Заложница (ЛП) - Эймс Элисон - Страница 26

Но когда они уйдут, когда им придется спасаться бегством или их настигнет враг, она останется одна, одна против тысячи.

Ева сделала шаг назад. Ей не выжить. Она…

— Посмотри туда, — Валдус прошептал ровным голосом ей в щеку, проверяя ее состояние готовности к бегству. — Вот она, прямо через это небольшое пространство. Твоя руда. После путешествия по вселенной и преодоления стольких трудностей она, наконец-то, у тебя в руках. Тебе нужно лишь пересечь эту пещеру, чтобы ее получить.

Она знала, что он делает, и все равно это сработало. Сердце замерло, когда решимость овладела ею. Так много ее драгоценной руды. Наконец-то. Все для нее.

— Так. — Крепко сжимая рукоятку кирки, она не отрывала глаз от приза, пробегая взглядом по толстым прожилкам радужного серебра, пересекавшим скальную стену; их цвет жутко напоминал блестки в арктических глазах одного человека. Она тяжело сглотнула. — Это даже красивее, чем я думала.

— Помни, что эти заключенные неорганизованны и боятся нас больше, чем мы их. Они могут пошуметь, но не станут рисковать жизнью, вступая с нами в бой. Они уже знают, что ничем хорошим это для них не закончится.

Она сделала еще один глубокий вдох.

— Спасибо. — Их глаза встретились, гнев и недоверие исчезли, а надежда возросла. — Что бы ни случилось дальше, этот миг — то, в чем я уже начала сомневаться.

— Отдайте нам женщину, и мы дадим вам десять китломов на следующее взвешивание. — Резкий окрик отвлек ее внимание от мужчины, стоявшего рядом.

— Я дам вам одиннадцать. — С соседнего уступа свалилось еще одно краснокожее существо, от его голодного взгляда по коже поползли мурашки. — Племенной суке Холлисворта есть за что ответить.

Рев Валдуса потряс комнату.

— Любой, кто попытается забрать ее, будет мертв в мгновение ока. Ваш тюремщик мог пообещать помилование, но что толку, если вы так и не доживете до его получения?

Крики стихли.

Он подкрепил угрозу единственным сигналом рукой. В следующее мгновение кольцо людей вокруг Евы двинулось вперед, солдаты впереди использовали свои тела в качестве тарана, оставляя остальным шахтерам только возможность отступать назад или быть растоптанными.

Река сверкающей руды в скальной стене манила к себе.

Слабое жужжание привлекло ее внимание, и она посмотрела вверх. Над ними парил одинокий дрон.

Сердце заколотилось.

Холлисворт наблюдал. Ева подошла ближе к Валдусу.

Тот поднял два пальца к экрану дроида и потряс ими в воздухе в знак молчаливого оскорбления.

Ева часто представляла себе, как посылает своего мужа.

Его товарищи по команде взревели.

Ева спрятала улыбку, внезапно став спокойнее впервые с тех пор, как попала в шахту.

Словно исполняя танец, который они проделывали сотни раз, один отряд людей Валдуса расположился по обе стороны от нее и командира, лицом к светящейся руде. Другой отряд выстроился у них за спиной, повернувшись лицом в сторону, их оружие поднято — устрашающая блокада.

Это было впечатляющее зрелище.

— Спасибо. — Это сказал мужчина, стоявший слева от нее.

Ева не сразу поняла, что он обращается к ней.

Остановившись, она огляделась. Как и остальные члены команды, он был высоким и огромным — и безликим, его черты скрыты за жуткой металлической маской.

Но из прорезей лицевой пластины выглядывали ярко-зеленые глаза, а также намек на сильную челюсть и толстый шрам через горло, который растягивался в улыбку, когда он говорил.

— Ни у кого из нас не было возможности сказать об этом раньше, когда командир объяснял новый план, поэтому хочу сделать это сейчас. Я — Гриффин и хотел бы лично поблагодарить тебя за то, что спасла нас. — Его рука крепко сжала рукоять топора, и эмоции в его голосе показались удивительными после ровного, холодного тона Валдуса и резкой враждебности Райкера. — Я… я думал, что все кончено, когда сработал маячок, а потом ты все изменила. Как какой-то ангел-хранитель. Рисковала собой. Ради незнакомцев, причем не из Совета. — Он повернулся к ней лицом. — Мы в долгу перед тобой.

