Инопланетный мясной рынок (ЛП) - Биквин Лиззи - Страница 11

И тут его осенило.

Этот аромат.

Это существо было источником таинственного запаха, который Драмьен уловил ранее. Тот самый запах, который привел его в этот тусклый и мрачный аукционный дом. Нежный аромат исходил от инопланетной женщины невидимыми волнами, вероятно, в ответ на ее вполне понятный страх.

Драмьен почувствовал сильное инстинктивное желание защитить это существо. Заявить на нее права как на свою собственность.

У него были и другие побуждения. Побуждения, которые он не до конца понимал. Его член стал твердым и изнывал от желания. Свободные шелковые брюки подчеркивали значительную длину. Драмьен нисколько не смутился. Ему было все равно, увидит ли кто-нибудь из других космонитов его возбуждение.

На сцене невысокий большеголовый М'нул-локс вывел парящий шар в центр сцены. Силовая веревка дернулась за ошейник на горле женщины, едва не лишив ее равновесия. Драмьен почувствовал первый приступ гнева за грудиной, и он был чертовски близок к тому, чтобы выскочить на сцену и швырнуть этого маленького М'нул-локса через весь зал.

Но потом он вспомнил о сумке за плечами. В сумке было десять тысяч проклятых Богиней галактов. Он не мог ввязаться в драку с такими деньгами, висящими у него на шее.

Долю секунды спустя он вспомнил о Броме, и у него заложило уши. Бром определенно уже закончил с туалетом. Драмьен представил себе седого, закаленного в боях Ракшу, впавшего в ярость, когда он поймет, что Драмьен покинул свой пост.

Он должен уйти.

Прямо сейчас.

Но прямо в этот момент красивые карие глаза инопланетянки метнулись вверх и встретились с его глазами. Ее зрачки расширились от страха и уязвимости.

Этот пристальный взгляд приковал Драмьена к месту. Ощущение было такое, словно сквозь его ноги прямо в пол под ними вбили крепкие стальные гвозди. Тем временем что-то в его груди зазвенело, как будто туда тоже вбили третий гвоздь.

Аукцион начался.

Торги за маленькую самку начались с тысячи галаксов. По мнению Драмьена, это была ничтожная сумма за такой восхитительный приз. Практически оскорбление. Но ставки быстро росли. Кто-то еще назвал полторы тысячи. Затем две тысячи. Затем две тысячи пятьсот.

Короткие волоски на шее и плечах Драмьена встали дыбом. Его втягивающиеся когти пульсировали — нервная привычка.

Он не мог позволить кому-либо другому претендовать на этот приз. Но что он мог поделать? Он не мог сделать ставку на экзотическое домашнее животное. У него вообще почти не было денег.

Кроме…

За исключением драгоценных камней в сумке, перекинутой через плечо.

Но такова была плата для босса Г'Лобба.

Кроме того, даже если бы он мог позволить себе это существо, что сказали бы другие члены команды? В частности, Аргат? Его старший брат был бы не слишком доволен, если бы ему пришлось кормить лишний рот на борту корабля.

С другой стороны, если бы другие только могли увидеть это величественное животное, Драмьен был уверен, что они почувствовали бы то же самое, что и он.

Торги продолжались.

Голос в другом конце зала выкрикнул: «три тысячи пятьсот».

Другой участник торгов предложил четыре тысячи.

Третий инопланетянин предложил пять.

Внезапно в аукционном доме раздался другой голос, такой громкий и раскатистый, что задрожали сами стены и полы.

— Десять тысяч галактов!

В комнате воцарилась гробовая тишина. Сотни глаз повернулись в сторону Драмьена. Темные глаза. Светящиеся глаза. Фасеточные глаза. Глаза сидели на концах длинных гибких стеблей. Все до единого глаза в аукционном доме смотрели прямо на него.

Постепенно Драмьен осознал, что он был тем, кто говорил.

Время, казалось, растянулось. На долгое мгновение в аукционном доме воцарилась тишина. Затем невысокий М'нул Лок на сцене прочистил горло и заговорил в микрофон.

