"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Соловьев Роман - Страница 1470

— Цель визита в Империю?

«Секс тур», — хотел ответить я, вспомнив «Брата 2», но вовремя одумался.

— Личные причины. Встреча с знакомыми. Я до этого несколько лет преподавал тут, в Академии Анкарна.

Услышав про академию, Громыд оживился, поднял на меня взгляд, отложив перо:

— Помню такую, меня со второго курса оттуда в военную забрали, — как там магистр Калистратис, всё ректорствует потихоньку?

— Вы знаете, нет, — почесал я нос, пытаясь подобрать слова, — сейчас ректором госпожа Сильвия, она тоже из боевых магов, а магистр у неё секретарём. Ну, и исследования ещё кое-какие проводит.

— Секретарём⁈ — изумлённо переспросил маг, — это как вообще вышло?

— Ну, если честно, он ей в карты проиграл, — признался я.

Десятник только покачал головой с осуждением, но, оставив тему с магистром в покое, вернулся к журналу.

— Итак, средство полёта… — перо замерло, служивый на мгновение задумался, затем уточнил, — из какого материала сделано?

— Корпус металл, а внутренние части…

— Это неважно, — прервал меня он, — итак, средство полёта — металлический ящик четыре на два и два в высоту метра, серого цвета, с проёмами. Управляется изнутри, владелец…

— Я, — тут же кивнул ему, вновь почувствовав заминку, видимо, не всегда подобные средства передвижения использовались владельцем.

— Барон Марнгаузе.

Десятник удовлетворённо поставил точку, затем просканировал меня каким-то магическим шаром, и сделал приписку в отдельной графе. Я присмотрелся, но увидел только цифры «3−3–17».

— Эм… а это что? — ненавязчиво уточнил.

— Это номер слепка ауры, — не стал разводить таинственность тот, — семнадцатый в третьей декаде третьей гекаты. Сохраняем для опознания на случай противоправных действий.

— Моих?

— Или против вас, — любезно пояснил Громыд, — и да, с вас три золотых.

— А говорили, что только предупреждение, — попенял я магу.

— А это не штраф.

Поднявшись из-за стола, он оправил ремень, перепоясывающий мантию, с висевшим на нём магическим жезлом, снисходительно пояснил:

— Оставление личных средств передвижения у ворот запрещено, сейчас подгонят телегу, на который ваш ящик загрузят и отвезут на площадку для хранения. Когда решите столицу покинуть, сообщите караулу, и вам его вернут. Три золотых — это стоимость хранения.

Да, это не Анкарн. Выйдя из караулки, я понаблюдал, как мой пепелац закидывают на скрипнувшую рессорами телегу, после чего махнул рукой и пешком потопал внутрь искать какого-нибудь возницу, который доставит меня к Ранду.

Архитектура, впрочем, была похожа, что не особо удивительно, разве что, здания внутри городских стен повыше, чем в Анкарне. Минимум на этаж, а то и два, отчего даже достаточно широкая улица из-за сплошных рядов домов всё равно вызывала ощущение, что я шагаю по дну глубокого ущелья. И народ. Вот уж где была бешеная толчея. Столицу окружало огромное количество деревень. И день и ночь в неё что-то везли. Вывозили тоже немало, но ввозили кратно больше. На глаз я, пожалуй, население города оценивал в несколько сотен тысяч. Очень много для средневековья, но магия, да, магия позволяла такие вещи. Несмотря на то огромное количество навоза и прочих отходов, что сопутствовало использованию гужевого транспорта. Я вспомнил, что в Англии, до изобретения автомобиля, прогнозировали к тысяча девятисотому году, что улицы будут завалены слоем навоза в несколько метров, при сохранении тенденции к росту количества лошадей. Но повезло, появились машины, и надобность в лошадях отпала. Здесь лошади тоже изрядно валили на брусчатку из-под хвостов, но это всё махом уходило в канализацию.

Ржание лошадей, ругань извозчиков, сливавшийся в сплошной гул гомон живого людского моря заставлял меня только морщиться. Отвык я в колледже от таких толп, даже в тингландской столице было куда спокойней. Впрочем, она была меньше Торгона в несколько раз.

— Горшечников двадцать, — скороговоркой произнёс я, плюхаясь на сиденье первой же свободной пролётки, что стояла у тротуара.

