"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Капба Евгений Адгурович - Страница 417

— Верно, Крюк. Не за этим. Хотя корабль твой и правда заслуживает внимания. Давай-ка пройдем в твою каюту. Есть разговор.

Я напрягся. Каюта? Значит, дело серьезное. И, скорее всего, личное. Мысли снова закрутились вокруг Изабеллы.

— Хорошо. Прошу, следуйте за мной.

Я повернулся и пошел к каюте. Губернатор шагал за мной. Команда осталась на палубе — я поймал взгляд Стива, кивнул ему, чтобы он держал все под контролем. Он кивнул в ответ.

Дверь каюты скрипнула, когда я толкнул ее. Внутри было тесно. Я шагнул внутрь, жестом указал губернатору на стул у стола. Сам остался стоять, прислонившись к стене.

— Присаживайтесь, — заявил я нейтральным тоном. — Чем могу помочь?

Он медленно сел. Оглядел цепким взглядом каюту — не торопясь. Я вдруг вспомнил, что в кармане куртки, что висит у стены, спрятаны куски карты Дрейка. Может, он за этим пришел?

— Скромно живешь, Крюк, — заметил он, откидываясь на спинку стула. — Для человека, который торгуется за шестьдесят процентов добычи, я ожидал чего-то… побогаче.

— Богатство в трюме, а не на виду, — ответил я, пожав плечами. — Да и привык я к простоте.

Он кивнул, будто соглашаясь, но я видел, что это просто вежливость. Мы оба знали, что он пришел не обсуждать мой вкус в интерьерах. Я ждал, когда он заговорит о деле, но он снова замолчал, барабаня пальцами по столу. Тишина тянулась. Наконец он поднял глаза и посмотрел прямо на меня.

— Ты теперь капер, Крюк, — сказал он чуть жестче. — Под флагом Франции. Это значит, у тебя есть права. И обязанности. Король разрешает тебе топить англичан, где бы ты их ни встретил. Понимаешь, к чему я?

Я медленно кивнул, пытаясь уловить подтекст. Англичане? Роджерс.

Но почему губернатор говорит об этом именно сейчас? Что-то не сходилось.

— Понимаю, — сказал я. — Англичане — враги. Роджерс в том числе. Я и без того не прочь отправить его на дно.

— Хорошо, — он слегка улыбнулся. — Рад, что мы на одной волне. Но это не все, о чем я хотел поговорить.

Я напрягся. Вот оно. Сейчас он скажет про Изабеллу, и начнется черт знает что. Я уже приготовился отбиваться — словами, а если придется, то и крюком. Но он вдруг сменил тему, и это сбило меня с толку.

— Что ты знаешь о Френсисе Дрейке? — спросил он, глядя на меня так, будто пытался заглянуть мне в голову.

Я моргнул. Дрейк? Это что, проверка? Или он на что-то намекает? Я знал про Дрейка ровно столько, сколько мог вспомнить из книг 21 века да из того, что сам раскопал здесь. Пират, герой для англичан, кошмар для испанцев. Ограбил половину Карибского моря, нашел какие-то сокровища, а потом умер где-то в море.

— Немного, — ответил я осторожно. — Знаю, что он был пиратом, потом капером у англичан. Грабил испанцев, разбогател. Умер где-то. А что?

Губернатор покачал головой, будто я сказал что-то не то. Откинулся назад, сложил руки на груди и медленно заговорил, будто рассказывал историю, которую сам слышал сто раз.

— Не совсем так, Крюк. Френсис Дрейк умер 28 января 1596 года. От дизентерии. Это случилось недалеко от берегов Панамы, во время очередной экспедиции. Его тело положили в свинцовый гроб и опустили в воду близ Портобело. Точное место никто не знает. До сих пор.

Я слушал и не понимал, к чему он клонит. Дрейк, дизентерия, гроб — и что? Я врач, я знаю, что такое дизентерия, и уж точно не горю желанием копаться в старых гробах, где эта зараза могла остаться. Но губернатор явно к чему-то вел.

— Есть подозрение, — продолжил он, понизив голос, — что в том гробу не только его кости. Там может быть часть карты, которая указывает на Эльдорадо.

Эльдорадо. Опять это слово, которое крутится вокруг меня с тех пор, как я нашел первый кусок карты на Монито. Но искать гроб на дне моря? Это безумие. И опасно. Я открыл было рот, чтобы возразить, но он поднял руку, останавливая меня.

— Пока не говори ничего, Крюк. Просто подумай. Это все, что я хотел сказать. Пока.

