Ань, я (не) твой усатый нянь! (СИ) - Цветова Мира - Страница 26

Надо срочно проверить!

Анюта же, устроившись сзади, предлагает:

— Пап, а можно я с Борисом поболтаю? Я люблю вести переговоры, о, даже слово плавильно выговолила. Да блин, опять, балабашка букву л уклал.

— Мы его обязательно найдём, — обещает Катя дочери, пока я включаю программу слежки за устройство, — найдём и все твои буквы «р» обратно заберём.

В машину возвращается Артур.

— Что там с Борисом? Удалось выйти на связь?

— Как раз занимаюсь этим.

Смотрю, как снаружи оглушенному брату Кати оказывают помощь.

Тем временем, Анюта взахлеб рассказывает Геле, как она одна уделала под землей всех бандитов своей фирменной техникой «укушу».

— Ну ты клутая, — говорит восхищённо Геля, — а нестрашно было с ними в темноте?

— Немного, — признается дочь, — но я техникой «укушу» в совелшенстве владею, она помогает в темноте любого влага пледставить нестлашным смешаликом, наплимел, психопатычем…

— Нет же такого смешалика!

— Повель, — смеётся Анюта, — после моей техники укушу все становятся психопатычами!

Я слушаю краем уха, а сам жду, пока программа найдет сигнал.

— А чего же ты, доча, — спрашиваю у малой, — одна засыпать в комнате тогда боишься, если владеешь такой классной техникой?

Анюта тут же смотрит на меня осуждающе.

— Ну пап, ты как будто пелвый день на планете, мы же девочки, иногда сами не знаем, чего боимся и чего хотим, пливыкай! У тебя сейчас две женщины в семье, учись сплавляться.

Я лишь усмехаюсь невесело.

— Чувствую, это будет сложнее, чем за бандитами гоняться.

— Если женщину поколмить, тогда нет, — философски изрекает дочь. — Ну что ты, нашел Болиса с Капитоном?

Программа, немного подумав, находит сигнал и показывает положение Бориса. Судя по тому, что точка постоянно перемещается, игрушка находится у негодяя… пока.

— Так, он едет в сторону аэропорта, по главной трассе, но мы сможем его перехватить, если срежем через частный сектор…

— Тогда слезаем, пап, — командует Анюта, — делжись, Капитоша, мы уже едем за тобой.

Я мчу через частный сектор, Артур на переднем сидении командует, куда сворачивать, а сзади девочки что-то бурно обсуждают.

— Пап, — через пару секунд хлопает меня по плечу Анюта, — мы тут обсудили стлатегию пелеговолов с Болисом, назвали её кнут и пляник.

— У вас есть кнут? — тут же интересуется Геля. — А пляник?

— Да не нужен нам настоящий кнут и пляник, — поясняет Анюта, — это метафола такая.

— Это блюдо глузинское? — спрашивает Геля. — А её с чем едят?

— С холодцом, блин, — отвечает Анюта. — Давайте миклофон, а то Болис там уже по нам скучает.

Уже представляю, как Борис по нам скучает!

Особенно по маленьким бандиткам…

Даю микрофон дочери.

— Не подведи Смирновских, малая. Помни, на кону судьба полковника КГБ в отставке!

Анюта кивает с серьезным видом, говорит в микрофон:

— Болис, на дереве повис.

В динамике раздается треск.

— Опять ты, — слышу голос мерзавца, — как ты достала, малявка! Смирнов теперь всегда будет тебе слово давать? Сам он разучился говорить?

— Неть, — отвечает дочь, — плосто я в его филме пелеговолщик, все воплосики челез меня лешаются.

В динамике раздается невнятное бормотание.

— Болис, — строго говорит Анюта, — ты там ешь или что? А Капитона ты поколмил? Чай горячий пледложил? Учти, у него свой р-райдер-р на похищения, он тлебует, чтобы ему любимые песни пели, иначе, он пужается.

Малая набирает в грудь больше воздуха и… начинает петь:

— Знаешь ли ты, вдоль ночных долог, шла с холодцом, не жалея ног…

— Кусь его тепель в твоих луках, — подхватывает Геля.

И заканчивают припев девочки хором:

— Не потеляй его и не кусай!

Из динамика раздается недовольный рык.

— Смирнов! Этот цирк долго будет продолжаться? Я хотел с тобой поговорить, как взрослый со взрослым, обсудить новую сделку, долго ты будешь прикрываться этой малявкой?

