"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - "Likitani" - Страница 1252

Испуганно заржали кони за спиной, забесновались твари внизу, в отдалении ударил гром. Но Крине не было до этого. Каждой клеточкой своего тела она все четче ощущала напряжение, которое начало ее пронизывать. Бог откликнулся на ее зов и на время доверил девушке огромную силу. Теперь лишь она решала, как ей распорядиться.

— Карн саткор… — с придыханием прошептала Крина и будто толкнула что-то вперед.

Кипящая кровь, окутывавшая пылающую и будто плавящуюся статуэтку, колыхнулась и устремилась вперед, вниз по склону. Тонкие ручейки с каждый шагом разливались все обильнее и обильнее, превращаясь в широкие ручьи. При этом кровь начинала замедлятся, течь не столь быстро, как вода, но жар, который она источала, становился лишь нестерпимее. В какой-то момент струйки кипящей крови обратились в широкие потоки пылающей лавы, которая неумолимо стремилась вниз с холма. И даже не думала остывать! Наоборот, жар становился лишь сильнее, а лавы становилось лишь больше. Росшие на склоне холма кусты и травы уже пылали во всю, лесные птицы и звери уносились прочь от пожара, прятавшиеся в глубоких норах твари рванулись прочь, но было уже поздно. Через пару мгновений, широко разлившаяся лава достигла первых подземных проходов и с яростным бурлением часть ее хлынула вниз. Пожар было уже не остановить.

Крина бросила цепкий взгляд вниз, стараясь разглядеть что-то через клубы дыма и жаркое марево. Большинство тварей, показавшихся на поверхности, даже не думала о том, чтобы прорваться на вершину холма, с которого лилась лава. Чудища рвались прочь, стремясь скрыться от накатывающего потока лавы. Пиромантша этого допустить очень не хотела.

Широко разведя руки, будто силясь обнять широкое дерево, Крина замерла, дрожа от натуги. Края огненного вала ускорились и начали обгонять остальной поток, охватывая логово полукругом. Рыжая сдавленно улыбнулась, но тут ее внимание привлекла новая напасть.

Земля в центре изрытого луга задрожала. За несколько мгновений до этого, из нор вырвалось несколько летающих тварей и замерло в воздухе, явно страдая от густого дыма и жара, но пока что не пытаясь улететь прочь. Пока что Крина была против них бессильна и потому вновь перевела взгляд на норы. Как раз вовремя.

Тонкая земляная корка по центру луга лопнула, наружу рванулись густые клубы дыма, искры, а следом и пламя. В его языках мелькнул странный силуэт, на мгновение опал, но уже в следующий миг на волю выползло пара ужасных созданий, опаленных огнем, но еще способных стоять на ногах.

Основой для первого чудища явно послужил медведь, хотя хоть сколько-то нетронутым у него осталась морда. Зверь был крупнее своих лесных сородичей раза в три. Шкура с его спины слезла и висела клочьями. Ребра вдоль позвоночника были вырваны и вывернуты наружу, но куда страшнее было то, что из огромной зияющей раны, в которую превратилась холка зверя, торчали здоровенные паучьи лапы. Судя по тому, как медведь то и дело ими перебирал, хитиновые конечности были его неотъемлемой частью.

Когда тварь, явно испытывающая боль от опалившего ее пламени, встала на задние лапы, Крина успела разглядеть пару десятков длинных рук, пришитых к его груди и брюху. Длинные черные когти, которыми были украшены конечности, прекрасно давали понять, что и снизу тварь атаковать не получится, если даже удастся как-то миновать его паучьи лапы. Руки были нашиты в два ряда и переплетены меж собой, издалека напоминая зубастую пасть растущего на Болотах растения, что питается мухами. Правда эта образина вполне могла слопать в один присест целого человека, окажись у него на брюхе рот.

Вторая тварюка была ничуть не лучше медведя. Хотя бы потому, что состояла из множества людских тел. Длинная многоножка, основой для которой послужили десятка два несчастных, а еще столько же лишились рук, которые и служили лапками этой твари, металась на вытоптанной земле, стараясь сбить пламя. Из огромного, зубастого рта химеры, который украшал распухшую человеческую голову, вырывались визги боли. На хвосте чудища несколько окостеневших ног срослись в нечто вроде навершия булавы. Кости утолщились, покрылись короткими, шишковатыми шипами и выглядели довольно грозно. Когда многоножка в очередной раз извернулась, силясь сбить пламя, ее хвост рассек воздух с огромной скоростью. Крина тут же представила, что случится, если под этот удар подставится человек. Скорее всего бедолагу после этого не спасется даже клирик.

— Отсекай их, чтобы не вырвались! — Бэг тоже разглядела тварей.

— Давай вторую кобылу! — рявкнула Крина, и без подруги понимавшая, что медлить не стоит.

Новый поток крови хлынул на разгоряченную землю. И без того горячая лава с новой силой потекла вперед. Крина с усилием свела руки, стараясь замкнуть огненное кольцо, не забывая при этом гнать потоки просто вперед. Но девушка понимала, что может не успеть. Крылатые твари, ждавшие в небе над норами, ринулись вниз, стоило многоножке сбить пламя. Пока Бэг подводила вторую кобылу, твари вновь поднялись в небо, теперь неся в когтях и лапах длинное, уродливое тело. Рыжая пока что плюнула на этого врага и сконцентрировалась на медведе.

Но и там все было не слишком сладко. Бежавшие прочь твари развернулись и бросились к покинутым недавно норам. Крина не понимала к чему это, пока на ее глазах, слабенькие химеры не начали бросаться в лавовую реку, в месте, где кольцо сомкнулось, но преграда была еще слишком узка. Их плоть тут же вспыхивала, горячая лава захлестывала тварей с головой, но это было неважно. Проклятый медведь, ревя от боли, вырвался из огненного кольца. Лапы ему наверняка подпалило, а большая часть ведьмовского воинства и вовсе погибла в огне, но оба козыря пострадали не слишком сильно. Крину это не устраивало.

Больше не экономя силы, что давала ей пролитая кровь, рыжая «стряхнула» их остатки в пироматнию, завершая ее. Лава яростно полыхнула напоследок, с холма хлынул последний огненный вал, а затем ее источник иссяк. Но Крине уже не было до этого дела. Сорвав с пояса новую статуэтку, девушка зло прошипела:

— Храйг торвэг болгйюр!

Пылающие внизу пламя задрожало и нехотя отозвалось – все же сил у Крины оставалось немного. Повинуясь ее воле, огонь перестал расползаться по округе, выжигая поля и охватывая леса. Стягиваясь к точке, на которую указывала девушка, пламенные языки неспешно втягивались в пока что ленивый хоровод. Повинуясь приказу Крины, с каждой секундой все больше ускоряющийся круговорот, пополз в сторону уходящих тварей. Рыжая стреляла взглядом от одной химеры к другой, не зная, которую из них поджарить.

— Бей многоножку, пока она в воздухе! — крикнула Бэг. — Вместе с ней подпалишь летунов.

Крина и сама думала над этим. Медведь выглядел грозно, но с полтора десятка крылатых тварей, что сейчас тащили вторую химеру, могли доставить куда больше проблем. Рыжая перевела взгляд на них, подгоняя все ускоряющийся огненный ураган поближе. Нужно было решаться – долго такую мощь держать в руках было непросто. Но что-то Крине не давало покоя. Точнее кто-то. Где была ведьма? Ведь не по своей же воле десятки тварей повернули назад, лишь бы спасти медведя переростка!

Рыжая еще раз быстро взглянула на спасшуюся по земле химеру, но тут же потеряла к ней интерес. Ведьма вряд ли ушла по земле вместе с медведем. Слишком опасно. Будь Крина на ее месте, то ушла бы по воздуху. Значит рядом с многоножкой? И тоже мимо. Зачем держаться рядом со столь лакомой целью для атаки, если можно затаиться в тенях и понаблюдать?

Крина вскинула голову и лихорадочно за озиралась. Густой дым застилал небо, лишал обзора. Разглядеть хоть что-то в те редкие мгновения, когда порывы ветра разгоняли густую черноту, было безумно сложно. Но пиромантша будто знала, к кому стоило обратиться, когда выбирала пиромантию для последней атаки. Храйг был Богом правосудия, искупления и очищения. И посвященное ему пламя, которое девушка все еще контролировало своей волей, само потянулось к главному виновнику всего происходящего. Крина уловила направление, перевела туда взгляд и когда ветер вновь разогнал дым, действительно разглядела в небесах одинокую крылатую химеру, замершую в отдалении от всех остальных. Больше не думая, девушка указала на нее пальцем и коротко выдохнула: