Искательница бед и приключений (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 15

– Что случилось? – Озия, наконец, разлепил глаза, и его взгляд был дурным и расфокусированным. – Джемма? Доктор Иверс? Вы тут зачем? Я что-то пропустил?

– Ничего важного, – сказала я. – Но ты больше не засыпай, голубчик.

– Боже, как трещит голова... – промямлил Озия, потирая виски.

– Сейчас велю принести тебе крепкого чаю – нужно вымыть остатки отравы.

– Побудьте с ним, Джемма, – Иверс поднялся. – Пойду к капитану и попробую найти того стюарда и его сообщника. Хотя они наверняка успели смыться на берег. Отличное начало экспедиции, черт побери! Но если наш преследователь думает, что сможет меня остановить – пусть выкусит. Теперь-то я еще больше уверен, что иду по следу важного открытия!

– Странный вывод, – заметила я скептически. – Я вот, напротив, – уверилась, что ваша теория о затерянном святилище – безумие. Потому что привлекает полных безумцев!

– Великие открытия порой сводят людей с ума, – подтвердил Иверс. – Поэтому нам, здравомыслящим людям, приходится вдвойне сложней. Однако не на того напали. Уже если Габриэль Иверс за что-то взялся, он дойдет до конца.

– Это-то меня и пугает, – сказала я мрачно, хотя Иверс не услышал – он уже покинул каюту.

На следующее утро весь состав экспедиции собрался в каюте Иверса на совет.

После непростой ночи мы с Озией сидели вялые и подавленные. А вот Иверсу все было нипочем. Злая энергия в нем так и бурлила, хотя досталось ему больше всех. Озия отлично выспался, я успела перехватить пару часов сна, а вот профессор до утра оставался на ногах.

Профессор переговорил с капитаном, но, как и предполагалось, толку вышло немного.

Поначалу капитан наотрез отказывался верить, что в его команду затесались бандиты. Он не желал отрываться от дел, да еще в разгар портовых хлопот, пока «Либерталия» стояла в Фаракии.

Все же капитан подтвердил, что никакого дарового вина для пассажиров предусмотрено не было, а значит, фальшивый стюард предложил нам бутылку из собственных запасов – да еще напичканную снотворным, что вырубило Озию на несколько часов.

Настырный Иверс все же добился согласия капитана на допрос членов экипажа. Который не принес существенных результатов. Среди матросов, стюардов и рабочих Иверс не признал нападавших, да и во время швартовки все члены команды находились на виду друг у друга, а значит, им было некогда устраивать засады.

Один стюард припомнил, что видел двух незнакомцев в составе команды, одетых в форму корабельной прислуги. Он решил, что компания наняла новеньких, которых не успели представить экипажу. Но вот только этих новеньких и след простыл, а палубный матрос рассказал, что с корабля в порту сошли три человека и растворились в толпе. Мужчины, один с перевязанной ладонью.

Капитан настойчиво советовал беспокойным пассажирам – то есть, нам, – сойти на берег, обратиться в контору агентства с претензией и с недельку подождать другое судно, пока идет полицейское разбирательство.

Иверс отверг предложение.

– Мы продолжим наш путь, – говорил он, упрямо сузив глаза. – Теперь известно, что наши преследователи сошли в Фаракии. Надеюсь, на борту их сообщников не осталось. В Афаре нас не достанут. Как только мы отправимся к ущелью, окажемся вне их досягаемости. Ведь карту они не получили, а идти за нами украдкой не выйдет – они чужеземцы, им придется нанимать лошадей и проводников, а это привлечет к ним внимание.

– Ваш неведомый противник, Иверс, может нанять местных головорезов, – прервала я его, морщась от гудения в затылке.

– Не исключено, но мы будем настороже. По всему видно, что эти типы предпочитают действовать украдкой. Они хотели забрать карту и упустили ее. Скорее всего, на этом они угомонятся.

– Оптимизм, достойный идиота, – буркнула я под нос.

– Ну, и что вы предлагаете, Грез? – потеряв терпение, Иверс оскалился. – Отправиться домой? Валяйте, я вас не держу.

