"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 332

Вскоре там прозвучала команда на отход к передовым позициям, но мне это уже было неинтересно, потому что драка с Обскурианом требовала полного фокуса. Одного бога я уже одолел, но это был его ослабленный вариант. Теперешний противник тоже был ограничен печатью камелии, а это значит, что его оболочка — не он сам. Будь здесь настоящий бог смерти, я бы не выстоял и минуты и отлично отдавал себе в этом отчёт. Потому Клирикрос до сих пор жив. Он гарантия безопасности всего мира.

Моя теневая красавица разлетелась на сотню призрачных кусков, в который раз она меня выручала. Обскуриан хоть и пробыл сотни лет в царстве Потустороннего, всё равно потратил на неё непозволительно много времени, ведь та могла самостоятельно менять плотность своего тела, исчезать и снова цепляться зубами в ненавистную плоть.

— Ха, вижу ты прихватил с собой кое-кого, — усмехнулся он, сжимая и разжимая укушенную руку, чтобы восстановить кровообращение. — Мой прошлый урок не прошёл даром. Наш святоша сидит на привязи как послушный пёсик!

— Спасибо за науку, — кивнул я, — она мне дорого стоила.

— Большая сила не даётся за просто так, Аластор. Тебе ли не знать, но неужели ты всё простишь этому упырю? Твоя женщина пострадала, а ты носишься с ним как с родным братом. Простишь ему всё?

Я проигнорировал эту мелкую провокацию в сторону Клирикроса и сам задал вопрос.

— Что мешало тебе просто убить императора? Зачем все эти игры с клириками, чего ты хочешь добиться?

— Не твоя забота, смертный. Здесь вопросы задаю я, — вяло отмахнулся Обскуриан и сделал свой ход.

Поднятые в воздух ошмётки трупов, как магнит, полетели в мою сторону, с целью дезориентировать. Без особой паники я возвёл вокруг себя сферический теневой щит и тот перебросил все «снаряды» на первый слой теневого мира.

Обычно я использовал прямоугольную плоскость для этих целей, но возросшие вычислительные мощности позволяли теперь максимально усложнить узор заклинаний и более тонко их настраивать. Это была не просто математика магических чисел и показателей, а целое искусство, создаваемое за доли секунды.

При этом сам я ещё ушёл в тень на второй слой и переместился на двадцать шагов влево. Не зря. Потому что за обманкой последовала и настоящая атака бога смерти. Чёрное копьё материализованной маны прошило сферу насквозь, вызвав взрыв. Я накинул на себя церковный барьер и понёсся в атаку, едва касаясь земли.

Обскуриан успел веерообразным движением руки выставить линию защиты по аналогии с незаконченным кругом смерти и мы столкнулись лоб в лоб. Его потащило по земле назад, но ноги стояли твёрдо, всё потому что он упёрся левой ладонью в невидимый барьер. Мой враг был искусный воин и маг, повидавший тысячи сражений и дуэлей, поэтому контратака не заставила себя ждать.

В его правой руке уже распускался цветок войны из крови собственного тела. Он бросил его мне под ноги и из-под земли красными лианами вырвалось нечто, что опутало мой барьер в считанные секунды и зафиксировало на месте. Я не мог ни взлететь, ни сдвинуться куда-либо.

Старец бодро отпрыгнул назад, при этом его тело подлетело в воздух на три метра, и на меня вниз полетел шквальный огонь из атак тёмной энергией, наподобие того метеоритного дождя, что я часто использовал вначале своего пути.

Задумка в принципе понятна — измотать меня по мане, чтобы я стоял на месте и принимал все эти магические удары, как это делали тысячи клириков. Видимо, его не устраивала моя маневренность на поле боя. Идея хороша, вот только он не учёл одного — я не только достиг успехов в магии света, но ещё и абсолют в стихии огня.

Потому вместо того, чтобы безропотно принимать урон, я снял барьер и сам стал огнём. На сотню метров вокруг из-под земли вверх ринулись столпы такого обжигающего пламени, что превратили в пепел всё, что было внутри. Кровавые щупальца, что попытались опутать меня, испарились в воздухе.

Один лишь Распутин стоял посреди этой выжженной дотла территории, как некий памятник разрушениям. Всё его тело покрылось угольной коркой, глаза вытекли и можно было увидеть очертания черепа, настолько высохла кожа. Он застыл в защитной позе, выставив локоть вперёд. Атака застала его врасплох, как раз когда он приземлялся после прыжка.

«Он не мёртв, ещё ничего не закончено!» — прозвучал в голове настороженный голос Клирикроса, в котором читалась ненависть к давнему врагу, он жаждал увидеть его смерть как никто другой, даже если за этим последует собственная гибель.

— Я знаю, заткнись, — коротко ответил я ему и лишил права голоса, ментальная тюрьма могла и вовсе загнать божка в беспросветную тьму, но я решил — пусть смотрит, может, чего дельного посоветует, но только когда сам попрошу.

Как и ожидалось, вскоре послышался треск — Распутинское тело шевельнулось и от него отвалился целый кусок почерневшей кожи. Регенерация выталкивала повреждённые ткани, чтобы восстановить прежний облик. При всех прочих условиях оно должно было превратится в труху после моей атаки чистой стихией. Как и в случае с тенями, такая магия отнимала четверть маны, потому бездумно разбрасываться ей я не мог.

Не дожидаясь полного восстановления, я снова атаковал. До обретения глаз, надо было покончить с ним. Я вспомнил одно подходящее для этого случая заклинание. «Клинки Серафима». Церковная магия высшего уровня. Спасибо Серапиону за допуск в библиотеку и полученные знания.

Каждая стихия могла создавать себе «помощников», таких как големы, фамильяры или теневые питомцы. У некромантов это манипуляции с мёртвыми телами. Аналог подобной магии был и у церковников, назывался он дух-проводник. Его можно было вселить только в неодушевлённые формы. Такие как оружие. Как правило, церковник призывал к себе в помощники один, от силы два клинка Серафима, но у меня их было шесть.

Все они застыли в воздухе, излучая свечение и ожидая команды хозяина.

— Убить.

Мечи ангелов сорвались с места, готовые нести возмездие. Обскуриан повернул голову в их сторону, явно что-то почувствовав, и даже с потерянным зрением успел-таки создать свои шесть клинков смерти и кое-как отбить атаку. Сейчас он мог распознавать только потоки маны и контролировал все подлетающие к нему объекты. Это давалось ему с трудом и отбирало всё внимание, тело перестало восстанавливаться.

«Самое время заканчивать», — пронеслось у меня в голове и в ту же секунду мой мана-силуэт пробудившегося Девятого исчез из поля зрения бога смерти. Ментальное тело покрылось едва заметной коркой и растворилось для посторонних взглядов.

Плюс те самые крохи иллюзорной магии, что я успел освоить, перевернули сражение в мою пользу. Пока духи-проводники сражались со своими соперниками, для некромантского зрения я растаял в небытие. Обскуриан потерял из виду огонёк жизни своего противника.

Без артефактов-шестерёнок я не мог исказить пространство, чтобы стать совсем невидимым, но мне этого и не надо — мой противник и так слеп! Прыгнув в тень, я моментально подобрался вплотную к богу смерти и всадил атлант ему прямо в череп.

Уносясь со всех ног на мёртвом коне прочь из эпицентра сражения, Александр спешил сообщить Шуйскому о начале запасного плана — убийстве императора. Позади клубился чёрный туман и обычная лошадь не сдюжила бы такую гонку, но эта была под контролем Распутина. Ей не требовался отдых, не ведомо чувство боли и самосохранения. Она просто рвала свои мышцы и связки, чтобы выполнить приказ.

Минут через пять странный чëрный туман оказался позади и Барятинский приободрился. Развязка близко. Скоро он получит своё законное место главы семьи, уж Григорий Ефимович разберётся с его братцем. Зелёный город был уже совсем близко, как неожиданно ноги его скакуна подкосились, а сам он завалился в снег, сбросив седока.

Увлечённый своими мыслями, Александр не успел среагировать и угодил головой в трухлявый пень, потеряв сознание.

Императорский штандарт, группировка войск Центр.