"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 958

Я залпом опрокинул в себя коньяк, мысленно костеря себя на чём свет стоит. Единожды в прошлой жизни я поддался искушению в схожей ситуации, и это стало началом конца. Тёплая ладошка коснулась моего плеча, а следом пришло ощущение практически невесомого поцелуя.

— Спасибо!

Чего мне стоило не обернуться и не притянуть к себе юное прекрасное тело, знали только Боги. Но на этом мои испытания не окончились.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Приляг, я помогу снять усталость.

— Женщина, я не железный! — простонал я, укладываясь на постель и зарываясь лицом в подушку. — Могу же и не сдержаться!

Ответом мне был тихий смех, гуляющий по комнате перезвоном серебристых колокольчиков. А дальше я забыл про всё на свете. Нежные руки Тэймэй разминали каждую мышцу в моём уставшем теле. Мягкие разогревающие движения сменились сильными, а ещё спустя мгновение алые капли ещё горячей крови стали впитываться мне в кожу.

Вместе с ними пришла иллюзия, прекрасная в своём совершенстве. Зеленый бамбуковый лес, переливы птичьих трелей, мягкая трава, щекочущая босые ступни, и обнаженная Тэймэй, обнимающая меня со спины. Последнее, что я услышал, было тихо и страстное:

— В иллюзии мы свободны от предрассудков! Здесь можно всё, ведь этого никогда не было и не будет!

Тэймэй Инари

Друзья, не могу не поделиться! Вот такую красоту мне прислала читательница irafly под впечатлением от последней главы!

Это воистину волшебно!

Тэймэй Инари глазами читателей:

                               

                                 

Глава 4

Проснулся я отдохнувшим и со светлой головой. Давненько у меня не было подобного ощущения, как бы ещё не с прошлой жизни. Память подбрасывала подробности прошлой ночи. После такого я понимал клиентов борделя мадам Жу-Жу. Отличить иллюзорные впечатления от настоящих просто нереально. Я, конечно, и раньше не особо страдал от гормонов молодого тела, а уж после такой ночи и подавно.

Стоя под душем, я размышлял над моральной стороной ситуации. С одной стороны, есть Светлана, недвусмысленно намекающая на ухаживания с моей стороны. Я, в общем-то, и сам не против этих отношений. А с другой стороны, есть Тэймэй с её эротическими порывами. Пока это всё можно списать на иллюзию, считай, сон. Но как быть в дальнейшем? Девушка весьма напориста и, чего греха таить, изобретательна.

В прошлой жизни я менял женщин без сожаления. Частично этому способствовала атмосфера вседозволенности и разнузданности, царившая в цитадели и башне Великой Матери Крови. Когда несколько сотен лет живёшь на грани жизни и смерти, все чувства и инстинкты обостряются. Корвусы сходились и расставались без особых сожалений, скорее, принимая физиологическую сторону партнёрства, а не эмоциональную. Да что уж там, если отбросить всю высокопарную чушь, то мы сношались везде и всюду, как кролики. Устроить оргию прямо в кровавом месиве на поле битвы? Это было лишь пикантной вишенкой на торте чувственных и развратных удовольствий.

Когда в моей жизни появилась Лана, всё перевернулось с ног на голову. Оказалось, что я тоже умею чувствовать. Букет ощущений был настолько пряным, что совсем молоденькая девчонка утонула в нём. Вот только я не научился любить, годами лишь пользуясь женщинами. Я жаждал обладать, безраздельно владеть одной единственной женщиной. Лана стала моим клином, болезнью, помешательством. Она стала моей слабостью, что, по итогу, не просто не принесло нам счастья, но и стоило жизни обоим.

Поэтому сейчас я старался сдерживать порывы молодого тела Михаила. Хотя, если уж на то пошло, то его гормонам было далеко от эйфории после кровавого марша по прорывам изнанки. Местная система многожёнства, как и любому мужчине, была мне приятна и привлекательна. Вот только вокруг меня сейчас были женщины, которые по нраву ни разу не являлись кроткими овечками. Что кицунэ с её развратными фантазиями, что Тильда с её полуторасотенным опытом совместных оргий в цитадели не были образцами скоромности. Подорожница в этом плане была гораздо целомудреннее, но, глядя на характер девушки, уже сейчас можно было предположить, что темперамент там о-го-го. Пока по отдельности и даже все вместе в качестве спутниц они меня устраивали, но вот, что сами девушки думали по этому поводу, ещё предстояло узнать.

* * *

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Завтракал я в компании Тэймэй. Уплетая за обе щёки кашу с фруктами, сырные лепешки и запивая это всё кофе, мы перебрасывались ничего не значащими фразами. Девушка ничем не выдавала своих впечатлений от ночных приключений, и я тоже решил не забивать голову напрасными терзаниями.

Светлана с Андреем ещё спали. Эта парочка уснула вчера далеко за полночь, секретничая. Информацией об этом поделилась Маура, поэтому будить Подорожниковых мы не стали. Тем более, что на утро у нас было запланировано ещё одно дело, без участи в котором иллюзионистки никак не обойтись.

— Скажи, твои иллюзии можно снять на время и затем снова вернуть как было? — поинтересовался технической стороной вопроса.

— Можно, но следующая будет менее долговечной, чем первая. А что случилось? — полюбопытствовала азиатка, эротично слизывая язычком крем от пирожного из уголка губ.

Я отвёл взгляд, вспоминая чудеса, вытворяемые этим язычком ночью.

— Мне нужно на время вернуть личность Михаила Комарина для получения доступа к счетам рода. У нас назревает война.

— Жаль, настоящим ты мне нравишься больше, — неопределённо отозвалась девушка. — Помощь в боевых действиях нужна?

— А как ты мне поможешь? — я слабо представлял, что можно сделать на поле боя с даром Тэймэй. Хотя, если выпустить вполне себе ожившего дракона…

— Например, заставить всех нападающих трахнуть друг друга по обоюдному согласию, — ядовито улыбнулась эта коварная девушка. — Пусть занимаются любовью, а не войной.

Я улыбнулся, оценив шутку, но всё же задал вопрос по поводу создания дракона.

— Н-да! Как говорят у вас, губа не дура? — Тэймэй рассмеялась. — Скажем так, создать я его могу, и даже огнём, наверное, он разочек плюнет, но после этого я пройду по пути бамбукового леса навстречу Инари, и долг жизни спрашивать будет не с кого.

— Тогда, пожалуй, остановимся на варианте с нетрадиционными отношениями в стане врага, — свернул я всё обсуждение к шутке. — Пора, дорогая! Дела не ждут.

* * *

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Русско-Азиатский банк, одним из акционеров которого оказался барон Комарин, располагался на Невском проспекте в четырёхэтажном здании, больше напоминающем художественную галерею. Мозаики на окнах, высоченные вечнозелёные деревья в кадках вдоль мраморных колонн в холле, каскадная хрустальная люстра, свисающая с потолка — всё просто кричало о богатстве и надёжности владельцев.

Ещё больше об этом кричали молчаливые бритоголовые мордовороты, проверяющие клиентов на наличие атакующих артефактов. В нашем случае вопросы вызвали только очки, подаренные Инари за спасение Тэймэй, но и те не определились в качестве опасных. После проверки на наших запястьях защёлкнули магоподавители.

Чуть ранее мы обсудили это досадное недоразумение для использования дара Тэймэй, и девушка заверила меня, что браслеты не являются для неё помехой. А серьёзно так подошли к вопросу акционеры. Зачем переживать о возможных ограблениях, если можно сразу всех входящих превращать в простых смертных.

Встреча была назначена на имя Гаврилы Петровича Виноградова. Прекрасно осознавая сумму на счету, которой располагал клиент, нам выделили для переговоров отдельный защищённый от прослушивания кабинет и клерка высшего класса. Цепкий взгляд, оценивающий с ног до головы клиента и моментально определяющий его стоимость для банка, выдавал в этом господине настоящую акулу финансового сектора. Собственно, табличка на столе подтвердила мою первоначальную ассоциацию. Перед нами сейчас рассыпался в фальшивых любезностях Акулов Илья Матвеевич.