Искательница бед и приключений (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 49

– Что ж, профессор, ты умеешь настоять на своем, – Муллим растянул губы в притворной ухмылке. – Пожалуй, я приму предложение. Отпущу Джемму и твоих друзей, а ты покажешь нам путь в храм.

Он протянул Иверсу грязную руку. Тот глянул на нее и нахмурился.

Я затаила дыхание. Габриэль взял верный тон, сумел подобрать ключик к Муллиму.

Знать бы только, что он задумал! Он вел опасную игру.

– Мне нужны гарантии, – безапелляционно заявил Иверс. – Сначала ты выведешь Джемму и остальных. Они свою роль сыграли, но их смерти я не желаю. Не к лицу профессору быть замешанным в убийстве. Они будут молчать, об этом я позабочусь. Когда они уйдут, я проведу тебя в храм.

– Конечно, дорогой профессор! – мелко закивал Муллим, тряся бородой. – Не будем же терять времени!

Профессор крепко пожал руку контрабандисту.

После чего Муллим вскочил и отдал несколько распоряжений.

Бандиты начали собираться в поход – заправляли фонари, проверяли ружья, обувались.

Пользуясь суматохой и тем, что меня оставили без надзора, я улучила момент и на четвереньках прокралась к Иверсу.

Он схватил меня за руку и привлек к себе.

– Габриэль! Что ты затеял? – быстро прошептала я ему в ухо.

– Джемма, с тобой все хорошо? – в этот же момент прошептал он. – Ты не пострадала?

– Я в порядке! Но ты...

– У меня есть план. Все получится. Наши друзья уже...

Он не успел закончить: к нам подошел Муллим.

– Потом наговоритесь, – молвил он с любезной усмешкой. – Пора отправляться.

– Помни – ты дал слово, – внушительно заявил Иверс, поднимаясь на ноги. – Если обманешь, ничего не получишь и в храм не попадешь. Мне терять нечего.

– Нам всем есть что терять, дорогой профессор.

Нас вывели наружу. Наступил рассвет, мертвый город наполнился рассеянными лучами.

Я быстро огляделась, соображая.

Логово Муллима находилось на верхнем ярусе, на стороне пещеры, противоположной той, где мы нашли убежище.

– Я сам пойду с Джеммой к твоим спутникам и покажу им дорогу наружу, – заявил Муллим. – Устраивает тебя такое?

– Вполне, – сказал Иверс сквозь стиснутые зубы. Его глаза остались настороженными. Он ожидал от Муллима подвоха – и небезосновательно.

Меня и вовсе ничто не могло успокоить.

Даже если Муллим сдержит слово, что будет делать Габриэль? Он останется с бандитами. А если он не проведет их в храм, его живым не отпустят.

От нехороших предчувствий бил озноб. Еще никогда я не попадала в подобную передрягу, и впервые больше боялась за других, чем за себя. Ничего не оставалось, как поверить в план Габриэля. Но увижу ли его потом живым? Что я могу сделать, чтобы помочь ему?

Думай, Джемма, думай!

– Чего мы ждем? – нетерпеливо сказал Иверс, потому что приспешники Муллима стояли расслабленно, покуривали трубки и никуда не торопились.

Муллим ходил туда-сюда по каменной площадке, заложив руки за спину, и зорко посматривал по сторонам.

– Ждем кое-каких вестей. Видишь ли, дорогой профессор, мне тоже нужны гарантии. А вот и они!

Он протянул вперед руку, показывая на группу людей, что приближалась по галерее.

Иверс яростно выругался и повернулся к Муллиму.

– Какого черта! Ты…

– Не сердись, профессор. Что поделать, если я оказался хитрей!

В полном отчаянии я смотрела на поднимающихся по лестнице людей. Стало ясно, что план Иверса, каким бы он ни был, с треском провалился.

Потому что двое головорезов, радостно выкрикивая шуточки и оскорбления, тащили Эвиту, Аджиба и Озию.

Глава 18

Паучье логово

Отчаяние затопило меня с головой. Ведь я уже почти поверила, что профессор сумеет обдурить Муллима!

Он он сам остался в дураках.

На Иверса было страшно смотреть. Он был раздавлен, унижен и взбешен. Издал горловой рык, стиснул кулаки и сделал резкое движение в сторону Муллима.

Тот опасливо отступил и сдернул ружье с плеча.