Человек по другую сторону от него кивнул, придвинувшись ближе, и рыжевато-коричневая щетина, вьющаяся по подбородку его металлической пластины, показала, что под ней скрывается борода.

— Гриф прав. Я Дарвиш. — Он хлопнул себя кулаком по груди, проведя по замысловатой татуировке, в которой преобладали шипы. — Теперь мы вместе. Жена Холлисворта и «Сопротивление». Совет и не-Совет. Все это больше не имеет значения.

Приятно было видеть этих людей не просто безликими, пугающими фигурами, а личностями. Личностями со своими собственными характерами. Людей, которые рассчитывали на нее не меньше, чем она на них.

— Мы против них, — согласился мужчина, стоявший чуть дальше Дарвиша, и коллекция странных металлических инструментов и оружия, висевшая у него на поясе, зазвенела, когда он наклонил воображаемую шляпу. — Я — Бэйн, местный сумасшедший изобретатель и медик, который, к слову, не имеет ни малейшего опыта. И я знаю, что этот подонок из Совета — ваш муж, но командир собирается надрать ему… ой.

— Заткнись, Бэйн. — Рыжеволосый Дарвиш толкнул локтем медика, прервав его.

— Я, например, хотел бы услышать продолжение этой фразы. — Райкер как-то незаметно для нее придвинулся ближе.

Ева заскрежетала зубами.

— Если тебе что-нибудь понадобится, просто позови меня по имени. — Не обращая внимания на Райкера, зеленоглазый Гриффин подхватил тему разговора, не упуская ни секунды. Его взгляд скользнул мимо нее, прежде чем он поспешил добавить: — После имени командира, разумеется.

По ее горлу и груди пробежал жар.

Ева прочистила горло.

— Спасибо вам всем. Для меня это очень важно. — Ее приняли. Она часть команды. Белла и другие ученые дали ей представление о том, что это такое, но она в основном сторонилась всех, была скорее наблюдателем, чем участником, скрывая, кто она на самом деле.

— Я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы отключить маячки и дать нам возможность уравнять шансы. Этот человек может быть моим мужем, — она перевела взгляд на медика Бейна, который все еще потирал живот, — но помимо этого он мой главный враг, и я не сомневаюсь, что уничтожу его.

До сих пор она не понимала, как сильно ей хочется быть ценным участником чего-то большего, чем она сама.

Ева надеялась, что сможет это сделать.

Раздался шум, более резкий, чем вой сирены.

Видимо, это какое-то последнее предупреждение, потому что оно прервало все разговоры. Гриффин и остальные повернулись лицом к стенам, их топоры поднялись, а выражения лиц снова стали жесткими.

Шестеренки загрохотали, когда из отверстия в потолке выскользнули металлические листы.

— Мы используем это для транспортировки руды. — Потянувшись вверх, Валдус отцепил лист от стены, при этом каждый мускул на его животе напрягся.

Ее живот затрепетал, и в этом не было вины горячки.

Она отвела взгляд. И тут же вскочила, когда лист с грохотом упал на землю рядом с его сапогами. Валдус схватил еще один и тихо произнес:.

— Это для руды, которой у Холлисворта никогда не будет. — Он положил лист к ее ногам.

Все шло своим чередом. Ева была на пути к созданию своей сыворотки.

— Ты будешь носить это. — Толстый кожаный ремень перекинулся через ее затылок, зацепившись за волосы.

Она потянулась к нему, и тонкий металл остро заскрежетал под ее пальцами. Это была лицевая пластина Валдуса.

— Нет, — запротестовала она. — А как же ты?

Его большой палец проследил изгиб ее подбородка.

— Защита этих изумрудных глаз — и умного мозга, который за ними стоит, — превыше всего.

Сердце заколотилось. Умный мозг?

Трудно поверить, что это тот самый мужчина, которого она когда-то боялась. Когда-то он казался ей до невозможности холодным и безжалостным.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать. Что угодно.

Высокий свист пронзил ее барабанные перепонки и разрушил момент.

Жжение под кожей усилилось.