Он встал, отряхнул плащ, будто в моей каюте было пыльно и направился к двери. Я смотрел ему в спину, пытаясь уложить в голове то, что он сказал. Гроб Дрейка. Эльдорадо. И что дальше?

Губернатор Жан-Филипп де Лонвийе замер у двери моей каюты. Я смотрел на него.

Он повернулся ко мне, заложил руки за спину и заговорил снова, будто продолжая мысль, которую я еще не успел переварить.

— Ты ведь понимаешь, Крюк, — сказал он жестче, — что это не просто золото. Эльдорадо — это больше, чем сундуки с дублонами или камнями, которые ты нашел на Монито. Это сила. Тайна, за которой охотились испанцы, англичане, да и мы, французы, не прочь ее заполучить. Дрейк знал что-то, чего не знал никто другой. И если карта в его гробу — это ключ, то ты можешь стать тем, кто его повернет.

Сила. Тайна. Ключ. Слова красивые, но я слишком долго жил среди пиратов, чтобы верить в сказки без оглядки. Да, я нашел два куска карты Дрейка. И да, я видел на них джунгли, пирамиды, озеро, о котором говорил Кит. Но гроб на дне моря? Свинцовый ящик, набитый костями и, возможно, дизентерией? Это не то, о чем мечтает даже самый отчаянный пират.

Я врач, я знаю, что такое инфекции. В 2025 году мы бы надели маски, перчатки и обработали все антисептиками, прежде чем лезть в такую авантюру. А тут — 17 век и у меня только ром да крюк вместо инструментов. Нет уж, спасибо.

— Сила — это хорошо, — сказал я, стараясь не выдавать раздражение. — Но я не ныряльщик, господин губернатор. И не охотник за гробами. Если карта там, то как ее достать? И что, если это просто слухи? Дрейк умер почти шестьдесят лет назад. Кто знает, что там на дне осталось.

Он посмотрел на меня, прищурившись. Кажется он ждал этого вопроса. Шагнул обратно к столу и сел, сложив руки перед собой. Его пальцы были длинные, тонкие, с аккуратными ногтями — не то что мои загрубевшие.

— Ты прав, Крюк. Это не просто. И да, это может быть пустышкой. Но подумай вот о чем. Дрейк был не дурак. Он грабил испанцев, топил их корабли, находил золото там, где другие видели только волны. И он умер с этой тайной. Если карта в гробу, то она не просто бумажка — это то, что он хотел спрятать от всех. Даже от своих. А ты, с твоим умом и… — он сделал паузу, будто подбирая слово, — необычным опытом, можешь это разгадать.

Я хмыкнул. Необычный опыт. Это он про что? Это было странно.

— Допустим, — сказал я, оттолкнувшись от стены и шагнув ближе к столу. — Допустим, я соглашусь. Как это сделать? Нырять у Портобело? Там наверняка глубина, течение, акулы. И даже если найду гроб, как его открыть, не заразив всю команду? Я доктор, я знаю, что дизентерия — не шутка.

Он кивнул, будто соглашаясь. Я вдруг понял, что он не просто предлагает. Он испытывает меня. Хочет посмотреть, как далеко я готов зайти. И это мне не понравилось.

— Есть способы, Крюк, — сказал он. — Люди, что умеют нырять. Снаряжение. Но это твое дело. Я не заставляю. Просто подумай. У тебя уже есть две части карты. Третья может быть там, внизу. И если ты ее достанешь… — он замолчал, оставив фразу висеть в воздухе.

Я молчал. Про гроб он говорит впервые. И это меня насторожило. Зачем ему это? Что он хочет на самом деле? Неужели Франция так жаждет Эльдорадо, что готова лезть на дно моря? Или это его личная игра?

— Я подумаю, — осторожно заявил я. — Но мне нужно время.

Он улыбнулся — на этот раз шире. Встал, поправил плащ и кивнул.

— Время у тебя есть. Я уезжаю по делам в Форт-Сен-Пьер, на Мартинику. Зашел напоследок, чтобы рассказать, что думаю.

Я смотрел на него и чувствовал, как внутри меня борются два желания — сказать ему, чтобы шел к черту со своими гробами, и согласиться, потому что Эльдорадо (а точнее тот ящик) манило меня не меньше, чем его. Но я не торопился. Слишком много вопросов. Слишком много риска. Он шагнул к двери, и я пошел за ним, провожая.

Мы вышли на палубу. Команда все еще настороженно смотрела на губернатора.

Я проводил старика. Он дошел до сходен, остановился и обернулся. Я думал, он скажет что-то еще про Дрейка, но он посмотрел мне прямо в глаза и сказал тихо, почти шепотом: