Ночь шрамов - Кэмпбелл Алан - Страница 47

Бродяга не помнил, как долго он держал на руках ребенка и раскачивался взад и вперед, слушая собственное дыхание. Ищет ли ее кто-нибудь сейчас? Может быть, отец ее в отчаянии бродит по улицам, выкрикивая имя дочери. Как же тебя зовут? А отравитель знал твое имя? Было ли ему дело до твоего имени?

Порезы на руках и плечах бродяги пульсировали в такт сердцу и ныли, словно осколки из лабиринта Скэттерклоу засели глубоко в ранах.

Неттл крепко сжал сеть, снова достал нож и верным движением перерубил пеньковые веревки. Девочка соскользнула в пустоту.

Оказавшись наверху, Неттл побежал к складу Кроссопа. Удары тяжелых сапог разносились по пустым улицам, но его это уже мало волновало. Когда бродяга добежал до склада, отравитель как раз входил внутрь. Металлическая дверь захлопнулась, и за ней эхом раздались три щелчка – закрылись замки.

Господин Неттл вышел на свет и внимательно присмотрелся к зданию.

На верхнем этаже горел свет. Окно оказалось открытым. Рядом как раз спускалась водосточная труба – совсем трухлявая, но другого выбора не было.

– Папа.

Голос Абигайль звучал из какого-то отдаленного и тихого уголка его сознания.

– Не сейчас, девочка моя.

– Папа, не делай этого.

– Оставь меня.

– Это убийство.

– Это справедливость.

– Убийство!

Слезы Абигайль разрывали ему сердце, и на какое-то мгновение решимость покинула Неттла. Убийство? Как мог он убить живого человека, в груди которого бьется сердце?

Но убийство ли это?

Что, если ты убьешь человека без души? Грех ли это? А если грех?

Что, если действительно грех?

В висках застучало. Он подтянулся и начал осторожно подниматься. Ржавчина сыпалась вниз, но труба выдержала. Неттл карабкался, забыв о боли, пронзавшей изрезанные мышцы. Тяжелые сапоги крошили старый кирпич, словно песок. Если добраться до комнаты раньше Девона, все будет гораздо проще. Замеченный в окне Неттл будет уязвим. Лучше поджидать отравителя внутри и быть наготове.

Забравшись на нужную высоту, бродяга поставил ногу на подоконник и заглянул внутрь, держась рукой за водосточную трубу.

Масляные лампы освещали обшитые деревянной панелью стены, какие-то медные приборы, склянки и колбы. За столом, отвернутое от окна, стояло широкое кресло с высокой спинкой. Напротив располагался стул с кожаными ремешками на подлокотниках. Какие-то сосуды и трубки висели рядом на металлической подставке. Вот оно. Нож на месте. Неттл уже было взялся за оконную раму, приготовился пролезть в комнату и… остановился.

Из-за высокой спинки кресла в воздух поднялась тоненькая струйка дыма. Кто-то невидимый сидел за столом.

Господин Неттл спрятался за оконной рамой. Сердце бешено колотилось. Как старому ублюдку удалось так быстро добраться до верхнего этажа? Это просто невозможно. Тогда кто там? Сообщник? Бродяга от досады заскрипел зубами: справиться с отравителем не составит проблемы. Одолеть двоих будет уже сложнее.

За широкой спинкой кресла ничего нельзя было разглядеть. А значит, куривший тоже не заметил Неттла. Если сделать все тихо и быстро, эффект неожиданности сработает. Но его сдерживала нерешительность: Девон вот-вот должен войти в комнату.

Черт с ним!

Бродяга снова потянулся к окну.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Девон.

Отравитель замер на месте. Заводской рабочий, с ног до головы покрытый сажей, сидел в его кресле. Честно говоря, ничего грязнее в этой комнате до сих пор не было.

– Чем могу помочь? – поинтересовался Девон. Рабочий вытащил нож. В другой руке он держал наручники, в которые еще недавно была закована девочка.

– Синяки на руках. – Незнакомец мотнул головой в сторону стула с бутылями и запачканными кровью трубками. – Души воруем, не так ли?

Сердце Девона упало чуть не до самого пола. Неужели он ошибался с самого начала? Непростительно глупо и высокомерно было думать, что именно Сайпс является его тайным покровителем.