Возница недовольно прожевал бутерброд, которым полдничал, осмотрел меня с ног до головы, словно прикидывая, что делать с клиентом, вези или послать подальше. Но одежда на мне была не из дешёвых, да и атрибуты мага присутствовали, поэтому он решил не нарываться, только буркнул что-то недовольно, да хлестнул скотину, привычно вклиниваясь в бесконечный поток разномастных повозок.

Улица Горшечников была на отшибе, хоть и внутри, почти у самой стены, на северо-востоке столицы. Когда-то, похоже, там жили мастеровые, но сейчас это, скорее, напоминало преддверие городского дна. Ещё не люмпены, но уже маргиналы. На улочке было грязно, на верёвках под окнами сушилось бельё, а в грязной луже играли босоногие дети.

Горшечников двадцать ничем не отличался от таких же домов по бокам, серый камень, с торчащими из кладки деревянными балками перекрытий. Крыльца, как такового, не было, просто дверь в стене в уровень с неровной брусчаткой. Выделяла дом только вывеска над дверным косяком: «Помощь магам, попавшим в трудную жизненную ситуацию».

Хмыкнув, я дёрнул дверь на себя и очутился в небольшом тёмном коридорчике, в помещении за которым было организовано что-то вроде приёмной. Стояла конторка, за которой сидела и что-то заполняла молодая девушка, а вдоль стен располагались разномастные стулья, на которых в настоящий момент находилось трое. Маги, как можно догадаться, и, судя по ним, как раз из категории попавших в эту самую трудную ситуацию. Все трое разительно отличались друг от друга. Первым был совсем юноша, может даже ещё не окончивший учёбу, в вороте мантии мелькнуло что-то подозрительно похожее на ученический амулет. Он тяжело вздыхал и мял в руках какую-то бумажку. Приглядевшись, я понял, что это справка о прохождении обучения, а значит парень не сдал квалификационный экзамен, и вместо диплома мага был выпнут из академии со справкой. Судя по отчаявшемуся виду и мятой, не первой свежести мантии, домой без диплома он возвращаться боялся, а может и пытался, но был выгнан разозлённым отцом, который сам был магом. Это я, конечно, уже нафантазировал, доподлинно не зная, что там конкретно у парня произошло, но помощь ему, похоже, и правда требовалась.

Второй была дородная магичка средних лет в цветастом платье в горошек и шляпке. Она сидела, сурово поджав губы и глядя в одну точку. Не удержавшись, я украдкой осмотрел её магическим зрением и понял, что, несмотря на вполне себе средний уровень дара, манаканалы у неё сильно истончились. И это не была не какая-то болезнь, а скорее лень. Похоже, магией в быту она почти не пользовалась, что и аукнулось. Не уверен, что она сейчас сможет наколдовать что-то, кроме самых простейших заклинаний.

Ну, а третьим был заросший, седой, неопрятно одетый, бомжеватого вида мужчина, чей возраст сходу определить было трудно. Где-то в пределах от сорока до восьмидесяти. Он беззвучно шамкал губами, погружённый в какие-то свои мысли.

Решительно пройдя к конторке, я обратился к девушке:

— Прошу прощения, мне бы к Стасиану.

Но та не успела ничего ответить, как за спиной послышался недовольный женский голос:

— Тут все к Стасиану.

— Я не на приём, — развернувшись, постарался доброжелательно улыбнуться я, — мне просто надо с ним поговорить.

— Тут всем надо поговорить.

Моя улыбка на женщину не подействовала.

— Да, — поддержал её бывший студент, — тут очередь.

Наконец в разговор вклинилась девушка:

— Извините, — произнесла она, подняв на меня взгляд, — но приём ведётся по очереди. А пока вы можете присесть.

— Хорошо, — покладисто кивнул я, решив не спорить, — но передайте ему, что пришёл профессор Локарис.

Представься я ректором колледжа или бароном, ему бы это мало о чём сказало, но профессора он должен был вспомнить.

— Передам, — та вымученно улыбнулась, похоже немало народу пыталось таким образом побыстрее попасть на приём, быстро написала от руки на листочке короткую записку и поднялась. Приоткрыв дверь кабинета ровно настолько, чтобы протиснуться внутрь, она на секунду скрылась, а, появившись вновь, сообщила: