Хранитель Древа Мира. Том 4 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 26

В итоге они уснули, и я уснул. Завтра будет тяжёлый день. Мне нужно перенести купленные кирпичи и строительные материалы. Ещё не помешало бы проведать Дом Милосердия. А ещё заняться другими важными делами, которые мне подкинула Настя. Эх… Когда всё успеть-то? Но сейчас хр-р-р-р…

Глава 10

— Д-д-д-дима! — меня разбудил крик Киры, но по мордасам я не получил…

Открыв глаза, увидел красное, паникующее лицо Киры, которую я прижимал к себе рукой. Девушка лежала на моей груди, прижимаясь пышной грудью…

— Ты как на мне оказалась? — тихо спросил у неё, а она что-то пропищала в ответ.

— Дайте поспать, злодеи…— простонала Настя, и теперь глаза мы выпучили оба. А затем из-под одеяла слева от нас выбралась полторашка в одном лишь нижнем белье.

— Н-н-н-настя! Где твоя пижама⁈ — воскликнула Кира.

— Так Дима у нас как обогреватель. От него аж жар идёт, — зевала та.

— Подтверждаю, — рядом с Настей лежала Вика. Но у неё был верх от пижамы. — Думала, сварюсь заживо в этой пижаме.

— А что вы все здесь делаете?.. — удивлялся я.

— Нас ломало просто жуть как! Так что мы приползли сюда, ты нас потискал, потрогал везде, где можно и нельзя, и стало легче, — заухмылялась та. — А Кира… смелая! Не изнасиловала там Диму ночью?

— Нет! — выкрикнула грудастая. — Наверное…

— Ей жарко было, вот и выбралась «наружу», — из-под одеяла показалась хитрая мордочка рыжей лисицы. — Ты там новую дыню не получил? Вкусная очень была…

— Саш, похоже, ты перестаралась… Смотри, как мерзко заулыбался… — насторожилась Вика, а я отпустил Киру, и в моей руке появилось Авокадо крепости. Его тут же взяла Настя.

— Ненавижу авокадо… но тут такое вкусное описание…

— В постели не есть! — ворчала Кира. — Саша, закрой глаза этому озабоченному.

На меня тут же упала подушка, и меня придушили… А женщины засуетились и начали одеваться. Интересно, а Костя примет меня в своё общество?.. Ладно, шучу.

Когда мне всё же позволили дышать, девушки уже были либо в пижаме, либо оделись. Ну и строго смотрели на меня. А я что? Я нежадный. Всем по авокадо! Муа-ха-ха…

* * *

— Сейчас сдохну… — простонала Вика, жующая авокадо. Саша же выглядела как мумия. От горечи у неё аж щёки втянулись. А ели мы в зале, расставив столы. Завтрак такой у всех был.

— Ешьте, ешьте. Полезно! Очень! — улыбался я.

— Дим… Твоя месть слишком сурова… пощади! — взмолилась Мелочь-1.

— А что вы сделали? — спросил Костя, который ел авокадо с удовольствием. Монстр какой-то…

— Да потроллили его немного. Ну и Кира грудь показала, а он обиделся…

— На грудь? — приподнял тот бровь, Кира же вздыхала.

— На всё остальное, — Вика улыбнулась в ответ и продолжила жевать горький авокадо. А оно сытное и будет нам вместо плотного завтрака.

Этот авокадо делает тело более устойчивым к получению урона. Кости становятся крепче, шкура прочнее, и так далее. Если бы не временной промежуток усвоения, каждый день ел бы.

— Ну. Сам виноват, что завёл себе столько женщин, — Костя пожал плечами и продолжил есть. — А я лишь убеждаюсь в правильности убеждений нашей организации. Да, Макс?

— Угу, — кивнул толстяк, который уже помирал, но всё ещё ел авокадо. Кстати, кажется, он немного похудел. Видимо, и для него ночка была тяжёлая.

После еды, как только все привели себя в порядок, мы поехали в университет. Там забрали посылки из торгового центра и унесли к себе в комнаты. После чего переоделись в форму и неторопливо пошли на уроки.

И сейчас у нас была отличная лекция! А проходила она в теплице факультета Оазис. Точнее, в одной из них. Лекция же была из общей программы, и нас здесь собралось сто студентов и один преподаватель плюс две красавицы-ботанички.

В том плане, что они маги природы и занимаются ботаникой.

— Как вы все знаете, из-за наступления энтропии и ухудшения плодородности почвы человечество столкнулось с голодом, — рассказывал немолодой преподаватель в серебряных штанах и пиджаке. — Поэтому маги и учёные всего мира занялись выведением новых сортов растений.

Он указал рукой на искусственную скалу, на которой росли помидоры. Куст обвивал скалы и корнями проникал в трещины.

— Вот, к примеру. Данный сорт помидоров способен расти в горной местности. Урожайность невысокая, но он растёт сам по себе, в условиях, где ничто другое не будет расти. А это…

Мы прошли дальше и увидели песок, в котором рос картофель.

— Это пока опытный образец, но мы собираемся засадить этим картофелем всю монгольскую пустыню и немного казахстанских степей. К сожалению, вкус у него пока оставляет желать лучшего, но этот картофель очень сытный. Из него можно производить немало продуктов.

Мы пошли дальше, а преподаватель рассказывал о селекции растений, генной инженерии и магической ботанике. Ну и показывал достижения факультета. Как вдруг я остановился перед неприметным цветком.

— Олег Викторович, а что это? — спросил я, указывая на невысокий, коричневый цветок с пышными лепестками.

— А это, Дмитрий Андреевич, чудо! — заулыбался тот и подошёл ко мне. — Вы ведь тоже природник?

— В какой-то мере, — кивнул ему.

— Не скромничайте. Только сильный маг природы почувствует этот цветок. Он и хоть кажется маленьким да неприметным, но в нём сокрыта огромна жизненная сила. Иначе он бы не выжил в Мёртвых землях.

Люди загалдели, а преподаватель довольно заулыбался.

— Да, этот цветок был найден в Мёртвых землях. Он выжил и как-то, да размножался, сопротивляясь энтропии. Понимаете, что это значит?

— Что, если его изучить, можно найти способ защищаться от энтропии? — спросила одна из моей группы. Та, которая Косички.

— Нет. Защищаться мы и сейчас умеем.

— Вы хотите с помощью этого цвета отвоевать землю у энтропии? — спросил я у преподавателя, и он ещё шире заулыбался.

— Да! Если мы выведем растения стойкие к энтропии и засеем ими Мёртвые земли, то… Мы победим. Всё. Человечество будет спасено!

Студенты загалдели, а я сильно сомневался, что всё так легко. Мёртвые земли — это лишь симптомы. Их устранение не решит главную проблему мира.

Однако меня заинтересовало это растение. И почему-то мне кажется, что в том контейнере, который я спасал из Серова, был цветок. Но куда более мощный.

— М? Брат, ты хочешь, чтобы я нашёл такие цветы? Хорошо, поищем. Всё равно поедем в Мёртвые земли. Но, скорее всего, придётся ждать следующую практику. Зима же скоро. Боюсь, под снегом мало что можно найти.

Древо лишь понимающе вздохнуло. Образно выражаясь, конечно же. Ну а мы продолжили экскурсию, до конца урока слушая о растениях и перспективах для всего мира.

— Вы ведь замечали, что некоторые деревья в Мёртвых землях всё ещё борются за свою жизнь? — спросил преподаватель. — Верхние ветви деревьев нередко имеют зелёные листья. А если мы усилим эти деревья? Природа не сдаётся! Она сильнее, чем кажется, и лишь взаимодействуя с ней, помогая природе, мы сможем…

Он опять начал за старую шарманку и лишь минут через пять продолжил урок. А следующий урок был тоже у оазисников, но там уже выводили насекомых-мутантов. И мы полтора часа слушали, почему это важно. Но я сразу представил себе двух насекомых.

Пчёлка Настя, которая ленивая и прожорливая. Мало летает, низкая эффективность опыления и всё такое. Ну и пчёлка «я». Летаю на реактивной скорости, опыляю цветы одним лишь взглядом и произвожу сто тонн мёда. И это лишь за четверг…

— Поэтому наши модифицированные пчёлы куда более стойки к энтропии и изменению климата, — рассказывала женщина средних лет. — Земли, поражённые энтропией, остаются без насекомых, которые либо уходят, либо умирают. А наши насекомые будут биться до самого конца!

Женщина говорила и говорила, но так много и быстро, что половина смысла попросту терялась. А потом мы посмотрели на червей… Тут я сразу представил червя-Вику, которая лапками копает землю и роет тоннели. И себя червём, который вгрызается даже в камни, переваривая их в плодородную почву… Ну и помаленьку очищая её от энтропии.