Сводные. Академия мажоров - Дорофеева Тина - Страница 3

– Нет, ты достаточно была одна, – спокойно реагирует на выпад Римма. – В остальных комнатах нет места.

– Но…

Анфиса кривит пухлые губы.

– Надеюсь, вы подружитесь. И, Анфиса, учись общаться на нормальном языке, – проговаривает Римма и захлопывает за собой дверь.

– Ты же девочка, – передразнивает ушедшую Римму Анфиса и переводит взгляд на меня.

Дверь снова распахивается и в щель просовывается голова Риммы.

– Кстати, там передали твои вещи, Аврора.

Проговаривает это и снова исчезает.

– Блеск, – Анфиса снова затыкает ухо и падает на кровать.

Я мысленно посылаю все известные мне проклятья в сторону моей любимой Ма.

В руках оказывается знакомый черный футляр с красной росписью. Сжимаю его пальцами и выдыхаю с улыбкой на лице.

О да…моя маленькая и самая верная подруга. Моя катана. Только с ней я чувствую себя достаточно уверенно и мне ничего не страшно.

И тут же перед глазами застывает кадр нашей с Русом размолвки. Он тогда считал, что он может играть чужой жизнью и чужими чувствами. Хотя, о чем это я? Он и сейчас считает так же, и наша встреча в аудитории это только подтвердила.

А я ведь думала, что между нами все давно уже остыло. Но нет, ненависть разгорается в груди ещё сильнее, чем тогда, когда мы с ним жили под одной крышей. И пусть это продлилось недолго, но нам хватило, чтобы успеть притереться и расхлестаться в хлам.

Да, какое-то время мы могли общаться нормально, но потом все полетело в пропасть. Что тогда случилось? Я до сих пор иногда задаю себе этот вопрос.

Рус просто…просто…

Глотаю ком в горле. Не хочу! Не хочу вспоминать!

– Эй, новенькая, – наушник исчезает из уха Анфисы, – соблюдай дистанцию, окей? Я не собираюсь изображать радушность и всю эту мишуру в твой адрес.

Усмехаюсь. Падаю на кровать и раскидываю руки в сторону. Меня этот день выжал прилично. Хочу просто полежать в тишине.

– Можно тебя попросить об одолжении? – поворачиваю голову и смотрю в фиолетовые глаза моей новой соседки.

Она вопросительно выгибает бровь. Дает добро, чтобы я продолжала.

– Не разговаривай со мной. Мне не нужна дружба с такими, как ты.

Глаза соседки расширяются, а я внутри ликую. Да, да…не все стремятся в компанию мажоров.

– Что ты сказала? – она хмурит аккуратные брови, словно ушам не может поверить.

Стучу по мочке.

– Кому-то явно нужно слушать поменьше музыку на всю громкость. Проблемы со слухом начинаются.

– Охренеть, – выдыхает моя соседка и усмехается, – а ты зубастая, да? Кстати, что тебя связывает с Русом?

Много чего…но тебе об этом знать не стоит.

– Я что-то не заметила, в какую секунду мы стали закадычными подружками, которые обсуждают жизнь друг друга, – бурчу себе под нос, но так, чтобы Анфиса услышала.

Соседка падает на кровать и начинает громко хохотать.

– Мать его, я беру свои слова обратно. Ты не зверушка…далеко не она.

Одно резкое, еле заметное движение и перед носом моей соседки острие катаны. Она расширяет глаза, медленно ведет взглядом по лезвию и я вижу как нервно дергается её горло.

– Ещё раз ты назовешь меня зверушкой, – проговариваю чуть ли не по слогам, – и тебе придется бежать к своему мастеру по волосам, чтобы он тебе их снова нарастил.

Жду, что в глазах Анфисы мелькнет страх, но там что-то похожее на восторг, который она быстро прячет.

– Это мои волосы, – её усмешка слегка удивляет, – убери эту штуку. Я не хочу ходить со шрамом из-за неловкого движения твоей руки.

Убираю катану в ножны и кладу рядом с кроватью.

– У меня не бывает неловких движений.

Даже тогда…с Русом…все было выверено, если бы не он.

Глава 4

После очередного тяжелого учебного дня решаю прогуляться. Тут оказалось очень сложно учиться. Нагонять много, а я в отстающих быть не люблю. И неважно, что я не собираюсь тут надолго задерживаться. Знания никогда не бывают лишними.

