Джо 1 (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 14

Правильно, ничего.

С трудом затащив свой сундук на последний этаж, я сел на него, принявшись проводить инспекцию. Итак, что у нас есть в активах?

— Шестнадцать золотых и четыре серебряных монеты. Медь, серебро и золото идут в Рикзалии также, как и в Мифкресте: двадцать меди — это одна серебрушка, десяток серебряных — один золотой. Основной платежный ресурс серебро, так что у меня, получается, сто шестьдесят четыре серебряных монеты. Это очень приличная сумма для Джо-бродяги, но совсем недостаточная для Джо-мага, которому нужно обустроить башню. Категорически недостаточная, даже хорошая кровать стоит от тридцати золотых.

— Книги. Много-много одинаковых блокнотов, куда были переписаны вычищенные от «мусора» учебники и гримуары. Неимоверно полезно, категорически нужно, невероятно роскошно, но совершенно никак не применимо здесь и сейчас.

— Запасной комплект одежды из трусов, штанов, сорочки, робы и шляпы. Зачарованный, как и основной. Подарок Дино Крейвена.

— Знак Мага, простенький посох, такие же жезл и палочка. Всё это мои инструменты. Еще кот. Условно разумный, вредный как моя жизнь, просит жрать.

— Собственно, запасы провизии на три дня, так что мы с ним жрём, запивая слабеньким вином. Активом можно не считать.

И… всё.

Ладно, это все равно один из лучших стартовых раскладов, что у меня были. Третью жизнь я начал в теле, которое только что вывалилось из петли, оставшись живым, так его, это тело, тут же захотели пристрелить, чтобы «закончить работу». Тогда спас случай.

Что с моими обязанностями?

— Следить за равновесием магического фона в вверенной мне области. Купировать любые завихрения. Проще говоря — вообще ничего не делать, так как Побережье Ленивых Баронов — самое спокойное место в мире.

— Следить за порядком и чистотой зала телепортации, обеспечить к нему свободный доступ. Купленная в ближайшем селении метла и пятиминутное зачарование полностью решат эту проблему.

— По желанию оказывать услуги мага живущим на прилегающей территории. Оплата договорная, не облагается налогами, подразумевается, что эти земли отданы магу на «кормление».

— Информировать Гильдию о любых странных событиях на своей территории. Мутации, аберрации, проклятия местности, нетипичные болезни, пролетал дракон, пробегали кентавры. Так далее, тому подобное.

На этом всё. Совсем всё.

— Что думаешь, Джо? С чего начнем? — чешущийся задней лапой Шайн, дожевавший колбаску, выглядел так, как будто собирается вздремнуть часиков десять. Надо будет взять с него пример.

— Как всегда, дружище, — хмыкнул я, — Сначала выживание, потом всё остальное.

— Что ты имеешь в виду под «остальным», а, Джо?

— Деньги, Шайн. Я имею в виду деньги.

Интерлюдия

Утро в деревне Липавки начиналось как обычно. Знайда сидела себе в ветхом сарайчике и доила козу, в то время как услышала два довольно знакомых ей звука. Первый издавал человечий голос, и он был про «ааа!!», а второй был бычачий, торжествующий и даже несколько ехидный. В этом «му» звучало торжество, известное едва ли не каждому жителю деревни.

Правда, не успела Знайда увязать в своей голове эти звуки, как какой-то крупный и неопознанный, но определенно летающий объект пробил в сарае дыру и, просвистев мимо доярки и её меланхоличной козы, впилился в копну сена, где удачно и скрылся до лучшего времени.

Ага, поняла девушка, Кум снова нашел себе жертву. Кумом звали лучшего быка в Липавках, производителя всем на зависть, его смотреть даже сам барон приезжал. Крыл Кум любую корову, всегда с первого захода, так что на него едва ли не молились. Вот только в остальном этот крупный бычара был той еще свиньей! Хитрый, но сильный, Кум периодически выбирался в люди, где и учил любого подвернувшегося под рога мужика, что спиной к такому красивому быку стоять нельзя. Причем еще и красться умел, скотина такая!

Все эти мысли неторопливо промелькнули в голове Знайды, достигли финала, прошли стадию осознания, а затем, когда уже дырка в сене зашуршала, девушка догадалась среагировать.

— Ой! — неуверенно сказала она, переглянувшись с козой.

Снаружи сарая довольно замычал Кум. Из дыры в сене донеслось довольно внятное и злобное «Едрит Мадрид!», а вслед за этим странным словосочетанием дырка изрыгнула из себя парня в платье. Ну, в чем-то таком, как отец Хризантий ходит, поправила себя неспешная разумом, но очень основательная Знайда. Смуглый и совершенно незнакомый ей парень, с темными кругами вокруг глаз, шмыгнул курносыми носом, а затем напялил себе на голову странную широкополую шляпу. С виду он был совершенно не похож на боднутого быком человека, но до такой тонкости Знайда не смогла бы додуматься, разве что коза.

Последней было все равно.

Шмыгнув носом еще раз, парень снял с пояса короткую и острую на вид палку, после чего решительно прошагал мимо девушки и козы в проломленную стену сарая. Знайда, тут же обидевшись, независимо поправила рубаху, в которой сисек было видно аж до пояса. Ну а чего? Дома же, жарко… Шо за люди? Летать летают, ругаются, а на главное — ноль внимания!

Через минуту на истошные крики Кума начала подтягиваться чуть ли не вся деревня. Огромный бурый бык, бывший одним из самых гордых и самодовольных существ, которые когда-либо посещали Липавки, вёл себя как мелкий мальчишка, которого отстегали крапивой по заднему месту. Он, периодически подпрыгивая, панически убегал от ступающего по его следам парня в робе, периодически пыхающего в зверя чем-то из своей смешной палочки. Причем, само действие было крайне неторопливым — парень размеренно шёл, а бык бежал, быки, вообще-то, бегать умеют, только вот Куму что-то сильно мешало. Каждые два-три скачка огромный бык то приседал, то пытался прислониться задом к чему-нибудь, а затем, бросая взгляд на парня, снова пытался убежать.

Наконец, Кум догадался сделать пять скачков вместо двух, что дало ему фору достаточную, чтобы облокотиться задом об угол дома и несколько раз задом этим поелозить. Издав рёв наслаждения, бык тут же жалостливо застонал, получая очередное пыханье от своего преследователя, от чего подскочил, взбрыкнув всеми четырьмя копытами, и вновь устремился в бегство.

Парень, гоняющий Кума, тоже не молчал, а ругался вполне человечьим голосом. С этой ругани Знайде стало ясно, что если бы не какая-то «роба», то парню бы конец пришёл от этого подлого животного. Селяне, подошедшие на шум, тут же разделились на два лагеря. Кто-то радовался, что Кума наконец-то учат уму-разуму, а кому-то было не по душе, что пришлый мутный тип обижает их родную кровиночку.

Знайда тем временем смотрела этот аттракцион, а в её голове неспешно оформлялась мысль. Точнее вопрос. Когда он приготовился, девушка, ни к кому конкретно не обращаясь, да и вообще себе под нос, его задала:

— Чего это он?

И ей ответили!

— Да просто наслал жопный зуд на вашего быка, — сказал ей крупный белый котище в пятнах, сидящий у её ног, — Вот тот и бегает. Через часик отойдет.

— А… — поняла Знайда, кивнув коту, — Понятно…

Кот облизнулся. Его пасть была в чем-то, очень напоминающем козье молоко.

— Ой… — внезапно девушка осознала, что стоит расхристанная с рубахой, расшнурованной до пупа, на лицезрении всех соседей, но только успела спрятать свою выдающуюся грудь назад, под одежду, как из дыры в сарае вылез Богун, её дядька и кормилец.

Начав, конечно же, орать и сердиться. Претензии у него были к дыре и к тому, кто её сделал, причем виновником Богун сразу назначил парня, гоняющего Кума, тут же требуя с него возмещения огромных убытков. Соседи забухтели еще сильнее, лагеря покровителей парня и защитников быка почувствовали новую точку напряженности. Сам же парень, обернувшись, досадливо поморщился, пару раз взмахнул палкой, произнеся какую-то тарабарщину, после чего дырка в сарае сама собой закрылась и тот вообще стал выглядеть лучше прежнего!

— Ох! — удивилась Знайда.