Спасите, мой муж идиот! (СИ) - Ершова Светлана - Страница 53

– Опять не поела? Так нельзя, девочка, зачем ты себя изводишь?

– Смысл переводить продукты, сегодня я умру и вы отлично это знаете, – ответила я вяло.

– Знаю, но умереть можно достойно. Ты генерал, так покажи, что тебя не сломили и выйди к виселице, гордо расправив плечи!

– Не хочу! Без любимого я ничего не хочу!

– А у меня для тебя сюрприз. Посещения приговорённых к казни запрещены, но у меня есть один наглый и хитрый знакомый, который кого угодно заставит сделать то, что ему нужно, – улыбнулся старик и, выглянув в коридор, позвал: – Входи!

Без особого интереса посмотрела на гостя и тут же резко села.

– Майло? – прошептала удивлённо.

Кивнув, лис вперил в надзирателя требовательный взгляд. Тот сразу нас покинул, а слуга Эвана присел рядом со мной.

– Я пришёл попросить у вас прощения, госпожа.

– Ты-то в чём виноват?

– Я догадывался о причастности Джулс к убийствам. Те вырванные страницы специально вам подбросил, чай пить не стал, и проследил, куда вас медведица отвезла. А стражников ещё покидая остров вызвал, написав, что принцы в опасности. Кто ж знал, что они вас в темницу бросят, поверив королеве? Получается, я вас подставил!

– Почему нам о своих подозрениях не рассказал?

– А вы бы поверили, если бы я заявил, что ваша лучшая подруга – убийца и копает под вас с господином?

– Ты прав, не поверила бы. Мне до сих пор кажется, что всё произошедшее на вулкане – лишь страшный сон. Не могу принять, что Джулс меня предала, мы ведь столько прошли вместе!

– Вот поэтому я и молчал.

– Ты сделал всё что мог, а в том, как всё сложилось, нет твоей вины.

– Спасибо. Вы бы поели, Эвану бы не понравилось, что вы добровольно отказываетесь от жизни.

– Майло, у меня меньше чем через час свидание с палачом, так о чём речь? Единственное, из-за чего я ещё держусь и не бьюсь в истерике, это надежда, что после смерти встречусь с любимым.

– Так примите её достойно!

– Папа всегда говорил: если тебя ещё не убили, встань на ноги и сражайся дальше, иначе не победить. Я верно следовала этому совету, а сейчас... не могу!

– Напрасно, мой генерал! Я принёс вам доспехи, которые Эван подарил, смотритель отдаст их, как только я уйду. Покажите всем, что вас не победили!

Я печально усмехнулась и кивнула. Лис покинул камеру, а старик-надзиратель вручил мне обещанные доспехи. Бережно их погладив, я переоделась, расчесала волосы и, приведя себя в приличный вид, расправила плечи, прикоснувшись к ошейнику, блокирующему магию. Умирать, так с музыкой!

Вскоре появились стражники и, защёлкнув наручники на запястьях, повели меня на центральную площадь. Что примечательно, пешком – не стали позорить, провозя по городу в клетке. Желающих полюбоваться на казнь убийцы принцев собралось невероятное количество. Страже пришлось разгонять зевак, дабы проводить меня до виселицы. На меня глазели с осуждением, ненавистью, любопытством. Не было в этих взглядах только сочувствия: все искренне убеждены, что я заслужила такую участь.

Поднявшись на эшафот, я встала рядом с палачом и мельком осмотрела взволнованную толпу, сразу поднимая глаза на балкон ратуши, где и восседала королева. Тоже пришла насладиться зрелищем и неважно, что на моём месте должна стоять она! Эх, я жалею только о том, что не успела её прикончить!

Мужчина в красном колпаке с прорезями для глаз накинул верёвку на мою шею и повернулся к Кейлет, ожидая приказа привести приговор в исполнение.

Тут раздался цокот лошадиных копыт и на площадь, распугивая народ, въехал министр Кирин в сопровождении двух отрядов солдат.

– Остановить казнь! – выкрикнул отец, не сводя с меня обеспокоенного взгляда.

А я едва не зарыдала, увидев своих подчинённых, особенно обрадовалась живёхонькому Фирсу! Всё-таки не убила нашу кобру змеюка подколодная!

– Что вы себе позволяете, министр?! – рявкнула королева, вскакивая с насиженного места. – Вы понимаете, что ваше поведение расценивается как бунт и попытка захватить власть?!

