"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - "Likitani" - Страница 940

— С пальцем нормально, — видимо, последнее я произнесла вслух, но взгляды эльфа и мага ничего хорошего не сулили.

— Это зум, — пояснил Тин. — Если он попробовал хоть каплю крови, то жертву в покое уже не оставит.

Я пригляделась к зуму, на вид совершенно не страшному, в отличие от большинства виденных мною представителей магической фауны.

— И ты хочешь сказать, что вот эта мелочь такая сильная и опасная, что смело нападает на людей?

— На людей они нападают крайне редко, обычно выбирают подходящую по силе и размеру добычу — мелкую домашнюю живность или птицу. Так что зумы у нас из разряда вредителей. Это тебе просто посчастливилось стать его следующей жертвой.

— То есть эта мелкая пакость теперь так и будет на меня охотиться?

— Да, конечно, она будет охотиться и на кого–нибудь еще — не умирать же от голода из–за строптивой добычи — но от тебя не отстанет.

Я посмотрела в большие круглые глаза кусачего гада. Нет, с ним точно надо что–то делать.

— А можно его как–нибудь приручить?

— Нечисть? — поразился моему предложению Тин. — Нет, Гхыш, это не зверь, это полумагическое существо, которое не позволит чесать себя за ушком и радостно вилять хвостом при виде тебя.

Сразу ужасно захотелось его почесать, но укушенный палец еще не прошел.

— Так что его можно только убить. Или ждать, пока он догадается подобраться к тебе во сне и перегрызет артерию, — завершил мысль Тинарис.

Вот что за непруха, а? Зум, которого язык не поворачивался назвать нечистью, так жалобно пищал, что махнуть рукой и сказать «Убиваем!» эта самая, пусть и укушенная, рука не поднималась.

— Отпусти его, — решила не прибегать к крайним мерам я.

— Гхыш, во–первых, раз я его поймал, то отпустить уже не могу: любая нечисть у нас подлежит истреблению. Во–вторых, жалость в данном случае совершенно неуместна. Нечисть опасна и непредсказуема, зачем тебе лишние проблемы?

— Так, — встала в позу я, — это моя нечисть, она укусила меня и охотиться тоже собирается на меня, поэтому я не позволю решать ее судьбу кому–нибудь другому! К тому же, как ты правильно заметил, проблем у меня столько, что одной больше, одной меньше — погоды не сделает. За нами темные эльфы охотятся, по сравнению с ними такая тварюшка — это даже не опасность, а так, мелкая неприятность.

— Как знаешь!

Тинарис явно не одобрил мое решение, но спорить не стал. Замечательный мужчина!

Мою персональную нечисть он с чувством выбросил в дыру в стене, через которую до этого «вышел» Ульт. Но убегать наглый зум не спешил, на прощание обернувшись и оскалившись, продемонстрировав великолепные острющие зубы на зависть любой пиранье. А не погорячилась ли я? Но, рыкнув вдобавок на заглядывающего внутрь дракона, зум в два прыжка скрылся из виду. Ничего себе, какой быстрый!

— Оценила? — поинтересовался маг.

В ответ я только небрежно пожала плечами. К тому же у нас теперь есть свой очень крутой эльф, так что мы больше можем ничего не бояться, разве что самого эльфа. Пить я ему отныне не позволю.

— Какой–то нечистью нас не напугаешь.

— А что у тебя с темными эльфами? — внезапно спросил Тин.

— С темными эльфами у меня ничего.

Ничего хорошего уж точно.

— Если ты согласишься на пару дней задержаться, дальше в Авардон пойдем вместе. А то что–то я за тебя переживаю. Разберемся с источником — всё равно вряд ли что–нибудь обнаружим — и свернем операцию.

Предложение было такое заманчивое, но…

— Тин, пришло донесение от Модра, — заглянул в покореженный сарай один из магов его команды. — Недалеко от источника он обнаружил следы магического воздействия огромной мощности. Предположительно — цепь молний.

— Пожалуй, мы выдвинемся сейчас сами, — определилась с ответом я. — Быстрее выйдем — быстрее дойдем, а то вдруг ты застрянешь здесь надолго, все–таки источники — дело непростое, мало ли какие сложности возникнут? Тут идти–то всего ничего осталось.

— Как знаешь, — снова согласился маг.

Было заметно, что мыслями он далеко отсюда, обдумывая новую информацию. И нам стоит находиться подальше к тому моменту, как он до чего–нибудь додумается.

Когда мы вышли из сарая, то в очередной раз оказались в центре внимания. Простой и не очень люд столпился вокруг перекошенного сарая с дырой вместо одной из стен и недовольно перешептывался. Недовольнее всех был хозяин постоялого двора, что не удивительно. Одни убытки и разрушения от нас.

— Маги всё оплатят! — во всеуслышание заявила я, чем вызвала одобрительный гул населения и неодобрительные взгляды магов.

— Знаешь, после встречи с тобой моя жизнь стала очень насыщенная, при том что я и до этого не скучал, — признался Тинарис. — Береги себя, я всё еще не теряю надежды на совместные бурные ночи. Ты же помнишь, где я буду тебя ждать?

— Конечно! Мы ведь еще не опробовали твою замечательную кровать! — нарочито громко и радостно сказала я, заметив в толпе зрителей брюнетистую и грудастую дамочку.

Тин, безусловно, понял, что я работаю на публику, и не преминул этим воспользоваться, с чувством сжав меня в объятьях и невзначай опустив руки несколько ниже талии, за что получил болезненный щип за бок и, ойкнув, руки убрал.

— Да ты шалунишка, — подмигнул мне мужчина.

— Увидимся у тебя, — я звучно чмокнула мага в щеку.

На этом сцена нашего чувственного прощания закончилась, но я не сомневалась: это не последняя наша встреча. Оставалось надеяться, что и следующая будет столь же дружественной.

Глава 14. Легализация дракона

После нашего ухода от магов Луаронас ощутимо расслабился: было заметно, что всё время он старался держаться от всех, особенно от Тинариса с его чуйкой, подальше. Даже руки магам с неохотой жал. Хорошо, что у него и раньше отношения с ними складывались не ахти, иначе подобная настороженность смотрелась бы совсем подозрительно. Но эльф и до этого не отличался приветливостью, а Тинарис мыслями находился уже далеко от нас, так что ушли мы спокойно, надеясь, что магический контроль не нароет ничего, способного хотя бы косвенно привести к нам. Честно говоря, иметь Тина во врагах мне бы совсем не хотелось, и дело даже не в том, что чисто по–человечески он мне нравился, а в том, что врагом он был опасным.

Так что Авардон, до которого, если верить карте, оставалось всего ничего, казался тем спасительным местом, где все приключения и неприятности должны закончиться. Во всяком случае, мне очень хотелось в это верить, а уж как там на деле сложится — посмотрим.

Правда, теперь проблема имелась не только у меня. Возвращение Луаронаса в Сармандагар виделось мне затеей крайне рисковой и опрометчивой, но заговорить об этом у меня не получалось, поэтому я дожидалась подходящего случая. Эльф также старательно обходил тему дома, при этом охотно поддерживая нашу болтовню обо всем остальном. Наверное, ему самому хотелось отвлечься и отодвинуть непростой разговор и еще более сложное решение.

— Зато один плюс у этой истории все–таки есть, — решила подтолкнуть я темного к разговору. — Мы вернули часть твоих украшений.

— Да уж, — согласился эльф. — Правда, если бы украшения стали ценой моего спокойствия, я бы, не задумываясь, ими расплатился.

При этих словах Луаронас достал кольцо, надев его на палец, а затем полез за цепочкой. Не найдя ее в одном кармане, ощупал другой, вытряхнул всё из куртки. Мы остановились, пока он потрошил свой вещмешок, но подвески–медальона нигде не было. Мы переглянулись, читая в глазах друг друга один и тот же вопрос: где? Если потерял на постоялом дворе — это ерунда, а вот если где–нибудь возле источника или у ручья, где эльф испытывал свою новую силу…

— Ладно, — попробовала я успокоить товарища, — в любом случае его еще нужно найти, а в высокой траве это не так просто, практически как в стогу сена.

— Маги найдут без проблем, — вздохнул темный. — Собственно, и мой брат их почувствовал, а не случайно нашел. И кольцо, и подвеска — сильные артефакты. Фон на поляне, где стоял источник, почти отсутствует, там бы его сразу почувствовали, остается место у ручья. Если фон от заклинания «Цепь молний» ослабнет, то артефакт станет заметен.