– Тому есть рациональное объяснение.

Последовала тишина.

– Скажите, – прервал молчание отравитель, – Сайпс собирается предать меня суду?

Незнакомец осторожно посмотрел на него.

Он не знает? Значит, Сайпс тут ни при чем. Но тогда кто же?

– Фогвилл, – сказал Девон и сразу понял правдивость своей догадки по глазам рабочего.

Помощник решил сработать за спиной хозяина. Он внимательно посмотрел на неудавшегося убийцу и еле сдержал улыбку, когда заметил вытатуированные узлы на шее, практически скрытые под слоем сажи. Это не спайн, это просто изгой, сломленный посвящением. В душе снова проснулась надежда. Шансы спастись еще оставались. Всем известно, что психика таких спайнов крайне нестабильна. Она подобна кипящим в одном котле эгоизму и фанатизму. Ну и, безусловно, с примесью безумия.

И Девон решил немножко взболтнуть все это варево.

– Помощник допустил ошибку, послав тебя сюда. Ты фанатик, не прошедший процедуры посвящения. Ты не можешь сдерживать своих эмоций, а значит, тобой легко манипулировать.

– Думаешь, сможешь мной манипулировать?

– Должно быть, это не так уж сложно, – нежно пропел Девон. – Нужно только немного тебя разозлить.

На черном лице заблестели белые зубы.

– Твое высокомерие просто поразительно, – прошипел незнакомец. – Тебе так хочется побыстрее сдохнуть?

Как печально: он совсем ничего не может с собой поделать.

– На самом деле не так сильно, – ответил отравитель. – Смерть лишь мой оппонент, а моя работа – искать защиты от нее. Наши праотцы почти преуспели в этом деле еще тысячу лет назад. Ты ведь помнишь сказку о Мягких Людях?

Кажется, черное лицо еще больше потемнело.

– Я помню, как их наказали.

Девон только улыбнулся.

– Они разработали процедуру извлечения души и помещения ее в сосуд. Знаешь ли ты, что происходит, когда один человек поглощает душу другого? Я тебе расскажу. Когда плоть насыщается той единственной субстанцией, что несет в себе жизненные силы, баланс между физическим и метафизическим смешается. Разум получает практически безграничную силу. Одним желанием можно продлить жизнь, укрепить тело, залечить раны. Физическое старение становится лишь делом прихоти.

Отравитель сделал шаг в сторону стула с металлической подставкой и трубками.

– Это оборудование подобно тому, которое использовали Мягкие Люди. Требуются тринадцать душ, чтобы дойти до точки насыщения или такого уровня силы вещества, когда раствор может быть поглощен человеческим организмом. Одной капли хватит на несколько жизней. Человек получит такую власть над плотью, что смертельные раны будут не страшнее царапины. Тот, кто выпьет ангельского вина, станет во всех смыслах ближе к богу.

Убийца весь напрягся, словно сжатая пружина, стиснул рукоятку ножа и прорычал:

– Суда ты не дождешься!

Девон вынул из кармана пиджака стеклянный пузырек с прозрачной жидкостью и поднял его над головой…

– Одиннадцать неосвященных душ. – Отравитель вытащил пробку и поднес склянку к носу. – Украдены у самого Ульсиса. Без сомнения, даже в этот самый момент Айрил охотится за ними. Интересно, чувствует ли Лабиринт то, что было у него украдено?

– Закрой пузырек! – Убийца в ужасе выскочил из-за стола и прошипел: – Спрячь души, пока…

Уловив момент, Девон выплеснул содержимое сосуда прямо в лицо незнакомцу. Тот взвыл и упал на колени, отплевываясь и, как безумный, пытаясь стереть жидкость с лица.

Девон схватил металлическую стойку и со всей силы ударил убийцу, перебросив его через стол. Колбы и мензурки со звоном посыпались на ковер, а незнакомец упал на пол.

У Девона перехватило дыхание, грудь стиснуло от резкой боли. Бинты намокли от крови из раскрывшихся ран. Морщась и тяжело дыша, отравитель вытащил из другого кармана пузырек с бледно-розовой жидкостью.

– Есть еще место для одного? – Он поднес бутылку к уху и вздохнул, покачав головой. – Забери меня Айрил, я начал разговаривать с душами в бутылке.