"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 1276

— Месть это не благородно, — поджав губы, ответил Авсан.

— Тогда, — Благородные Мстители?

— Не, — вклинился Маршуш, — мстить некрасиво, мы не мстим, а воздаём по заслугам, мы, — Воздаятели.

— Эй, хорош, мы тут за другим собрались, — попытался образумить остальных Бари, но разыгравшуюся фантазию парней было уже не остановить.

— Принудители!

— Остановители!

— Прекратители!

— Заключители!

— Нет! — вскричал, внезапно вскочивший на ноги Тар, — всё не то, я придумал!

Он снова оглядел остальных:

— Мы же не просто отряд, мы же тайный отряд, можно сказать, секретный.

— Ну да, — закивал Маршуш.

— Значит у нас не должно быть названия. Мы будем просто, — Отряд. Или Орден, или Союз…

— А что, — произнёс Авсан, — годно. Я согласен.

— И я, — присоединился к нему Маршуш.

— Так отряд, орден или союз? — раздражённо переспросил Ботлер, которого эта лишняя болтовня порядком уже достала.

— Союз, — произнёс, секунду подумав, Тар.

— Союз, — кивнул, поднимаясь с кровати, Авсан.

— Союз! — вторил им Маршуш.

— Да здравствует, Союз, — кисло произнёс Бари, — ну раз с названием определились пора…

— Выбрать нам всем прозвища! — перебил его, с предвкушением в голосе, сын графини, — в тайной организации все должны быть строго с прозвищами.

— Чур я, — Белый плащ!

— Нет я, — Белый плащ!

— Нет я!

Заспорили меж собой трое, а Ботлер обречённо принялся биться головой о стену, приговаривая:

— Твою мать, твою мать, твою мать…

Глава 16

В этот раз я читал студентам лекцию на тему мультистихийных заклинаний, это когда одновременно, например, происходит воздействие огня и молнии, — цель поджаривает и бьёт током. Весьма сложная тема, надо сказать и, как всегда, в учебнике давались только готовые сочетания, но я отрыл кое-какие теоретические основы расчёта подобных взаимодействий и сейчас рассказывал увлёчённо слушающим меня юношам и девушкам как всё-таки непросто верно сопрягать две стихии. А ведь была ещё и задачка о трёх стихиях в одном заклинании. Но её, насколько я понял, так и не смогли решить, лишь подобрали опытным путём буквально пару работающих сочетаний.

Студенты застыв болванчиками, широко раскрыв глаза и рот, смотрели на доску, где я как раз заканчивал последнюю формулу.

Оглядев её и предыдущие двадцать, заполнявшие всё свободное пространство, ещё раз полюбовался утончённостью и элегантностью расчётов и обернувшись к аудитории, с некоторой толикой гордости, спросил:

— Ну как, красота же? Что молчите?

— Бля… — послышался чей-то протяжный стон, но увидев мой нахмуренный взгляд, студент тут же поправился, — …стяще, блястяще, господин профессор!

— Извините, господин профессор, — подняла руку староста.

— Да, Силлана? — я отряхнул ладони от мела, сел за преподавательский стол, внимательно глядя на девушку.

— А вот эти расчёты, они нам зачем? Их и в учебнике нет, — с некоторой опаской уточнила она.

— Так, — произнёс я, пару секунд молча разглядывая то бледнеющую, то краснеющую старосту, — и многие думают также как мисс Полдарк? Не бойтесь, можете просто поднять руку, голосом мне сообщать не обязательно.

Сначала неуверенно поднялась одна рука, за ней вторая, а потом, осмелев, руки подняли больше половины всей группы. Причём, меньшая половина не подняла скорее из страха передо мной, чем от несогласия с большинством.

— Все, значит, — резюмировал я, — что ж, рано или поздно, подобным вопросом задаётся каждый, не вы первые, не вы последние. Но тогда надо, сначала, ответить на самый первый и главный вопрос, а зачем вообще нужно образование? Что оно вообще даёт?

Я задумчиво посмотрел на группу и, не дожидаясь ответа, заговорил сам:

— Кто-то скажет, что образование даёт статус, и будет прав, потому что без Академии никто и никогда не признает вас полноправным магом. Кто-то, — что это возможности, потому что диплом Академии открывает много дверей. Кто-то упомянет про связи, ведь тут можно завести полезные знакомства на будущее. Кто-то, даже, вспомнит про знания, — я сощурился продолжая улыбаться, — что Академия даёт и их. И всё это так, и всё это верно, но…

Я поднял вверх палец, привлекая внимание:

— Всё-таки, есть одно «но». Для всего этого, в принципе, не нужна Академия. Вы могли бы просто выучить перечень заклинаний дома, показать их, к примеру, какой-то комиссии и получить статус мага и, заодно, какую-нибудь подтверждающую бумажку, что вы теперь всё знаете и умеете, с которой можно найти достойную работу. Тогда для чего нужна Академия?

Студенты стали молча переглядываться, но даже робких предположений я не услышал. Что, в общем-то, меня не удивило. Вопрос был, скорее риторический.

— А нужна Академия, — наставительно произнёс я, — чтобы научить вас думать. Умение думать, вот, что должно отличать вас от остальных. Не способность запулить огненным шаром за полкилометра, а развитое мышление. Думать, анализировать, делать правильные выводы, понимать, что лежит в основе того или иного магического действия.

— В чём смысл жизни мага? — спросил я неожиданно.

И вновь не дождался ответа.

— В самосовершенствовании, — ответил им сам. — Магия одновременно и инструмент и область познания. Чем глубже вы будете её понимать, тем совершенней она будет в ваших руках. И, конечно, чем больше вы будете её узнавать, тем больше для вас будет ещё непознанного.

Встав из за стола, я вновь взял в руки мел и на свободном кусочке доски нарисовал круг. Ткнул пальцем в центр:

— Это, что вы знаете, а линия окружности, граница непознанного. Но, к примеру, вы получили какой-то объём новых знаний. Что тогда произойдёт? Естественно круг увеличился, — я стёр первый круг и изобразил круг побольше. — Но что тогда станет с границей непознанного?

Я обвёл мелом окружность ещё раз, резюмировал:

— Она тоже вырастет. Вот так-то, мальчики и девочки. Поэтому совершенствоваться можно бесконечно, хватило бы времени. А этому вашему перечню заклинаний в учебнике, и медведя обучить можно, был бы одарённым.

Когда я замолчал, аудиторию накрыла полнейшая тишина. Силлана сидела погрузившись сама в себя и даже на лице Ботлера, в последнее время, ведущего себя предельно странно, казалось появилось задумчивое выражение.

В этот момент проснулась громкая связь, и голосом магистра прозвучало:

— Профессор Локарис, просьба подойти к ректору Академии.

— О как, — поднял я голову, — вызывают. Ладно, вы пока посидите, подумайте, а я схожу узнаю, что от меня понадобилось.

До кабинета ректора я добрался быстро, а когда зашел, то увидел не только сидевшую за столом Нодерляйн, но и стоявшую подле её левого плеча проректоршу по внеучебной.

— Дамы, — кивком обозначил я приветствие, — рад вас видеть. Вы сегодня отменно восхитительны. Впрочем, как и всегда.

Правда, мой игривый тон они не приняли, продолжая хмуро на меня пялиться и я понял, что случилось что-то не слишком приятное.

— Присаживайтесь, профессор, — официальным тоном произнесла ректор, указав на стул напротив.

— Присяду, чего бы не присесть, — пожал плечами я.

Покосился на Мымру, но понтийка была совершенно непроницаема, ни словом, ни жестом не пытаясь даже намекнуть, с чего весь сыр бор. Жаль, а я-то думал, что после ритуала очищения и близкого знакомства с их понтийским богом, между нами установилась какая-то неформальная связь. Видимо ошибался.

— До нас дошла информация, — сухо произнесла ректор, сцепив ладони в замок, — что вас видели в «Весёлом студиоузе». Где вы явились зачинщиком грандиозной драки, а потом, распугав других студентов, унесли, возможно против её воли, студентку, как какой-то дикарь, закинув её на плечо.

— Так и было, — кивнул я.

— Вы даже не отрицаете, — с едва сдерживаемой злостью произнесла Нодерляйн, посмотрела на проректоршу, — ты гляди Рагырда, он даже не отрицает.