Кофе, кот, мужчины и я (СИ) - Жилло Анна - Страница 2

В дверь позвонили, Кирилл открыл. На пороге стоял холеного вида мужчина в кашемировом пальто.

— Это вы теперь хозяйка? — спросил он, ощупывая меня противным шершавым взглядом.

— Да, а что?

— Насчет продажи не надумали?

— А должна была? — удивилась я.

— У нас разговор был на эту тему с прежней владелицей.

Поскольку я знала отношение бабушки к подобным подкатам, могла предположить, что разговор этот не задался. Кирилл толкнул меня в бок, но я дернула плечом и ответила вполне вежливо, что в ближайшие полгода продать все равно не могу.

— Полгода пройдут быстро, — холодно усмехнулся визитер и протянул мне визитку. — Буду ждать вашего звонка.

— О как! — хмыкнула я, когда дверь за ним закрылась. — Звонка он будет ждать.

— Дай сюда! — Кирилл попытался выхватить у меня визитку. — Ты потеряешь. И вообще я сам ему позвоню.

— Не поняла! А с какого хрена?

Я была девушкой милой и мягкой. Так считали мои знакомые. «Сонечка — наше солнышко», — говорили воспитательницы в детском саду. И учителя в школе меня любили. И преподы в институте. В общем, если не все, то очень многие. И каждый раз выпадали в плотный нерастворимый осадок, если Сонечка вдруг показывала зубы. От неожиданности. Правда, для этого меня надо было очень сильно достать. Кириллу удалось.

— Сонь? — он изумленно захлопал глазами, когда обрывки визитки полетели ему в физиономию. — Ты чего?

— Ты не много на себя берешь, Кирюша? Ты вообще кто?

Спесь вышла из него со свистом, как воздух из шарика. По большому счету, он и правда был мне никто и звать никак. Не муж, не жених. Так, парень. Бойфренд. То, что мы встречались два года и занимались сексом, не давало ему права решать что-то за меня.

Но он все же попытался надуться обратно.

— Я думал, Соня, что значу для тебя… что-то.

— Что-то значишь, — не стала спорить я. — Вопрос — что именно значишь. Сложный вопрос. Так просто и не ответишь.

— Ну так ты подумай, — Кирилл привычно вздернул подбородок, открыл дверь и вышел.

Может, даже собирался громко бахнуть, но она распахнулась до упора и впечаталась ручкой в стену. С трудом выдрав, я хотела закрыть ее, но тут под ноги метнулся какой-то пестрый комок. Проскользнул между ними и нырнул в квартиру.

— Эй, ты куда? — я рванула за незваным гостем и отловила его на кухне.

Это был котенок. Точнее, кошачий подросток, не совсем уже малыш. Но какой! Я только читала о таких и видела фотографии в интернете, вживую ни разу. То ли черный с рыжими пятнами, то ли рыжий с черными, а мордочка ровно пополам, как по линейке: левая половина черная, правая — рыжая. Один глаз голубой, второй — желто-зеленый, как крыжовина.

— Откуда ты такой взялся?

Котик мяукнул жалобно и потерся о мои ноги.

— Пойдем поищем твоих хозяев.

Я взяла его на руки, поднялась на второй этаж, позвонила в одну из двух квартир.

— Извините, не ваш? — спросила старушку, приоткрывшую дверь на цепочку.

— Не-е-ет, — протянула она, покачав головой. — Это со двора, наверно, подвальный заскочил. Смотри, грязный какой. А ты его на руки. А красивый! Пестрый. Счастливый!

Котик и правда был… грязноват. Я сразу и не заметила.

— И что мне теперь с тобой делать? — спросила я, вернувшись к себе.

Он сидел смирно, не вырывался, не ерзал. Как будто так и надо.

— Счастливый, говорят? Может, оставить тебя себе? На счастье?

Он явно не возражал. И даже муркнул одобрительно.

— Ну что ж… тогда пойдем мыться.

Глава 3

Кот безропотно стоял в ванне, пока я намыливала его и поливала душем. Только дрожал крупно, и глаза были, как говорила покойная бабушка Нина, по восемь копеек.

Кот? Или все-таки кошка?

Я читала, что трехцветными бывают в основном кошки, как-то это генетически обусловлено. Исследование пространства под хвостом ясности в вопрос не внесло. Явных признаков мужского пола там не обнаружилось, но это еще ни о чем не говорило. У котят пол не всегда можно определить достоверно, зачастую кот Василий впоследствии оказывается кошкой Василисой, и наоборот, кошка Мася — котом Масиком.

