Тьма. Том 4 (СИ) - Сухов Лео - Страница 57

— Ага! Понял! Седой, ты не пысай, всё будет пучком!

— Надеюсь, — проговорил я. — Ладно, я Бубну позвоню, предупрежу… И сестре.

— Понял, давай!

Как и решил, Софии, чтобы довезти её до пандидактиона, вызвал бричку. А ещё взял с сестры обещание, что она останется в общежитии до конца недели. Ну а обратно, ближе к выходным, я планировал её закинуть сам.

Затем позвонил Бубну, предупредив его о том, что случилось.

Думал, что он испугается… Но — нет! Этот твердолобый заржал и пообещал свалить на другую хату. А потом скинул сообщением адрес, где его в городе забрать, предусмотрительно не сказав, где живёт. Так что с этой стороны я вопрос тоже закрыл.

Даже Пьеру на всякий случай набросал сообщение с предупреждением. В ответ на что стряпчий прислал картинку с большим пальцем и пожелание быть осторожнее.

Больше дельных мыслей в голову не приходило. Поэтому я допил утренний чай, проверил запас патронов к «пушку», почесал за ухом Тёму, который вылез проверить, чего это я волнуюсь… А затем отправился на пробежку.

Жизненный опыт Андрея шептал: иногда нужно отпустить ситуацию — и проблемы разрешатся сами. Так бывало. Не всегда. Но сейчас я надеялся на этот сценарий. Хотя в глубине души готовился к испытаниям: предстоящие дни обещали быть сложными.

Объявления о найме охранников не порадовали: как и раньше, для меня это было слишком дорого. Да, я мог себе позволить какое-то время походить с охраной, но что это будет за охрана? И насколько долго я смогу её содержать?

После пробежки, уже моясь в душе, я понял, что сегодня вечером и вправду придётся рискнуть. А вот потом, если обнаружу хвост, надо идти к Косте. Впрочем, если не обнаружу — всё равно надо идти.

А пока подготовиться к тому, что кабанам придётся провожать Алёну без нашего пригляда.

Это я обговорил с Кислым, уже выбравшись из душа и собираясь на учёбу. Надо уйти в тень и не высовываться, а исполнителям — продолжать охранять девушку.

График работы распланировали на две недели. Я надеялся, что за это время либо проявят себя «пирожки» из «Без Тьмы», либо Алёна сама успокоится, и заказ мы наконец-то закроем.

Что меня запрут в училище, едва я сообщу обо всём Косте, можно было не сомневаться. И мысленно я даже был с этим согласен: жить-то хочется.

В любом случае, я принял решение постепенно уходить от игр с «Без Тьмы». К сожалению, они стали гораздо опаснее. Тем более, на горизонте маячил новый заработок с лаком для ногтей. Конечно, при случае можно и дальше помогать двусердым, попавшим под прицел «Без Тьмы»…

Однако… У меня не хватало ресурсов на то, чтобы подать руку помощи каждому. Я мог сделать мир чуточку лучше вокруг себя, и на этом — всё.

Во время обеденного перерыва созвонился с Пьером и попросил проконсультировать по лакам. А ещё, заранее перечислив ему деньги, договорился заехать вечером — обсудить вопрос.

Затем списался с Бубном, который вместе с Кислым готовился к выходу Алёны на работу. Девушка работала с трёх часов до поздней ночи. Её выход на работу я пропускал, потому что был на учёбе. А вот ночью собирался присутствовать. И очень надеялся, что без меня днём ничего не произойдёт.

Когда закончилось последнее занятие, увидел сообщение от Бубна, что надо встретиться. Для начала отправился к себе в комнату и набрал его.

— Привет! Как всё прошло? — спросил я.

— Привет, Федь! — отозвался Бубен. — Слушай… Вроде всё гладенько, но… Парень этот, Кислый, говорит, что всё вообще чисто. А вот я пару раз какого-то придурка видел. За девахой-то в самом деле следить могут…

— А что за придурок-то? — подобравшись, уточнил я.

— Да похож как раз на «пирожков»! — ответил Бубен. — Забитый такой весь… Но кто знает? Может, просто тем же путём шёл.

— Но ты его два раза заметил?

— Да, когда вёл её от дома до подземки. Первый раз увидел, как он смотрел на остановку автобуса, где она стояла. А был он при этом на другой стороне дороги. А во второй раз заметил его у подземки. Алёна эта уже уехала, а он стоял и трескал пирожок неподалёку. Но в автобусе-то его не было, понимаешь?

— Запомнил его? Узнать сможешь? — спросил я.

— Конечно!

— Ты где сейчас?

— Да в том трактире, где ты с ней сидел. Сможешь подъехать?

— Да… Мне потом надо будет на одну встречу, часам к восьми… А так, до завтра я свободен!

В этот день я решил самостоятельной учёбой в комнате пренебречь. Уж очень всё как-то интересно складывалось… Вообще-то, по-хорошему, надо просто ещё раз увидеть того «придурка», которого заметил Бубен, и проследить за ним. А потом, если он и вправду следит за Алёной — объяснить ему, что так делать нехорошо.

В этом случае можно присмотреть за девушкой ещё неделю, а затем, удостоверившись, что всё в порядке — рассказать ей, что от преследователя мы избавились. Она успокоится, закроет заказ, и мы с чувством выполненного долга заляжем на дно.

Это было лучшим выходом из создавшейся ситуации.

Пока ехал к Бубну в трактир, позвонила София, которая писала мне вопросы в сообщениях весь день, но я не удосужился ответить.

— Брат мой, а ты не брат мне, что ли? — с шутливой угрозой произнесла она, стоило взять трубку. — Ты чего не отвечаешь? Думаешь, жильём обеспечил — и можно о нас, наконец, забыть?

— Да как-то в делах был, — признался я. — Но вообще про «забыть» ты мне идею не подсказывай… Вдруг запомню?

В трубку раздался жизнерадостный хмык, а потом София решила перейти к делу:

— А что случилось, что ты меня на бричке сегодня отправил? Кислый занят? И почему мне обратно до выходных нельзя? Там же сейчас куча дел, мне бы маме помочь…

— Соф, слушай… — я припарковал машину к бордюру и только потом начал рассказ: — В общем, ночью нам спалили старый дом.

— Как? — не поверила сестра.

— Вот так… Кто-то облил его чем-то горючим и поджёг, — ответил я. — От дома почти ничего не осталось.

— Ой, мама расстроится… — выдохнула сестра.

— Да это, знаешь ли, меня сейчас волнует меньше всего! — честно признался я. — Главное, чтобы её в Усадебный угол не понесло на этой неделе… А потом я сам ей всё расскажу.

— Так… Федь, ты думаешь, это из-за тебя? — уточнила София.

— Вероятно, из-за меня, — согласился я.

— И с чем это может быть связано?

— Ну, помнишь историю про то, что я пацанов из угла нанимал? — я дождался согласного мычания сестры и продолжил: — Думаю, из-за этого. С дворянами я если и цапался, то не настолько сильно, чтобы они рискнули обычных трогать.

— И что теперь? — спросила София.

— Теперь надо готовиться к тому, что к нам приставят охрану и ограничат возможность передвигаться по городу, — признался я. — У меня есть знакомые в особом отделе, который занимается этим вопросом. Они помогут. Но, думаю, выставят жёсткие условия. С ними я, скорее всего, свяжусь завтра днём. А там посмотрим. Не переживай. Маме и мелким ничего не угрожает. Тебе, пока ты в Стрелецком углу или в пандидактионе — тоже.

— Старый дом всё равно жалко… Хотела туда ещё разок заехать.

— Ну… Лучше дом, чем мы.

— Ладно, я поняла… Надо созвониться с мамой и нагрузить её вопросами по особняку в Стрелецком, чтобы не думала ехать домой. Хотя бы на неделю. Так?

— Так. Я тоже ей позвоню, — согласился я.

— Всё, ясно. Ты там береги себя, слышишь?

— Ты тоже. Пока!

— Пока!

Некоторое время я сидел, не трогая педаль газа, просто глядел вперёд. Нервы от происходящего натянулись, как струны на гуслях. Казалось, дёрни чуть сильнее — лопнут.

К трактиру, где меня ждал Бубен, приехал только после того, как успокоился. Поздоровался, сел и заказал себе чай.

— Знаешь, почему я машину не покупаю? — недовольно пробурчал Бубен, поглядев на меня.

— Денег нет? — состроил я из себя дурачка.

— Не! Потому что с ней нельзя выпить, когда захочется! — ответил тот, отсалютовав мне кружкой с чем-то пенным. — А это, знаешь, помогает нервишки успокоить.