Я же смотрю за сигналом, вижу, что мы почти добрались до мерзавца, еще пара минут, и мы перекроем ему дорогу.

Знаком показываю Анюте, чтобы продолжала отвлекать Бориса, у нее это отлично получается.

— Надо ещё лазоблаться, кто тут взлослый, Болис, — говорит строго малая. — Документики на взрослого у тебя есть? Сплавлчки все собланы?

— Причем тут справки? Что ты несешь, мелочь пузатая? Я сделку хочу обсудить, предложить Смирнову компромисс, чтобы все остались довольны!

— Болис, кушай сам свой компломисс! Я не мелочь и тем более не пузатая! Мой пси-хо-ло-ги-чес-кий возласт - солок пять, потому что я смотрю плогламму давай поженимся и знаю песни Стаса Михайлова.

Маленькие бандитки переглядываются и хором начинают петь:

— Без кусЯ, Без кусЯ, холодцом все слазу стало без КусЯ…

Я прямо чувствую, как злится Борис, как он кипит от злости и получаю от этого немыслимое удовольствие!

Вот только мы с парнями Артура не успеваем выскочить ему наперерез, буквально нескольких секунд не хватает…

Надо его как-то отвлечь!

— Борис, — кричу, что есть сил в микрофон, — я готов обсудить твое предложение, только умоляю, притормози немного, тебя почти неслышно!

— Зато твою дочь прекрасно слышно, — отвечает недовольно мерзавец. — Видимо, она у вас в семье теперь главная.

— Неть, — говорит Анюта, — я отвечаю за класоту и немного за деловые воплосики, потому шта у меня язык без гостей!

— Без костей, доча, — поправляю я.

И вижу, что точка на экране немного замедляется!

У нас получилось!

Резко сворачиваю из частного сектора на главную дорогу, слышу голос Бориса из динамика:

— Смирнов, я готов отказаться от любых претензий на твой бизнес и бизнесы твоих партнеров, я готов отдать вам свои каналы для поставок, но взамен вы отпускаете меня из города, не ищете меня и не преследуете, я забываю про вас, а вы забываете про меня! Как тебе такое предложение?

Я не отвечаю, вижу впереди свет фар, мчусь навстречу Борису, знаю, что прямо за нами гонят еще две машины с парнями Артура.

— Тормози! — рявкаю я по рации. — Не давайте Борису проехать.

Мы разворачиваемся боком, перекрываем всю дорогу…

И мерзавец, увидев нас, бьёт по тормозам, машину резко заносит, и она врезается в мусорные баки.

— Борис, — говорит Анюта в микрофон, — скажи, холодец.

В динамике тишина.

Зато Геля, хихикая, говорит:

— Холодец!

— Тебе конец! — добивает довольная Анюта.

Я, улыбаясь, выхожу из машины, вижу, что Борис бросается наутек, догоняю его, валю на землю.

— Далеко собрался? На месте оставайся! Все твои предложения и компромиссы отклоняются, отправишься в тюрьму, но сначала…

Оглядываюсь на девочек, которые уже репетируют новую песню.

— Сначала послушаешь концерт маленьких крёстных бандиток.

Мерзавец что-то бормочет про месть и про то, что натравит на меня всех своих адвокатов, но я не слушаю, замечаю на земле телефон Бориса, подбираю его, вижу входящий вызов.

Таращенко…

Ещё один безнаказанный негодяй.

Идея приходит мне в голову за долю секунды.

— Алло, — принимаю вызов, стараюсь подражать голосу Бориса, — проблема со Смирновыми решена, ты где, старик?

— Как где? — слышу на другом конце возмущенный голос, — уже час жду тебя в аэропорту, скоро посадка на рейс…

Я сбрасываю звонок, говорю Артуру, что Таращенко в аэропорту, и надо его скорее задержать.

Приятель кивает, тут же связывается с местной полицией, говорит, что они уже отправили наряд задержать Таращенко.

Я же забираю Капитона из машины Бориса, достаю из игрушки маленькое устройство, отключаю его и возвращаюсь к девочкам.

Отдаю игрушку дочери.

— Ты чего такая серьёзная, Анют? Не рада Капитону?

— Лада, конечно, — отвечает дочь, — сейчас он будет в машине отоглеваться, а Геля ему песни споёт. Но… ты посмотли туда, пап!

Она показывает на здание за моей спиной.

Оборачиваюсь и понимаю, что это здание… районного ЗАГСа.