— В общем, пусть ветеринар смотрит, — сказала я, закутав кошачьего ребенка в махровое полотенце. — А мне все равно, кто ты. Но извини, если у тебя вырастут яйца, придется их ликвидировать.

Ответом стал запредельно мрачный взгляд, намекавший, что это все-таки кот. Уж ему самому было лучше знать.

Да-а-а, вот это я попал, говорил взгляд. Может, свалить обратно в подвал, пока не поздно?

Не, парень, поздно. Назвался груздем — теперь все, обратной дороги нет.

Кстати, назвался — надо бы тебе имя придумать. Желательно такое, чтобы потом не переименовывать. Унисекс.

— Во, знаю, — я провела пальцем по вертикальной черте, разделяющей его мордочку на две половины. — Будешь Пиксель. Вполне подходящее имя для кота графдизайнера. Или кошки, неважно. Но я думаю, ты все-таки кот.

Новонареченный Пиксель зевнул, продемонстрировав тонкие и острые, как иголки, зубы. И розовый язычок. Зубы навели на мысль, что надо бы его покормить. Но поскольку все равно ничего съедобного под рукой не было, начать я решила с другого.

— Значит, так, Пикс. Когда мы сюда шли, я видела в соседнем доме ветеринарку. Сейчас обсохнешь, туда и отправимся. А дальше будет видно.

Пиксель устроился вылизываться на бабушкиной кровати, а я еще раз обошла квартиру, прикидывая план действий.

Прежде чем приступать к масштабному, надо было решить вопрос с вещами. Конечно, я могла вызвать мусорных грузчиков, они бы очистили квартиру в ноль. Но как-то это было… не по-людски. Поэтому для начала отобрала и отложила в сторону то, что хотела забрать себе — фотографии, документы, несколько безделушек. Видимо, бабушка перед тем, как отправиться в хоспис, разобрала все и выбросила ненужное.

При ее педантичности было странным, что она так запустила квартиру, но я не стала искать объяснений. Может, не хватало сил, может, жаль было тратить деньги на клининг. Не все ли равно? Вместо этого позвонила Игорю Ильичу и спросила, не захотят ли ее друзья забрать себе какие-то вещи на память?

— Это было бы неплохо, — ответил тот не без удивления. — Я обзвоню ребят, потом сообщу по времени.

— Давайте так, — предложила я. — Мы встретимся, я вам дам ключи, а потом вы мне их вернете. Тогда не надо будет ориентироваться на мою занятость.

— Отлично, Сонечка. Давайте я заеду к вам сегодня вечером.

Мы обговорили детали, потом я сложила в два пакета отобранное для себя и задумалась, как быть дальше.

— Вот что, Пикс, мы сейчас сходим к врачу, заодно узнаем, где ближайший зоомагазин. Купим тебе приданое, вызовем такси и поедем домой.

Он посмотрел на меня с недоумением: что, а ты разве живешь не здесь?

Вот правда, вид у него был такой, как будто понимал, что я говорю. Или мне хотелось так думать?

Убедившись, что он высох, я еще раз обошла квартиру. Нужна была какая-нибудь сумка вместо переноски: не на руках же его тащить. В кладовке нашлась решетчатая пластиковая корзина с крышкой — в самый раз. Подстелив на дно какую-то тряпку, я затолкала туда Пикса, и мы пошли в ветклинику.

Там пришлось посидеть в очереди в компании бабули с йоркширом и девочки с морской свинкой. Я коротала время, беседуя с бабулей и разглядывая страшную водяную черепаху в аквариуме.

— Кот Пиксель! — вызвал, выглянув из кабинета, молодой врач, мой ровесник или чуть постарше.

— Это мы.

Я затащила корзину в кабинет и поставила на смотровой стол.

— Ух, какой красавчик! — улыбнулся врач так тепло и ясно, что невозможно было не поддержать.

Он вообще был ничего так. Высокий, сероглазый. Волосы, правда, скрывала шапочка с разноцветными рыбками, зато синий медицинский костюм очень ему шел. На бейдже было написано: «Сергей Валентинович Покровский, врач».

— Если честно, то не знаю, красавчик или красавица, — призналась я. — Смотрела, но ничего вразумительного не нашла. Под хвостом, в смысле. Он ко мне в квартиру забежал. Ну как такого было выгнать? Вот, помыла, принесла. На осмотр.