"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 690

— Давай более детально, — сказал я. — Что это за шоу? Где будут выживать его участники? В Старой Москве, что ли?

— В Старой Москве слишком много посторонних, — покачал головой этот пиджак с внешностью кинозвезды. — По этой же причине отказались и от Петербурга, хотя обе столицы, конечно, подняли бы рейтинг до небес. Но и стоило бы это совсем других денег. Это будет Казань.

— Но погоди, — сказал я и потер лицо ладонью. От прикосновения холодного металла протеза меня передернуло, но привычка есть привычка. — Казань же закрыта почище Новой Москвы. Ее обработали вирусом, как он там… N-что-то там. Дрянью, которая превращает людей в зомби.

Этим вирусом во время Войны обработали всего несколько городов, в которых находились крупные оборонные предприятия. Казанский вертолетный завод, видимо, посчитали достойной целью. Так или иначе, вход в город был закрыт, хотя имелись смельчаки, которые все-таки забирались туда, чтобы таскать вещи из руин. То, что не успели эвакуировать.

Про вирус этот, кстати, в сети ходили слухи, якобы его создали в России. А уже потом наши западные партнеры украли его прямиком из лаборатории. Я не знал, можно ли верить в эту версию, но полностью её не исключал.

Люблю читать в сети про старые заброшенные города. Есть в этом что-то завораживающее.

— Именно, — кивнул Макс и улыбнулся. — И тварей туда тоже сбрасывали. Ты как, встречался с ними? Приходилось?

— Один раз, — вот эта была одна из вещей, которые мне хотелось бы забыть. — Погоди. То есть, ты хочешь сказать, что вы в СТВ настолько сумасшедшие, что взяли в аренду целый заброшенный мегаполис? И все для того, чтобы устроить шоу, где зеки будут мочить друг друга?

— Я знал, что тебе понравится, — этот пиджак улыбался еще шире.

Честно говоря, мне это совсем не понравилось. Более того, мне хотелось выбить этому уроду его имплантированные зубы, превратить его лощеную рожу в кровавое месиво.

Я знал, что к заключенным в нашей стране относятся плохо. Рабочие нормы в колониях составляют по шестнадцать часов, причем они обязательны, платят за это гроши, а на продукции с зон делают огромные бабки. Но чтобы такое шоу выдумать… Это надо быть полным моральным уродом.

— И много у вас добровольцев? — спросил я.

— Немало, — кивнул корпорат. — И я надеюсь, что ты станешь одним из них. Потому что победитель — тот, кто проживет дольше всех — получит амнистию. И станет суперзвездой, заработает миллионы. Да черт подери, он сможет потом всю жизнь жить на деньги с интервью и рекламных контрактов. А твое участие…

— Поднимет рейтинг шоу вообще выше всяких небес, — кивнул я. — Вы собираетесь запихнуть в этот город всех пойманных злодеев за последний десяток лет, а террорист номер один в стране станет жемчужиной этой коллекции. Я понял. Нет.

— Но почему? — на лице Макса появилось выражение удивления и обиды.

— Да потому что я живу сам по себе, — ответил я. — И у меня нет желания умирать на потеху публике.

— А за бабки? — спросил он. — Большие бабки.

— Бабки, — я фыркнул. — Во-первых, у меня денег столько, что ты себе и представить не можешь. Вот только они меня не спасли. Я все равно оказался здесь. А во-вторых, они мне все равно не понадобятся. Я же на пожизненном. Да и вообще, даже если я соглашусь, никто не позволит мне участвовать в этом шоу.

Он положил передо мной планшет и ручку-стилус.

— Подпишешь — и уедешь отсюда со мной прямо сегодня. Заброска через месяц, до этого тебе нужно обновить софт и железо. Поживешь в нашей тюрьме. Да, это тоже тюрьма, но условия там гораздо более комфортабельные. И убить тебя там никто не попытается.

— Это контракт? — спросил я.

— Точно, — кивнул пиджак.

Я принялся читать. Ну да, я обязуюсь отбывать свое наказание в особом режиме в качестве участника шоу. Ни одно из моих преступлений, совершенных в процессе, не будет считаться подсудным. А еще отказ от последствий, включая смерть или заражение N-715. А вот это уже совсем скотство.

