"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 345

— Какой урок, надо кому-то надрать зад? Только скажи, бать, я всё мигом сделаю, — Рустам подбадривающе хлопнул по шее своего скакуна и откинулся обратно в седле.

Не обращая внимания на его последние слова, я выкатил реплику в духе древнего мудреца, но по-другому эти слова не донесёшь в горячую голову.

— Каждый твой поступок будет отражаться на репутации семьи. Это не то же самое, что жить одному или быть простым воином. Да, я знаю, ты любишь всё решать напрямую через мордобой, но в будущем от тебя потребуется гибкость. Умение махать мечом не главное в жизни.

— Если ты про Белинского, то он сам спровоцировал драку, — оправдываясь, запротестовал сын. — Этот гад не в первый раз поносит твою честь. Да если бы не ты, мы бы никогда не закрыли «Северную»!

— Вот как, значит. Ты избил его за моё доброе имя?

— Мне неприятно, что тебя называют убийцей, ты этого не заслужил.

— Всем не угодишь и в каком-то роде они правы.

— Не говори так! Ты обменял жизни клириков на нашу свободу, это было лучшим решением. Я им всем позакрываю рты, — сжав кулаки, гневно проговорил Рустам. — Ты их спаситель, как они смеют… И почему ты сам не расскажешь правду?

— А она кому-то нужна?

— Она мне нужна.

— Но я действительно убил тех людей. Это был мой выбор, почти пришли.

Видно было, что ответ не удовлетворил сына, но я не стал развивать дальше эту тему. Если честно, давно плевать, что там думают разные князья или простой люд, у меня сейчас другие задачи. К тому же любое моё оправдание будет выглядеть жалко. Пусть ненавидят. Так даже спокойней императору.

Мы погрузились каждый в свои раздумья. Время в этом мире пролетело так быстро, что я не успел понять, когда сын успел вырасти. Из-за этого я с беспокойством всё больше думал о будущем, но не о своём.

«Какой же я дурак, что не завёл семью раньше».

От матери Рустаму достались чëрные волосы, а вот волевой подбородок и глаза от меня. Стоит заметить, характером на нас с Ривкой он совсем не похож: слишком вспыльчив.

К сожалению, я не так часто уделял ему время, поэтому жизненного опыта он набирался у воеводы. Я же в свою очередь был в курсе всего: Соловей отлично умел втираться в доверие и ладить со всеми, поэтому я и поставил его на эту должность.

Как-то раз он доложил мне, что Рустам по примеру отца хочет отправиться наëмником на войну с османами. Мать от беспокойства готова была разнести всë в пух и прах. Отпускать сына в магическую мясорубку и я категорически не хочу, но кто ему запретит? Он же тайком сбежит, что-нибудь придумает, кровь то горячая.

Уровень опасности в конфликте людей с людьми намного выше. От монстров ты всегда знаешь, чего ждать. Я не завидую тем, против кого сам воевал: многие погибли страшной смертью, либо даже не поняли в какой момент они умерли. Нельзя недооценивать наших врагов.

Мы добрались до едва приметной заросшей сухим кустарником пещеры и спешились, оставив игнисов у входа. Эта порода слишком умна, чтобы убегать и могла за себя постоять.

Я раздвинул ветви магией ветра и, пригнувшись, вошëл внутрь, позвав за собой сына. Спустя десять метров мы выпрямились и зажгли магический огонь. Дальше проход расширялся. С потолка капала вода, иногда было слышно, как в углу шуршит грызун, воздух наполнился железистым запахом.

— Господин, — прохрипел голос впереди и Рустам дёрнулся, он то не обладал некромантским зрением и не видел подходившего бесшумно мортиканта-смотрителя. — Всё готово как вы просили, мы собрались.

— Отлично, — кивнул я и мы прошли ещё несколько сотен шагов прежде чем оказались внутри искусственно созданного помещения, огромного пустого зала с гладкими серыми стенами.

Там на каменной плите, раздвинув в стороны руки и ноги, лежал голый человек. На нём не было оков, цепей или чего-то ещё, однако сдвинуться или спрыгнуть он не мог.

— Кто это? — спросил Рустам, но замолчал, когда увидел подошедшего сбоку лысого мордоворота в мясницком фартуке, измазанном в крови.

Он замахнулся огромным тесаком и отсëк руку пленнику. Вытерев плечом ошпаренную щеку, экзекутор буднично толкнул обрубок в стоявшую неподалёку тележку с солью.

— Мой давний враг, — пояснил я сыну.

На его глазах отрубленная у предплечья рука вылезла из обрубка как макаронина и сформировалась в миниатюрную пятерню. Проталкиваясь вперёд и хлюпая, она разрасталась также вширь, покрываясь тканями, проводя новые кровеносные сосуды, формируя жёлтую жировую ткань и мышцы.

— Фокус-покус! — захохотав, прокричал пленник и приподнял голову, наслаждаясь реакцией мальчишки.

ХРЯСЬ!

И выращенная рука снова была отрублена мясником. Собрав полную тележку конечностей, он покатил её в соседний цех, где мясо уже развешивали на крюки и готовили к дальнейшей обработке другие работники-мортиканты.

— Его называют Артист, когда-то своей жестокостью и больной фантазией он снискал себе дурную славу. Бессмысленные убийства ради потехи, пытки, издевательства — не было греха, которого он не совершил. Так бы и продолжалось, не попробуй он навредить моей семье.

— Его нельзя убить?

— Точно! Я бессмертный пха-ха-ха! Я нужен своему Повелителю, нужен твоему папашке. Я полезный, кушайте меня, прошу к столу. Только слюнявчик не забудь, салага, — он прервался на истеричный хохот.

Истощавший в край и измученный постоянными трансформациями он давно потерял свой «товарный» вид, что отразилось и на психике. Мясник снова заскрипел колëсиками новой тележки с солью. Однако в этот раз он отрубил сразу таз и принялся вытаскивать потроха как гирлянду.

— Смотри, не отворачивайся, — велел я сыну, заметив, как тот испытывает сочувствие к мучениям Артиста. — Если его отпустить, он убьëт твою сестру, твою мать, наших домашних. Внимательно смотри. Я мог бы избавиться от него пятнадцать лет назад, но какой в этом прок? Чем мне тогда кормить остальных мортикантов?

— Так ты специально оставил его в живых?

— Так он принëс больше пользы.

Хоть Рустам и бывал часто в резервациях, но в настоящем сражении, где вокруг гибли товарищи, он не участвовал. Он не знал, что такое убить человека, наивно сравнивая это с тренировкой на монстрах. Поэтому он согнулся пополам от позыва рвоты.

— Готов ли ты поступать на войне также? Если нужно будет допросить врага, пожалеешь? — в этот момент я ощущал себя тварью, но я не хотел, чтобы чёрно-белый мир в его голове слишком рано забрал у меня сына. — Османы с пленными не церемонятся, их некроманты не дадут тебе рано умереть.

— Это нечестно, отец.

— Лучше ты увидишь всë так.

— Слушайся папку, сопляк, иначе будешь как я… Хочешь на моë место? — сплëвывая кровь, просипел мортикант, а потом неожиданно добавил. — Ты БУДЕШЬ на моëм месте и тогда я сдеру с тебя кожу на чехол для контрабаса, флщ, — карикатурно облизнулся он.

— Заткнись, урод! — выпрямившись и сжав кулаки, произнёс Рустам.

Я потрепал его по плечу и не глядя обратился к Артисту.

— Ты забыл своë место?

— Я вижу, она тебя жрëт, Аластор, ты скоро сдохнешь и тогда я приду. О да, я буду нежен и с твоей женой… Сначала она увидит мой концерт, загоню ей в жилы спицы и будет хлопать как миленькая, твоя сучка… Культурная программа включена-с… П-простите, мой Повелитель, — угрожающие интонации вдруг сменились на плаксивые, виноватое выражение лица и округлившиеся глаза говорили, что он снова пришëл в сознание.

— Умолкни! — утробно пробасил мясник и со свистом рубанул Артиста по шее, на плите осталась только плачущая голова, остальное тело упало в тележку.

— Думаю, достаточно, — поглядев на сына, сказал я. — Подожди меня снаружи, я скоро приду.

— Хорошо, отец.

Когда шаги позади стихли, я подошëл к Артисту и коснулся его лба.

— Про жену было лишнее.

— А что ты мне сделаешь? Хуже чем есть, уже не будет, ха-ха! Я тебе нужен… Я полезен…

— Ошибаешься.

— Погоди, а как же… Не убивайте меня, Повелитель, нет!

Из моей ладони заструился густой антрацитовый свет и мортикант с ужасом догадался, что его час пробил.