– Пусть так, если для спасения дочери мне придётся стать врагом королевства, я пойду на это не задумываясь!

– Она убила принцев!

– Ни за что не поверю, что Майя могла причинить вред собственному мужу! – произнёс отец, а воины его поддержали дружным кличем.

Палач растерялся, переводя взгляд с министра на королеву и обратно, не понимая, как ему быть.

– Я бы на вашем месте подождала, чем это противостояние закончится, пока не ясно, на чьей стороне будет победа, – подсказала я ему.

– Повесить гадину! – заорала Кейлет.

– Только попробуй к ней прикоснуться, и я лично тебя живьём на куски порублю! – с угрозой предупредил министр Кирин.

Разозлившись, свекровь покинула балкон, чтобы спустя минуту объявиться на площади. Уверенно пройдя мимо расступающихся перед ней граждан, она поднялась на помост и, ткнув пальцем палачу в грудь, прошипела:

– Я – твоя королева, исполнять приказ, иначе самого казню без суда и следствия!

Покосившись на моего отца, мужик несмело потянулся к рычагу, открывающему люк под моими ногами, но дёрнуть его не успел: со свистом пролетела стрела, вонзаясь в столб рядом с его ладонью. Отдёрнув руку, палач посмотрел на улыбающегося Сейнора, нарочито медленно достающего из колчана вторую стрелу.

64

ЭВАН.

Сорвавшись в жерло вулкана, я чудом успел ухватиться за выступ, немного не долетев до лавы. Ударившись обнажённой, залитой кровью грудью о раскалённые камни, зашипел от боли. Подняв голову, понял, что сверху меня не видно, значит, Амайя, Джулс, а главное маман убеждены в том, что я погиб.

В целом это почти правда. Пусть я ещё держусь, но ослаб настолько, что даже подтянуться не могу, чтобы забраться на узкую площадку. Отлично осознавая, что надолго меня не хватит и я всё-таки упаду, я почему-то настырно цеплялся за обжигающие камни.

Неожиданно запястье обхватили чужие пальцы, вытаскивая меня на уступ. Недоверчиво посмотрев на невредимого и хмурого Ангрена, выдохнул:

– А ты как уцелел?

– Странный вопрос. Если ты смог зацепиться, я-то почему нет? У меня, в отличие от некоторых, дырки в груди нет, зато когти имеются! – буркнул брат, снимая камзол.

Бросив тряпку на площадку, чтобы защитить мою спину от ожогов, он уложил меня поверх неё и осмотрел рану.

– Чёрт, отвратно выглядит.

– Я догадываюсь, – прошептал, обессилено прикрывая глаза. – Анрген, когда выберешься отсюда, передай Майе, что я любил её до последнего вздоха, и присмотри за моей искоркой, пожалуйста.

– Ага, разбежался! Я был готов защищать и оберегать её до самой смерти, но ты отнял у меня любимую, так что сейчас подобрал сопли, показал мне хвалёную драконью регенерацию и сам присматривай за своей женой!

– Не получится. Здесь слишком жарко, моя ледяная магия не справится с исцелением, – просветил я его из последних сил и отключился.

Вновь придя в сознание, первое, что ощутил – прохладный ветерок. Прислушавшись к своему организму, понял – чувствую себя довольно сносно. Открыл глаза и посмотрел на сидящего рядом брата. Удерживая окутывающий меня кокон, он вспотел от натуги, но всё равно продолжал вливать в него магию льда. Честно говоря, я не ожидал от Ангрена такой самоотверженности и поддержки. Он же сейчас иссушит себя!

– Прекращай, пока не угробился! – проворчал и, с трудом сев, опустил глаза на собственную грудь.

Из-за запёкшейся крови мало что видно, но вроде бы рана затянулась.

– Эван, ты скотина! Я два дня с тобой возился, чуть сам от магического истощения не загнулся, и никакой благодарности!

– Поэтому и говорю: хватит! Я в курсе, что резерв у тебя небольшой, и не желаю, чтобы ты жертвовал собой ради меня. Я тебя живого больше люблю.

– Мне показалось, или ты признался мне в любви? А как же утверждение, что моя дружба и забота тебе даром не сдались?

– Так и не дошло? Я защитить тебя пытался. Маман бы взбеленилась, начни мы нормально общаться, а если бы всплыло наличие у тебя ледяной магии... Впрочем, ты уже сам видишь результат.