— Я слышу одиннадцать тысяч? Одиннадцать тысяч раз… Одиннадцать тысяч два… — миниатюрный инопланетянин быстро оглядел комнату, затем хлопнул в ладоши и крикнул. — Продано! За десять тысяч галаксов молодому ракша в заднем ряду.

ГЛАВА 9: Аргат

На мостике ракшанского торгового судна «Процветание Ракша» было тихо. На постах управления загорались и гасли огоньки, пока центральный компьютер проводил автоматическую проверку систем корабля. Воздух в кабине был теплым и пах озоном, как всегда после межпространственного прыжка.

Аргат откинулся на спинку мягкого капитанского кресла и застонал.

Это было долгое путешествие.

В правой руке Аргат держал дымящуюся чашку кивы. Он сделал глоток горячей, темной, горькой жидкости, но это мало помогло снять усталость.

Аргат никогда бы не позволил своей команде увидеть его таким усталым и ссутулившимся, но теперь все разошлись по своим делам, и Аргат остался на мостике один. Он мог позволить себе минутную слабость.

Но только на мгновение.

В голове пульсировало. Мышцы ныли. Его единственный здоровый глаз был тяжелым, как будто кто-то вшил в веко металлический груз, и Аргат изо всех сил старался держать его открытым. Он чувствовал себя так, словно не спал несколько дней, и, судя по циклу день-ночь в его родном мире, это было в значительной степени правдой.

Ванна, вот что ему было нужно. Ванна, затем сон, а затем вперед, к следующей точке прыжка.

Но Аргат не собирался спать, пока не будет уверен, что с этим делом с боссом Г'Лоббом разобрались. Только тогда он, наконец, сможет расслабиться.

Этот проклятый Богиней долг висел над головой Аргата весь прошлый цикл, и он был счастлив наконец избавиться от него. Мысль о том, что он в долгу у такого распутного преступника, как Г'Лобб, выворачивала желудок наизнанку, но у него не было другого выбора. «Процветание» нуждалось в ремонте, у Аргата не было достаточно денег, и Г'Лобб был единственным, кто готов был одолжить их ему — разумеется, под солидные проценты.

Но теперь все было позади.

Нет, пока нет. По крайней мере, до тех пор, пока он не получит ответ от Брома, что платеж был доставлен людям Г'Лобба. Аргат должен был уже получить это сообщение через консоль связи. Какого черта ксеол так долго задерживал Брома?

Старый ублюдок, вероятно, остановился пропустить стаканчик-другой т'лона. Без сомнения, молодой Драмьен уговорил его на это. Не то чтобы Брома требовалось сильно убеждать.

Аргат навострил уши, сделал еще глоток кивы и насладился небольшой порцией энергии, которую давал напиток.

Как капитан корабля, Аргат предпочел бы уладить дело с Г'Лоббом самостоятельно — отправиться в притон криминального авторитета на дальней стороне станции и лично передать деньги. Но босс Г'Лобб был воркуном, и у его вида было иное представление о чести и долге, чем у ракш. Аргат знал, что важно быть осторожным, когда имеешь дело с воркуном.

Если бы Аргат принес плату сам, это было бы расценено как слабость. В глазах такого воркуна, как босс Г'Лобб, капитан корабля не должен марать свои руки таким черным делом, как простая доставка оплаты. Это понизило бы статус Аргата в глазах Г'Лобба, и могло бы вызвать какие-то нежелательные действия со стороны Г'Лобба, возможно, засаду или какие-то другие неприятности где-нибудь в будущем.

Поэтому он послал Брома выполнить это задание от его имени. Аргат не сомневался, что старому закаленному в боях космониту не составило бы труда позаботиться о себе.

Затем его позвал Драмьен, умоляя разрешения присоединиться к Брому. Сначала Аргат сопротивлялся, но в конце концов уступил.

Аргат наклонился вперед, поставив стакан с кивой на панель управления перед собой, и снова проверил журнал связи.

От Брома по-прежнему нет вестей.

Черт.

Он сказал себе не беспокоиться. Если бы они попали в серьезную беду, Бром послал бы сигнал бедствия. Вероятно, Драмьен просто замедлял ход событий, желая остановиться и поглазеть на каждый магазин и рыночный прилавок.