Искательница бед и приключений (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 45

Нет, он не может... Я? Он обо мне? Почему? Но этот его взгляд...

– Обещаю, что так и будет, Джемма.

– Что обещаешь и кому? – воинственно спросила я. – Профессор, вы ведете себя...

Договорить я не успела.

Иверс крепко обхватил ладонями мой затылок и притянул к себе. Несколько мгновений он тяжело смотрел на меня, а потом медленно наклонился и мягко поцеловал.

Я вздрогнула, когда поцелуй наконец-то случился. Уперлась ладонями в его грудь – но не отпрянула. Профессор не шевелился – словно ждал, когда я оттолкну его. Но и я окаменела, упиваясь ощущениями.

«Габриэль, не останавливайся! – вопила я мысленно. – Ну что ты медлишь?»

И тогда Иверс вновь поцеловал меня, а потом позволил себе очень многое.

От его атаки я едва не потеряла сознание. Он впивался в мой рот, раздвигал языком губы, требовал и забирал.

Под закрытыми веками вспыхивали молнии, голова кружилась. Я цеплялась за его твердые плечи, проводила ладонями по напряженным мышцам спины. Тело скручивало огненной судорогой.

Вот что бывает, когда ненависть перерождается в желание! Ты вступаешь в битву, в которой хочешь стать и победителем, и побежденной. Стремишься к высшей точке сражения, но все же мечтаешь, чтобы оно длилось бесконечно. И понимаешь, что твои пыл и ярость давно превратились в нечто другое.

Вот только к чему оно приведет? Ведь после любой схватки остается лишь выжженная пустыня да развалины.

Скрипнула дверь.

Мы с Габриэлем резко отстранились друг от друга и оглянулись.

Аджиб опять появился как нельзя вовремя! У него будто в обязанностях прописано – не давать членам экспедиции забываться.

Он замешкался на пороге. Зевнул, потянулся, помотал головой.

Я медленно вдохнула и выдохнула. С силой потерла щеки руками. Глянула на Габриэля. Он бурно дышал и вид у него был ошеломленный.

– Не спите? – хрипло спросил Аджиб.

– Мы разговариваем, – я резво поднялась на ноги. – Думаю, нужно сходить еще за водой.

– Я тебя провожу, – предложил Аджиб и вышел.

– Джемма... – хрипло сказал Иверс и хотел встать, но я махнула рукой.

– Сиди. Принесу тебе белых лишайников на перевязку. Завтра поговорим. Или никогда, – добавила я торопливо, когда тот, нахмурившись, властно протянул ко мне руку. – Нам не стоило... – я сглотнула. – Мы многое пережили за этот день, побывали на грани гибели, вот и выплеснули напряжение... таким образом.

– Джемма, не смей делать вид, что все вышло случайно, – грозным шепотом сказал Иверс.

С пылающими щеками я быстро выскользнула за дверь.

В пещеру проникла ночь. Теперь пустота и заброшенность чувствовались еще острее, а звуки бурлящей в колодцах воды и эхо наших шагов стали гулкими и пугающими.

Покинутые дома всегда внушают страх в полночь. Что же говорить о покинутом городе, спрятанном в толще скал?

Темень стояла такая, что я сразу потеряла ориентацию и слепо выставила вперед руки.

Аджиб зажег факел. Нас окутал кокон желтого света. Осторожно нащупывая ногами плиты, мы двинулись знакомым маршрутом.

– Следовало подождать до утра, – пробормотал Аджиб.

– Нам нужна вода и средство для раны профессора, – сказала я упрямо. – Какая разница, утро здесь или ночь? Нужно привыкать к этому месту. Теперь мы его хозяева.

– Не говори этого, Джемма! Не мы здесь хозяева, и ты это знаешь. Старые боги нас слышат.

– Ну и пусть слышат! – я повысила голос. – Если они хотят от нас избавиться, пусть покажут путь на свободу.

Я вела себя, как девчонка. Глупо спорила с Аджибом. Лишь бы не думать о том, что случилось несколько минут назад.

Боже, какая я дура. Целовалась с профессором Иверсом. С ненавистным Габриэлем Иверсом! И я хотела этого. Несмотря на все, что он сделал. Несмотря на то, что он помолвлен с другой – еще неизвестно, выполнит ли свое обещание разорвать помолвку.

Эвита не была моей подругой, но все же я чувствовала себя предательницей.

Как же все запуталось! Ну почему я не могу легко относиться к подобным вещам? Подумаешь, поцелуй! Иверс привлекательный мужчина. Мы много времени проводили вместе, в нас вспыхнула страсть. Такое бывает, когда эмоции горят, как пламя, и разят, как копье.

Человек – сложное существо. Ему постоянно приходится бороться со своей нелогичной стороной. Удерживать себя от поступков, которые он не может объяснить ничем, как мороком и наваждением.

На нас нашло наваждение. Оно пройдет, когда изменятся обстоятельства. Когда мы будем в безопасности и все вернется в привычное русло.

– Что ты бормочешь? – настороженно спросил Аджиб, и я прикусила губу.

– Вот и колодец, – ответила я резко. – Ты набери воды, а я нарежу лишайников для повязки.

Достала нож, присела на корточки и стала осторожно срезать белесую поросль.

Аджиб, закончив со своим делом, выпрямился и высоко поднял факел. Свет с трудом разгонял ближнюю темноту, она сгущалась вокруг и казалась вязкой, как чернейшая смола. Она колыхалась и дышала – пылью, вечностью. Из этой темноты за нами следили глаза статуй у храма.

Я поддела кончиком ножа пласт лишайника, но замерла, когда услышала посторонний звук. Такой странный и жуткий, что нервы пробило электрическим током.

Вдалеке раздался протяжный скрип. Похожий на тот, что мы слышали у входа в ущелье.

Аджиб вздрогнул; пламя факела метнулось, когда он крутанулся на месте.

– Что это?

– Не знаю, – я поднялась. – Звук идет издалека. Опять сдвиги пород из-за перепада температур?

– Не думаю. Слышишь?

– Похоже... на... шаги, – еле выдавила я онемевшими губами.

Новый звук действительно походил на шаги. Великана, который размеренно опускает металлические ступни на каменный пол. Движется медленно, но неумолимо. Как рок судьбы.

– Звук идет оттуда, – я показала наверх. – С третьего или четвертого яруса.

Мы задрали головы, силясь рассмотреть хоть что-то в темноте. Аджиб быстро загасил факел, плеснув на него воды. Мы стали невидимыми для того, что приближалось.

Мелькнул огонек. Он рос, становился ярче и крупнее.

– Оно двигается по скрытому тоннелю и скоро выйдет наружу, – прошептал Аджиб. Мы стояли, вцепившись друг в друга. По спине у меня прокатилась капля ледяного пота, зубы отбивали дробь.

– О боги! – хрипло промолвил Аджиб, а я со свистом вдохнула, но выдохнуть уже не смогла.

На галерею вышел... бронзовый монстр.

– Оживший страж. Проводник в мир мертвых, – бормотал Аджиб.

Странно вытянутая фигура шагала на птичьих лапах. Впереди из шлема выдавался длинный клюв. Торс прикрывал доспех с чеканкой в виде языков пламени. В одной руке монстр держал факел, в другой – изогнутый меч-серп.

Фигура остановилась и застыла, медленно поворачивая голову. Казалось, монстр всматривается в темноту. Мы присели за колодцем и старались не дышать.

Спустя несколько минут монстр повернулся на месте. Тишину прорезал отчетливый скрип. Мерные шаги зазвучали вновь. Страж начал обход галереи. Он удалялся от нас, огонек становился меньше.

– Откуда он взялся? – шепнул Аджиб.

– Из потайного прохода, – выдавила я. – Мы слышали, как открылась дверь.

– Нужно вернуться и рассказать остальным.

– Стоило бы проследить за ним. Куда он направляется? Вдруг он покажет нам выход?

– Тебе не страшно, Джемма? – ужаснулся Аджиб.

– Это не древний бог. Может, потомок обитателей пещеры? Обычный человек в ритуальном костюме? Он нас не заметил. Разве боги не всевидящий?

– Ни один человек не бывает такого роста, Джемма. И ни один человек не сможет нести на себе металлические доспехи сделанные на великана. Они его раздавят. У этого стража огромный меч. Такой и десятерым не поднять.

Мне казалось, что я схожу с ума.

Что за существо явилось к нам из глубины пещеры? Оно походило на статуи возле храма. Что если одна из них ожила и отправилась нести ночной дозор? Но этого не может быть!

Тянуло сорваться с места и проследовать за невероятным явлением, разгадать его загадку. Безумие, как оно есть!