Я промолчала. Предложение было соблазнительным; стоило его обдумать. Абеле, конечно, будет негодовать. Он прекрасно знал, что экспедиция ожидается опасной, и все же спровадил меня в качестве соглядатая. Ну, Абеле мне не родной дядюшка. Не стоит заблуждаться – я для него всего лишь полезная служащая, и его привязанность ко мне имеет пределы.

– А вы что думаете, Озия? – обратился Иверс к аспиранту. – Тоже хотите домой?

Озия помялся, повздыхал.

– Я остаюсь, доктор Иверс. Джемма, прости, может, я неправ, учитывая все случившееся, но надеюсь, что ты поймешь мою точку зрения...

– Да говори уже!

– …Я считаю, что нельзя бросать проект на полпути, – извиняющимся тоном закончил он. – Мы должны поступать так, как считает доктор Иверс. Я тоже ученый, и я тоже заинтересован в том, чтобы экспедиция оказалась небесплодной. Ты как хочешь, но я отправлюсь с ним... по маршруту карты.

– Ладно, – пожала я плечами. – Я тоже остаюсь как личный представитель Абеле Молинаро.

– Кстати, о карте, – вступил Иверс. – Грез, отдайте ее мне. Немедленно. Я настаиваю.

– Да пожалуйста! Носить ее при себе опасно для жизни. И не забудьте снять копию.

– Молинаро ведь запретил.

– Мой патрон вам не доверяет, и правильно делает. Но Абеле не пришлось защищать карту ценой собственного здоровья. Поэтому с радостью передаю ответственность вам. Забирайте карту и делайте с ней, что хотите.

– Наконец-то вы рассуждаете толково! Нам отвернуться? – Иверс покосился на мою грудь. При этом легонько вздохнул.

– Зачем? – не сразу сообразила я.

– Ну... вам же нужно достать ее... из вашего потаенного места.

– Ах вот оно что! Да нет, отворачиваться не нужно. Смотрите на здоровье.

– Вы уверены? – спросил Иверс сдавленным голосом.

– Конечно. Потому что я переложила ее в карман.

Я достала и вручила карту профессору. Он разочарованно дернул уголком губ.

– Вы позволите мне взглянуть на карту? – робко попросил Озия. – Я столько о ней слышал, но ни разу не видел.

– Лучше не стоит, – Иверс сунул карту во внутренний карман пиджака. – Чем меньше людей будут знать о маршруте, тем лучше. А то вдруг вас похитят, будут пытать, и вы им все выложите.

Озия сильно побледнел и сглотнул.

– А во мне вы уверены, что я не выложу все под пытками? – спросила я насмешливо, догадываясь, что Иверс поддразнивает Озию. А может, и нет.

– Скорее, это похитители выложат вам все как на духу, да еще на коленях будут просить прощения за все грехи.

Он нахмурился.

– Шутки шутками, но дело в том, что бандиты знают о раздорах в нашей группе и воспользовались им. Послали нам с Джеммой фальшивые записки… это меня тревожит. Нам нужно забыть ссоры. И по возможности не разделяться. Джемма, нам следует заключить мир, – закончил он тоном, каким обычно объявляют нападение.

– Я с вами не воюю.

– Вы знаете, что я имею в виду, – он насупился. – Оставим пустые перепалки. Дело и только дело! Ну, что скажете? Пожмем друг другу руки?

Он требовательно сунул мне крупную ладонь.

Я нерешительно протянула руку, рассчитывая лишь на формальное рукопожатие – легкое соприкосновение ладоней – но Иверс крепко сжал мою кисть и не сразу выпустил. Было странно чувствовать давление его твердых пальцев и сухой жар кожи.

Он уставился на меня так пронзительно, что я невольно покраснела и даже вздрогнула.

– Обещаю, Джемма, что обеспечу вашу безопасность, – внушительно проговорил Иверс. – Раз уж вас навязали мне, я не буду спускать с вас глаз. Вы вернетесь домой живой и здоровой.

Я лишь на миг растерялась, но в долгу не осталась.

– В свою очередь, я тоже стану присматривать за вами, доктор Иверс, как я обещала вашему будущему тестю. Постараюсь вернуть вас любящей невесте в полном комплекте.

Иверс невесело усмехнулся.

– Замечательно! – восторженно воскликнул Озия. – Добрые отношения и мир гарантируют успех дела! Я очень рад за вас, коллеги, что вы сумели переступить разногласия.

И даже носом швыркнул от умиления.