Выхожу на свежий воздух, чтобы проветрить мозги. Слишком много всего на меня навалилось в последние дни. И ладно бы просто мой перевод в новый универ. Так нет же… ещё и Тихомиров обрушился на мою голову, как долбаная лавина. И пока он не проявляет никакого интереса в мою сторону, но надолго ли его хватит.

Я ощущаю каждой клеточкой тела, что он следит за каждым моим шагом, и меня это напрягает.

Хочется избавиться от бывшего сводного, как от назойливой мухи, но пока не выходит.

Бреду по тропинке усыпанной белым щебнем и вслушиваюсь в окружающие меня звуки. Тут могло бы быть уютно и комфортно, но у меня тысяча и одно но…почему это не так.

Огромная территория, много зелени, старинные здания. И Руслан…

Вот один минус, который перекрывает все плюсы.

А когда-то я ведь мечтала тут оказаться. Но это было словно в прошлой жизни. Каждый из обычных школьников мечтал…и я не была исключением.

Тишину улицы разрезает громкий рев мотора. Я останавливаюсь, прислушиваюсь. Резко разворачиваюсь к источнику шума, потому что он стремительно приближается ко мне.

Уши закладывает. И в нескольких сантиметрах от меня пролетает какой-то ненормальный байкер. Хотя не так далеко висит знак сорок. От ветра мои волосы швыряет в лицо, а я вовремя придерживаю юбку, чтобы окружающие не увидели лишнего.

Байкер тормозит. Ставит ногу на асфальт и стягивает шлем.

Ну конечно…кто же еще мог попасться на моем пути?

Вот только я не припоминаю, чтобы Руслан водил мотоцикл. Крутые спортивные тачки – да. Байки – нет!

Голубые глаза впиваются в меня, заставляя затаить дыхание. Сверлим друг друга взглядами. Я переступаю с ноги на ногу. Никак не получается у меня взять под контроль эмоции, которые я испытываю по отношению к сводному.

– Заикнешься, что видела меня, и тебе не жить, сова.

Я выгибаю бровь, а у самой уже по венам кровь разгоняется.

– Тайно пытаешься смотаться?

Да, да, я в курсе, что в будние отсюда никому нельзя выехать. Но Тихомиров, видимо, возомнил себя исключением из всех правил.

И про наказания я знаю, если кого-то поймают за несанкционированным побегом, то тому придётся не весело.

Общественные работы…М-м-м-м-м.

Я предпочитаю быть в курсе всех тонкостей в системе, в которой мне приходится находиться в данный момент.

Предупрежден – значит вооружен. Я не люблю сюрпризов и не люблю узнавать все виды наказания за проколы уже после каких-либо проступков.

– Малышка, – тянет Руслан, а меня передергивает от слащавого тона, который не обещает мне ничего хорошего , – если я узнаю, что ты меня сдала…

– То что ты мне сделаешь, Руслан?

Ой, как же я сейчас рискую. Мне бы бежать от него, а я дергаю тигра за усы.

– Уверена, что ты хочешь знать мой ответ?

Мне хочется трусливо замотать головой. Но в то же время я не хочу показывать сводному братцу, что меня нервирует его присутствие рядом. Рус очень хорошо умеет пользоваться слабостями других. Он уже не один раз мне это показал и доказал.

Он ни перед чем не останавливается…

– Было бы интересно, – продолжаю я эту игру.

Сама не могу объяснить себе…зачем? Для чего мне это все? Чтобы что? Что я хочу получить в ответ от Тихомирова?

Дальше он не продолжает, мне хватает его тяжелого взгляда, чтобы понять…Руслан сейчас со мной не шутит. У сводного звонит телефон, и я ловлю себя на мысли, что вот он удачный момент, чтобы свалить в закат.

Даже делаю пару шагов, но запястье оказывается в стальных тисках, которые сжимаются до боли.

Шикаю. Пытаюсь скинуть конечность Руса, но он не поддается. Продолжает меня удерживать зачем-то.

Я застываю. Смотрю в прищуренные глаза сводного, и внутренности сжимаются.

– Далеко собралась? Я тебя не отпускал.

У меня от этих слов глаза лезут на лоб. Он сейчас серьезно? Из меня вылетает смешок. Окидываю сводного красноречивым взглядом.

Наклоняюсь поближе к нему. Обоняние улавливает нотки мяты. Стараюсь не вдохнуть поглубже. Сердце от собственной наглости делает несколько кульбитов. Дыхание замедляется. Вижу только голубые омуты Руслана. И стараюсь не реагировать на тон, что внутри растет огненный шар, грозящий сжечь каждую клеточку моего организма.