Кофе, кот, мужчины и я (СИ) - Жилло Анна - Страница 32

— И откуда ты только слова такие знаешь?

Я умный.

— Да не похоже, блин!

Последнюю мою фразу Пикс проигнорил. Спустился не спеша, увернулся от запущенного по опасной траектории тапка и удалился в туалет копать лоток.

— Соня, ты его посадила себе на шею, — возмущался Сережа. — То, что кот хозяин в доме, — это миф, придуманный хозяевами, которые не могут поставить кота на место. Вы с ним — прайд, а в прайде может быть только один вожак.

— Ну и что ты предлагаешь? Бить его?

— Ни в коем случае, еще хуже будет. Да и не думаю, что ты способна ударить животное. Ты, конечно, опоздала уже, это с самых первых дней внушают. Но все равно надо пытаться, иначе в итоге будешь спать на полу у кровати. Если сильно борзеет, можно из пульверизатора водой брызнуть. Или пошипеть на него. На крайняк за ухо укусить.

— Укусить? — я вытаращила глаза.

— Ну да, только осторожно, чтобы в ответ не получить лапой по физиономии. Тут важен элемент неожиданности. Я тебе скажу одну крайне непопулярную вещь. Нам нравится думать, что домашние животные нас любят. Но это не совсем так. Если и любят, то не в том смысле, который мы в это вкладываем. Да, они испытывают по отношению к нам разные эмоции. Скучают, радуются, благодарят, нежничают. Но прагма у животных всегда на первом месте. Даже у собак, которых принято считать образцом бескорыстной любви. Просто для собаки хозяин — царь и бог.

— Ну да, а кошки считают царем и богом себя.

— У собак очень сильно развито чувство иерархичности. Это изначально стайное животное, а в стае строгая субординация. Человек заменяет собаке других собак. А кошка — одиночка. Но если ей приходится сосуществовать с другой особью, всегда будет биться за лидерство. И с человеком тоже. Собаку в подростковом возрасте обычно достаточно пару раз поставить на место, и она принимает свою роль. А с кошкой, а тем более, с котом сложнее. К тому же ты самка, а он самец, неважно, что уже нет. Не в половом смысле, а в плане субординации. А если вдруг появляется другой самец, который претендует и на самку, и на территорию, тут вообще трындец.

— И что? — огорчилась я. — Значит, вы с ним общий язык не найдете?

— Соня, в лучшем случае он смириться и привыкнет. Либо произойдет что-то такое, что заставит его посмотреть на меня иначе. Как на высшее существо.

Я с трудом могла представить себе такую ситуацию. Точнее, вообще не могла. Поэтому смирилась сама. Потому что выбор «или Пикс, или Сережа» существовал лишь в воображении кота, но точно не в моем.

Оба — и только так.

Шипеть на кота, с которым разговариваешь, показалось мне глупым, кусать его за ухо я тоже не собиралась, а вот пульверизатор с водой на вооружение взяла. Когда Пикс совсем терял берега. Как ни странно, помогало. Он отступал, однако достоинства не терял. С достоинством отступал. Но карабкаться на шторы не перестал. Только делал это строго в мое отсутствие.

Глава 43

Март промелькнул за квартирными хлопотами. Вот только что был, и уже нет его. Внезапно откуда-то взялся апрель. Да еще и день рождения на носу. Двадцать девять лет — просто ужас.

— Как отмечать будем? — спросил Сережа в среду вечером, когда мы лежали в обнимку у него на антресолях.

С этим обычно было просто. Собирала близких знакомых в каком-нибудь клубе. Но в этом году все пошло мимо кассы. Лиду положили на сохранение, еще одна приятельница уехала в Москву на юбилей матери, третья простудилась. Да и в целом как-то не очень хотелось. Без Лидки, которая идеально умела связывать малознакомых людей в общую массу, получилось бы так себе.

— Подожди, а у нас когда «Мафия»? — спохватился Сережа.

Оказалось, что день рождения в пятницу, а «Мафия» в субботу.

— Ну вот и супер! В пятницу отметим вдвоем, а в субботу мафиозной компанией.

Я тут же написала Юрке, и тот ответил, что это хорошо, но не очень хорошо. Потому что у других тоже дни рождения, но мы их не отмечали. Но можно отмечать сразу все, которые выпали на этот месяц.

Он тут же замутил в чат опрос, большинство оказалось за. Тут же накидали в таблицу свои дни рождения, и выяснилось, что в апреле праздную я одна.

— Ну вот. — Сережа удовлетворенно кивнул. — В итоге все равно получилось по-нашему.

— Черт! — хныкнула я. — По пятницам же Игорь Ильич приезжает. Придется сказать, что…

Меня перебил телефонный звонок. Посмотрев на экран, я ойкнула:

— Это он! — и нажала на кнопку соединения: — Да, Игорь Ильич, здравствуйте.

— Сонечка, я помню, что у тебя в пятницу день рождения, но, к сожалению, у меня вечер занят. Ты не будешь возражать, если я к тебе заеду на минутку днем, перед лекциями? Часа в три?

— Да, конечно. — Я сделала страшные глаза. — Буду вас ждать. До встречи.

— Слушай, мне кажется, он соврал, — выпятил губу Сережа. — Ничего у него не занято, просто подумал, что вечером ты, наверно, будешь отмечать. И решил не ставить тебя в неловкое положение.

— Может быть. — Я пожала плечами. — Он очень чуткий и деликатный.

— Познакомишь меня с ним?

— С удовольствием. Хотя бы в следующую пятницу.

Я была очень рада, что Сережа захотел познакомиться с Игорем Ильичом. С мамой моей, например, он вовсе не горел желанием встретиться, да и я тоже не особо хотела их знакомить. Рано или поздно придется, конечно, но… как-нибудь потом. Попозже. Зная свою маму, я прекрасно понимала, что девять против одного: будет неловко и неприятно. И хорошо еще, если потом, когда она мне все это выскажет, а не прямо в процессе знакомства.

Игорь Ильич приехал не один, а в компании отчаянно рыжего голубоглазого парня лет двадцати, который тащил здоровенную веерную пальму в горшке.

— С днем рождения, Сонечка, — сказал Игорь Ильич. — Я подумал, что у тебя в гостиной как раз место для нее. Ой, прости. Это мой внук Клаус. Ему так понравился Петербург, что он решил немного задержаться.

— Добрый день, Сонья. — Поставив пальму, Клаус поцеловал мне руку. — Поздравляю вам. Дедушка берет меня, чтобы я быть… носильник.

— Носильщик, — пряча улыбку, поправил Игорь Ильич.

— О, да, носильщик. Мой русский язык не есть хороший, и это меня огорошает.

— У вас хороший русский язык, Клаус, — возразила я. — Просто нужно немного больше практики.

— Вы есть оушень любезный, Сонья. Оу, какая красивая коша.

Пикс вышел из спальни и с любопытством уставился на пальму, которая стояла посреди прихожей и мешала раздеться.

— Это кот, — сказала я. — Его зовут Пиксель.

Пошерстив привычно брюки Игоря Ильича, Пикс обнюхал ботинки Клауса и решил, что его можно впустить в дом.

Пальму пристроили в гостиной. Я сварила свой фирменный кофе, который Клаус назвал «оушень вкусний». Посидев полчаса, гости ушли. Я проводила их, заглянула в комнату и обнаружила Пикса рядом с пальмой.

— Не вздумай изображать мартышку еще и на ней! — грозно предупредила я.

Ты права, пожалуй. Слишком хлипкая.

— Ну хоть в чем-то я права.

Каких только чудес не бывает в жизни.

Для разнообразия кот подмигнул мне зеленым глазом. И правда, чудеса! Видимо, в честь дня рождения.

У Сережи был вечерний прием, поэтому встретились мы на Восстания и пошли в клуб «Ящик». Несмотря на стремное название, там было очень даже симпатично. Правда, молодняка старшего школьного возраста набежало столько, что мне стало немного грустно.

— Прикинь, Серый. — Я со свистом втянула через трубочку коктейль. — Еще год, и мне пойдет четвертый десяток. А вроде, только что вот так же скакала, как электровеник.

— Какой ужас! — Он схватился за щеки. — Зачем ты это сказала? Я понятия не имел, какая ты старая. А если серьезно, Сонь, то мне тоже так казалось. Что тридцать лет — это старость. А как стукнуло, оказалось, что ничего не изменилось. А кстати, ты кота покормила?

— Конечно. А что?

— Значит, можем ко мне поехать.

Я уже хотела согласиться, но в последний момент передумала.