— То есть вы даже вакциной колоть никого не будете? — спросил я.

— Нет, — покачал головой Макс. — Но в городе сделаны закладки с супрессантом. Их хватит, чтобы прожить какое-то время. К тому же у нас будут реализованы пожертвования.

— Ты имеешь в виду донаты?.

— Да, — кивнул пиджак. — За большие бабки зрители смогут скинуть тебе чего-нибудь. Или как-то изменить условия испытания. Все это заложено. Город готов, наши команды там работали почти полгода. И все это в строжайшей секретности, чтобы конкуренты не узнали. Что-то, конечно, просочилось, но мы и липы им скормили порядочно.

— О как, — сказал я и глумливо протянул. — Интерактивность.

— И вовлечение, — подтвердил корпорат. — Через полторы недели мы начнем продавать права на трансляцию за границу. И уже на этом планируем троекратно отбить все затраты.

А может быть, зря я так резко? В тюрьме меня удавят уже через неделю, а так хоть поживу еще сколько-то. Да и весело будет, наверное.

Я продолжил читать контракт и сперва не поверил своим глазам. Поднял голову и спросил:

— Нельзя курить и материться? А это еще почему?

— Так возрастной рейтинг, — ответил он.

— Погоди, — сказал я. — То есть убивать и умирать можно, а курить и материться — нет?

— Такие уж возрастные рейтинги сейчас, — пожал он плечами.

Возразить на это мне было нечего, и я продолжал пялиться в планшет, продолжая усиленно думать.

Умереть в колонии или стать шавкой корпоратов, да еще и в индустрии развлечений… Что в итоге все равно закончится смертью, скорее всего, потому что из пойманных за последние годы злодеев я точно не самая зубастая рыба.

С одной стороны, я должен был умереть еще год назад, так что стал относиться к этому философски. Но с другой… В колонии все может быть совсем плохо, там ведь и опустить могут попросту. А тут…

А тут гораздо больший простор для воображения. Мутанты могут сожрать, в зомби можно превратиться. Да много чего может произойти. Но что-то подсказывает, что смерть эта в любом случае будет более достойной, нежели меня втихаря задушат или застрелят.

Да и вообще. Там это будет просто очередной убитый зэк. А вот на шоу…

Да, было бы классно сделать из своей смерти шоу.

— Решай, — прервал он мои мысли. — Тебя конвоируют через полчаса, даже вещи забрать не дадут. Летуна уже заправляют.

Да пошло оно все.

Я взял стилус и поставил подпись в указанном месте.

Глава 2

Я посмотрел в окно и увидел водную гладь и берег. Мы летели над Волгой, над великой рекой. Прошли сотни лет, сменились эпохи, режимы и вожди, а она все так же гнала свои воды на юг, в Каспийское море.

Впрочем, скоро полет должен был закончиться, и нас должны были высадить в Казани. Городе, который стоял тут тысячу лет, а в итоге оказался заброшен, покинут своими жителями.

Сколько еще таких городов в России, из которых людям пришлось уйти после Войны? Да много на самом деле, десятки. А были ведь и те, которые оказались брошены еще раньше по тем или иным причинам.

Я сидел в кресле десантного «летуна», надежно зафиксированный ремнями. Страх полетов давно прошел, поэтому я смотрел в окно с любопытством. Высота — это на самом деле прикольно.

Пиджак не обманул. Меня действительно собирались конвоировать уже через полчаса, даже не дав собрать вещи. Причем, гнать меня, как особо опасного преступника, собирались «летуном» до самой колонии. Правда, я понятия не имел, до какой.

Контракт оказался волшебным документом. Сперва, конечно, руководство изолятора пыталось качать права и что-то там говорить, но Макс быстро куда-то позвонил, и все вопросы решились.

Скоро за нами приехала машина, мне на голову надели мешок и куда-то повезли. Оказалось, в частный медицинский центр. А там началось…

Следующие три недели я практически не помню. Наркоз, операция, отходняки, восстановление, снова наркоз, и так по кругу. По контракту мне поменяли практически все железо, оставили только ускоритель рефлексов и подкожную броню, но избавить меня от нее уже не было вариантов, потому что она плотно срослась с клетчаткой.