"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 1193

И это свидание не укрылось от холодных глаз Хромого Фрица! Или когото из его девчонок… Подсмотрели – доложили… Как бы то ни было, а фривольные письма оказались у шпиона! Кто такая Эльза, он быстро узнал, и встретился с девушкой тетатет…

– Я должна была ему рассказывать обо всем, что говорит отец… Знаете, мы часто приглашали к обеду его помощников. После обеда они с батюшкой курили трубки, обсуждали дела. Тут и я – принесу то графинчик воды, то табак… Много чего услышу…

– «Глюкштадт» на Готланде – твоя работа?

– Глюкштадт? Готланд… А, да! Об этом я сообщила. И Хромой обещал мне вернуть письма вотвот, на днях!

– Думаете, вернул бы? О, не будьте наивной, юная госпожа!

Как помочь девчонке, думали вместе, исходя из того, что письма могут и всплыть – и в самый неподходящий момент, как это обычно бывает. Может быть, конечно, затеряются, но вряд ли! Шведских агентов в Копенгагене хватало. Рано или поздно явится некий тип и снова возьмет Эльзу за горло!

Разговор продолжился в таверне «Скрипучее колесо»…

– А с чего все узнают, что эти письма – ваши? – заказав пива, педантично уточнил Карлофф. – Вы их что же, подписывали?

– Ну да, – девушка покраснела. – Так и писала – «любящая тебя Эльза».

– Плохо! Ну, что же – думаем дальше…

– Еще и почерк… и бумага с вензелем нашей семьи… У отца бумажная мануфактура…

– Понятно, – усмехнулся Никита Петрович. – Бумагу спокойно могли выкрасть… Почерк и подпись – подделать. Если что, так и скажешь! И – твердо стой на своем.

– Всегото? – Эльза подняла глаза.

– Да нет, не все… – задумчиво покачав головою, Бутурлин пододвинул пивную кружку. – Юная госпожа, в ваш дом, случайно, не требуется служанка?

– Да постоянно требуется! – хлебнув пива, фыркнула девушка. – И не одна. Ну, такие ж все безрукие попадаются…

Через пару дней в богатом адмиральском доме появилась новая служанка, скромненькая юная блондинка с тугой грудью и пронзительным синим взором. Звали ее так же, как и хозяйскую дочку – Эльза. Фамилия, правда, была другая… И солидные рекомендации имелись – тут уж постарался Бутурлин!

Смешливая, но с затаенной грустью в глазах, девушка понравилась всем, а некоторые слуги стали оказывать девушке знаки повышенного внимания или, говоря простыми словами – цепляться и не давать проходу! И это уже буквально на следующий день после появления! Впрочем, надо заметить, во многом она была виновата сама! Так себя вела, что…

То подоткнет юбку так, что станут видны лодыжки, то распустит волосы, частенько даже и подойдет первой, заговорит и таак глазищами своими посмотрит, что ойойой!

Вот слуги и обнаглели, даже женатые. Кто по попе погладит, кто схватит за грудь, а кто и просто так облапает – от души! Новая служанка против такого обращения не возражала, скорее даже – наоборот. Дошло дело и до поцелуев, а вот дальше того – нет! И не потому вовсе, что ушлая девчонка образумилась, нет – просто ушла. Никого не предупредив, взяла да исчезла. Люди говорили – сбежала с какимто матросом! Что ж…

Всегото около недели в доме и пробыла, а память о себе оставила весьма неплохую… Добрая, красивая, веселого нраву и, главное, недотрогу из себя не строит – ну, просто замечательная девушка, дай Бог ей всего! Так считали слуги мужского пола… Хозяева же держались иного мнения…

Никита Петрович встретился с Кристиной сразу после ее ухода. Ну да, ну да – новая служанка Эльза – это Кристинка и была. Что господин капитан поручил, то и исполнила, без всяких возражений… Да попробовала бы возражать!

И, надо заметить, свою роль сыграла с блеском! Влюбила в себя всех слуг… и еще коечто сделала…

– Ну, докладывай!

Бутурлин принял девчонку у себя дома, что никаких подозрений не вызывало – Кристинку здесь уже давно и хорошо знали. Ну, да – гулящая… Так и молодой постоялец – не женат и, насколько всем известно, даже не помолвлен. Тем более – моряк! Хозяева осуждали, конечно… но втихомолку и не очень сильно. А юный слуга Ханс души в постояльце не чаял и все его приказания исполнял со старанием и с душою!

– Сейчас… – расстегнув лиф платья, Кристина вытащила пачку плотных бумажных листков с вензелем. – Вот! Подписанные же я оставила в людской, под подушкою, на своей кровати.

Оставленные письма старательно написала адмиральская дочка под диктовку Бутурлина. Смущалась, конечно, но так, слегка…

Зато, когда нашли письма, какой же был скандал! Сначала их прочитали слуги… Нашлись грамотеи и среди них… Ну, конечно же, дошло дело и до хозяев. Притворно краснея, супруга адмирала читала их подружкам, якобы с осуждением… Подружки, возрастные – лет за тридцать – дамы, слушали да щелкали языками. Непонятно, то ли осуждали, то ли завидовали:

– Вот это да! А что, так можно?

– А как это они – прямо в сарае? А как же одеться успели, когда…

– Ну и содомище! Ужас какой… Но занятно, занятно… Хотя и срам!

– Так мне дальше читать?

– Читайте, читайте, милая! Ну у вас и служанка была…

– Распутница! Содомитка! Боже ж ты мой…

– И главное зовутто ее – как вашу дочь – Эльза!

– Она так и подписывалась! И, главное, почерк похож… немного…

– Ишь ты – грамотная!

Вот теперь глупенькая дочь адмирала могла спать спокойно! Даже если ее письма когданибудь и всплывут – всем ясно, их написала та самая похотливая служанка. Простолюдинкараспутница, что уж тут говорить!

– Получи… – Никита Петрович вручил Кристинке пять далеров и улыбнулся. – Бери, бери, заслужила.

Увидев улыбку, девчонка воспряла духом и, томно облизав губы, погладила себя по груди:

– Так, может, мой господин, мы бы…

– Может быть… После. Сейчас – некогда. Не хочу тебя обижать, но… Ступай!

– Как скажете, мой господин.

Почти вся неделя – последняя неделя ноября – пронеслась в хлопотах, пролетела, быстро и незаметно, как голодная чайка над рыбацкой гаванью. Никита Петрович, не покладая рук, носился по торговым складам, покупал продукты, нанимал небольшие каботажные суда – подготовка к экспедиции в Африку шла полным ходом, некогда было как следует перекусить. И так – каждый день. Субботний не стал исключением…

С утра накрапывал дождь, не кончившийся и к обеду – даже больше стал лить. Бутурлин вымок до нитки, зато удачно купил дюжину бочек солонины и три мешка лимонов – от цинги.

Возвращаясь домой, Никита Петрович заглянул по пути в таверну «У старого моряка», где заказал себе чарку яблочной водки, горячий бульон, жареную с мучной корочкою треску, изрядный кусок свежего сыра с хлебом и запеченными в печи овощами, студень и пару кружек крепкого темного пива – само собой.

– Господин разрешит?

– Да, присаживайтесь. Места хватит… – не глядя, отодвинул кружки капитан…

– Ну, здравствуй, Никита Петрович. Как дела?

Бутурлин вскинул глаза…

Одноглазый! Вестник с далекой Родины… Впрочем, пока не такой уж далекой…

– Вы?

– Не ждали? – присев, Одноглазый улыбнулся. – Признаться, я и сам не ждал. Внезапно налетел шторм – и судно зашло в гавань.

Посланник выглядел, как заправский моряк, конечно, не из простых матросов. Колет из лосиной кожи, непромокаемый плащ, шапка, называемая моряками «зюйдвесткой»… Он и держал себя, как моряк – глотал буквы, а, взяв в руки хлеб, как и в прошлый раз машинально постучал корочкой об стол – выбивал червей… на кораблях в сухарях водились…

– Говорим прямо здесь? – негромко осведомился Бутурлин.

– Да, – Одноглазый отрывисто кивнул. – Портовая таверна! Экое многолюдство. Лучше места и не придумать. Тем более, мне скоро на корабль… Здесь вкусное пиво?

– Вполне! Еще рекомендую чарочку.

– Ну, не без этого, – подозвав служку, рассмеялся посланец. – Ну, что же… рассказывайте!

Одноглазый слушал спокойно, не перебивая, лишь только пару раз улыбнулся и задал уточняющие вопросы по поводу адмиральской дочки…