБ. Нас повязали и на допрос. Ты в отключке был. К нам только что медик приходил. Сказал, что в капсулу класть не будут пока, дал аптечку только. У них погрузка задерживается. Должны были уже на станцию челнок отправить. Вот ждут нас. Меня Малек зовут. Это Сэм, а это Адик.

Парни показали жест приветствия. И я им кивнул.

— Я Марк. Будем знакомы. И что вам спокойно не жилось?

— Да на нервах мы были, ща попустило немного. Сам пойми 12 дней в полете как шпроты в банке. Даже ноги нормально не вытянуть. Вот и накрыло. Ща понимаю конечно, что плохо поступили. Но уже что есть. А ты нормально так руками махаешь. Что за начинка? Базы? Импланты? Вон Адику за минуту челюсть сломал.