Иверс с шумом выдохнул и остался на месте, но его верхняя губа подергивалась в угрожающей гримасе.

– Вот они! Всех нашли и доставили. Кочевника, дохляка и девку, – Щербатый Татмос небрежно отсалютовал Муллиму. – У них не было ружей, мы легко их вытащили. Немножко побрыкались – пытались пулять в нас из древней железяки, чуть башку мне не прострелили болтом. Однако мы их быстро приструнили.

Мои спутники выглядели измученными, но не сломленными. Озия, изрядно помятый в стычке, угрюмо повесил голову и еле тащился, подволакивая ноги. Аджиб, украшенный новыми синяками и ссадинами, хромал и опирался на плечо Эвиты.

Эвита шла гордо, задрав подбородок. Когда один из головорезов потянулся схватить ее за локоть, она яростно бросила:

– Не смей ко мне прикасаться, ублюдок! Прокляну!

После чего оскалила зубы и так страшно зашипела, что тот струхнул и отошел.

– Мы сделали все, как ты велел, профессор, – с горечью сказал Аджиб. – Но они нас выследили и нагрянули внезапно. Через проход, о котором мы не знали.

– Мы оказались прозорливее, – Муллим примирительно вскинул руки. – Профессор, неужели ты думал, что спрячешь своих людей так, что я их не найду? Я хорошо изучил этот город.

Иверс ничего не ответил; он сверлил Муллима убийственным взглядом.

Тот безмятежно продолжил:

– Джемма научила меня осмотрительности. Я усвоил этот урок. А ведь тогда, восемь лет назад, я дал себе зарок: раскопаю последнюю могилу, выгодно продам находки и встану на путь добродетели. Буду помогать мамочке в лавке сладостей, жить честным трудом, заведу семью и детей. Но увы! Джемма провела меня, я попал в тюрьму и покатился по наклонной. Теперь отплатил той же монетой. Предательство всегда к нам возвращается, – закончил он нравоучительно.

– Я тоже не прощаю предательства, Муллим, – глухо сказал профессор.

– И правильно делаешь. И не надо! Будь злым и мстительным, и далеко пойдешь. Но послушай: наш договор еще в силе. Если все выйдет как надо, уже сегодня твои спутники окажутся на свободе. Я всего лишь обезопасил себя и свою долю.

Я повесила голову. Не стоило недооценивать подлеца. Он слушал Иверса, сделал вид, что согласился, а сам тянул время. Спрячься мои спутники лучше, может, план Иверса и выгорел бы – но увы. Теперь все карты в руках Муллима.

Муллим ласково улыбнулся и погладил приклад ружья.

– Мы пойдем к храму вместе. И если захочешь обмануть меня, профессор, твои люди погибнут один за другим. О последствиях подумаю позже.

Иверс промолчал. Легко было представить, какая буря кипела у него в душе, ведь я испытывала то же самое. Осознание полной беспомощности и страх неопределенности, помноженные на гнев.

Однако Иверс не сдавался: его глаза двигались, он украдкой осматривал пещеру, оценивал расстановку бандитов и прикидывал шансы.

Но судьба пока не желала дать нам этот шанс.

Прозвучал короткий приказ, и мы под конвоем двинулись вниз.

Обсудить случившееся не получилось: головорезы следили, чтобы пленники не переговаривались.

Но я исхитрилась пожать руку Эвиты, обменяться взглядами с Аджибом и сочувственно кивнуть Озии.

Мы молча смотрели на спину Иверса. Его вели впереди, под дулом ружья.

Как ему теперь вырваться из ловушки, в которую он себя загнал? Бандиты ждут, что он откроет им проход в храм. Но как он это сделает?

Габриэль словно почувствовал мой взгляд. Повернулся и ободряюще махнул рукой.

– Все будет в порядке! Скоро мы отсюда вырвемся.

Муллим многозначительно усмехнулся в бороду. Определенно он видел наше будущее иным. Не таким радужным.

Мы достигли дна пещеры и встали у ног Акора.

Украшенная резьбой скала вздымалась над головами, как гигантская декорация. Ее верхнюю часть подсвечивали лучи утреннего солнца, проникающие сквозь расселину в потолке. Черный гладкий камень в их свете отливал красным.

Солнце отражалось и на бронзовых доспехах Акора. Я опасливо покосилась на копье изваяния. Набралась духу и окликнула Муллима.