"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - "Likitani" - Страница 1415

В голове, как шестеренки в механизмах, двигались мысли.

Для создания направленной чумы нужны образцы самого человека. Кровь, слюна, возможно, подойдут волосы и ткани, но я бы предположила кровь, все же самая сильная привязка. Но все целители королевской семьи дают такие клятвы, что в них невозможно найти и малейшего зазора для предательства. А если… целитель не семьи, а животных? От этой мысли я споткнулась на ровном месте, вызвав недоуменный взгляд проходящего мимо сотрудника. Улыбнувшись ему, дескать, вот такая я неловкая, я медленно пошла дальше. Оба принца кучу времени проводят в королевском зоопарке. Там можно пораниться, опасные магические животные держатся в клетках с шипами и острыми прутьями. Да и сами животные так и норовят укусить, особенно, когда в них чем-то тыкают. Не бежать же к своему человеческому целителю, когда рядом есть специалист, уж точно способный залечить и обработать маленькую ранку?

А клятва главного целителя королевского зоопарка куда свободнее и дает пространство для маневров. Достаточно просто стереть салфеткой кровь, а потом не утилизировать эту салфетку, как образец бесценной жидкости, а… да хоть куда-нибудь выкинуть. В заранее оговоренную урну.

Жаль, что мои домыслы к делу не пришьешь. Но надо бы ими с кем-нибудь поделиться, из тех, кто шить умеет. Мой свекор, как я понимаю, сшил не один десяток дел.

Кабинет Эдварда располагался на последнем, четвертом этаже. Да, мой бывший запрыгнул максимально высоко, насколько позволяло его положение. А вот пустят его дальше? Выше головы, как известно, прыгать затруднительно, а вот шагнуть через головы и по головам пройтись — это совсем иное.

Дверь я открыла без стука, и плевать, чем и с кем он там занимается, его проблемы. Но Эдвард, как ни странно, оказался один. Он радостно улыбнулся и вышел из-за стола мне навстречу, поправляя и без того безупречный светлый костюм.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Привет, Линда, — радостно улыбнулся мужчина. — Я почти начал волноваться, что ты не придешь. Рад, что все-таки не зря тебя ждал и держал отчет.

— Спасибо, — без какой-либо благодарности в голосе ответила я. — Я все принесла, надеюсь, это вдохновит тебя на плодотворную работу для всеобщего блага.

— Твою лицензию я бы и так продлил. Просто надеялся на твою сознательность.

Бывший был сама любезность и галантность, подвинул даме стул, предложил кофе. В его кабинете нашелся кофейный столик, диванчик слишком большой и широкий, что мысли снова вернулись к девушке за стойкой при входе. Вообще, кабинет его выглядел достаточно дорого и презентабельно и раньше, возможно, я бы даже прониклась. Вот только после последнего похода в Миасский банк меня ничем не удивишь. И от кофе с угощением предпочла отказаться, мне слишком не терпелось скорее убраться отсюда подальше. Да и принимать пищу от того, кого подозреваю в возвращении чумы, вообще не целесообразно. Я, конечно, не заражусь, но лучше о таком не распространятся. И неизвестно еще, насколько смогли видоизменить болезнь. Поэтому молча выложила коробку на стол и подвинула к Эдварду.

Он сразу же достал из ящика папку с записями по моей клинике, открыл страницу с редкими ингредиентами и начал сверять все с исходным списком. Какой дотошный! А ведь у меня была мысль оставить себе хотя бы парочку самых ценных: семена хрустального вьюнка и когти ледяного гризли — их прямо от сердца отрывала. Не зря, как выяснилось.

— Ну что, здесь все, благодарю тебя от лица Целительской палаты, — Эдвард протянул руку, которую я проигнорировала.

— Благодарностями сыт не будешь. Ты обещал рыночную стоимость, — напомнила я. С паршивой овцы надо стрясти хоть что-то.

— Конечно.

Бывший, вроде, не изменился в лице, но я почувствовала его недовольство. Он же так старается, распинается тут для меня. И все-таки эмпатия — довольно неплохая способность. Как-то раньше я ее недооценивала, только на животных и использовала.

Вот только когда Эдвард залез во внутренний карман пиджака и вытащил пачку векселей, недовольство поднялось уже во мне.

— Это еще что? — я взяла в руки один ли листков — и точно. Владелец счета Эдвард Стейн. — Ты собираешься заплатить мне из личных средств?!

— Я могу себе это позволить, не переживай, — усмехнулся мужчина.

— Да мне плевать, что ты там можешь себе позволить, как я потом докажу, что передала ингредиенты Целительской палате? Будь добр оформить все соответствующим образом.

— Линда, — бывший тяжело вздохнул, — это же куча бумажек и бюрократия.

— Бюрократия — наше все. Оформляй. И деньги я получу только официально через казначейство. Иначе отдавай мне коробку обратно, и я иду писать заявление, что ты пытался присвоить себе имущество палаты.

— И как же ты это докажешь? — в мужском голосе зазвенела сталь. Удивительно, эту его сторону я еще не видела.

— Ментальное сканирование давно используется в дознании. Мне жених рассказывал, — последнее прямо-таки добило обычно сдержанного человека.

Бывший взял чернильный грифель, инкрустированный камнями, дорогая меховская игрушка даже для хозяина такого кабинета, и с остервенением принялся писать на обычном гербовом бланке. Заполнять там оказалось не так уж много, каких-то два листа, работы на десять минут, а эмоций-то столько было!

Закончив, Эдвард положил передо мной лист, припечатав его сверху ладонью.

— Надеюсь, теперь, ты довольна, — процедил мужчина.

Я отодвинула его палец, убедившись, что сумму он вписал правильную, и кивнула. А еще порадовалась, что меховские чернила моментально высыхали и, как обещали, не выцветали со временем, а еще не размывались в воде. Последние пункты меня мало интересовали, данную бумагу все равно придется отдать в казначейство. А жаль. Если не как доказательство, то как образец почерка я бы себе оставила.

— С тобой приятно иметь дело, — улыбнулась я, окончательно убирая клешню бывшего с распорядительного письма — так оно называлось.

— Не могу сказать того же про тебя.

— Да я в общем-то тоже только из вежливости, — не сдержала усмешки в ответ.

Провожать меня никто не собирался, как и помогать вставать или открывать дверь. Что, кончилась галантность? Ненадолго же его хватило. Такому только с бумажками в кабинете и работать, а не с живыми людьми. У меня в клинике трудных клиентов навалом, и даже младший брат с ними лучше справляется.

Спину мне прожигал злой взгляд, я физически ощущала его затылком, захотелось почесаться, но удержалась. А заодно вспомнила, имелся ли у Эдварда серьезный потенциал темной магии, не перерастет ли его злоба в неоформившееся проклятье?

Дверь я закрыла с обратной стороны и спустилась на первый этаж, где располагалось казначейство. Несколько раз по молодости мне случалось выполнять заказы Целительского корпуса и самой Целительской палаты. В те времена счета в Миасском банке у меня не водилось, класть на него было совершенно нечего, так что и получала я деньги монетами.

— Давайте через Миасский банк, — попросила я сидящую за столом женщину, достаточно молодую, но успевшую неплохо расплыться от своего сидения.

— Как скажете, нам же легче, — кивнула сотрудница и принялась выписывать уже нормальный вексель Целительской палаты.

— И много вам приносят в день ингредиентов? — толпы народа из желающих возмездно сдать подорожавшие перья сгоревшего феникса не наблюдалось.

— Да никто не сдает, — пожала плечами женщина. — Но если Эдвард Стейн написал, то примем и оплатим, чего уж там.

Судя по тому, как с придыханием сотрудница произнесла имя бывшего, он и сюда успел сунуть свой точеный нос. Или не только нос… Нет, вряд ли. Эдвард всегда был слишком разборчивым, и если во встретившую меня целительницу на входе я вполне верила, тут сомневаюсь. Много ли надо тем, кто не избалован вниманием? Пара букетов и коробка конфет? Мне ведь когда-то хватило…

Проклятый Эдвард! Так и знала, что снова буду переживать вот это все. И досадно теперь не из-за того, что бросил, тут напротив весьма удачно вышло, а в то, что я повелась.