Непокорные - Росс Лия - Страница 3

– Спасибо, что не бросила меня. – Я вновь обняла ее, чувствуя приятное тепло. Она гладила меня ладонью по волосам и целовала в макушку, как это делала раньше мама.

– А теперь иди и меряй свой костюм. Надеюсь, я не прогадала с размером.

Кивнув, мы вместе вернулись в прихожую, где я вытащила из пакета весь комплект и переоделась. Одежда была легкой и удобной, нигде ничего не сковывала, облегая все тело. Застегивая жилет, повернулась к напольному зеркалу и покрутилась вокруг себя, рассматривая каждый изгиб.

Смотрелось очень даже хорошо. А за время восстановления скинула несколько килограмм, что очень плохо, ведь я и до этого весила не так много. Придется возвращаться к каждодневному спорту и пробежкам.

– Выглядишь отлично! Юлик будет в шоке, как только увидит тебя, – прыснув от смеха, Аня уперлась плечом на косяк двери, скрестив руки на пышной груди.

– Ты его только на людях так не называй, а то Третьякову это явно не понравится. Помнишь, как он разозлился тогда? – Повернулась к подруге лицом, нахмурившись.

В памяти возник тот момент, когда нам было по пятнадцать. Тогда я уже уверенно чувствовала себя в седле и мне давали прокатиться на плацу, когда никто не занимался.

Тогда и Юлиан влился вместе со мной, находя себе новых друзей в кругу занимающихся с тренерами. Еще в школе его дразнили Юликом и измывались над именем, как могли. Он всячески пытался защищаться, но порой получалось очень плохо из-за мягкого характера парня.

И в какой-то момент, стоило одному новенькому, у которого явно отсутствовал инстинкт самосохранения, вновь исказить его имя, как Юлиан не на шутку разозлился и налетел на того с кулаками. Никогда не видела его таким, ведь Третьяков раньше казался добрым и совсем не конфликтным.

Да и раньше сам по себе Юлиан был совсем другим.

Да и что скрывать, мы дружили с детства. А после он изменился до неузнаваемости. Наше общение сошло на нет, а конкуренция стала настолько сильной, что между нами появилась огромная пропасть. Каждый хотел победить, доказать, что он лучше. И однажды это довело меня до греха.

Глава 2

Отчаяние

Ненавистный мне будильник прозвенел в шесть утра. Пришлось отключать в полусонном состоянии, чтобы не разбудить отца. Пусть мы и находились в разных комнатах, это не мешало громкому звуку распространяться по всему дому и будить его жильцов.

Я медленно встала, слегка поежившись от прохлады. За окном на удивление сияло яркое солнце, попадая прямо мне в глаза. Зажмурившись, задернула темные шторы и нацепила на себя тоненькую кофту и мягкие тапочки. Следовало подкрепиться перед тем, как отправиться на конюшню.

Не успела проснуться, как в моей голове уже был целый рой мыслей по поводу того, как Третьяков отреагирует на мое резкое появление, ведь последние несколько лет мы совсем перестали общаться, плавно перейдя из разряда друзей в разряд конкурентов.

Как это произошло – сама до конца понять не могу, но уверена, что та шайка, с которой он связался, подбила его разорвать со мной дружбу себе же во благо. Боялись и видели во мне сильного соперника и через доверчивого Юлиана добились этого, злорадно хихикая над моими провалами на тренировках.

Из-за глубоких раздумий и воспоминаний не заметила, как на кухню зашел папа. Он выглядел бледноватым и уставшим, а синяки под глазами давали ясно понимать, что отец почти не высыпается из-за того, что встает слишком рано и без какого-либо перекуса бежит на конюшню. Он настолько ответственно подходит к своей работе, что порой забывает позаботиться о самом себе.

– Доброе утро, солнышко. – Папа чмокнул меня в лоб и распахнул дверцу холодильника, пытаясь найти там что-нибудь съестное.

Я улыбнулась ему и включила плиту. Раз уж он не спит, то приготовлю завтрак нам обоим, заодно прослежу, чтобы точно доел все до конца. А то уйдет на работу и будет там до самого вечера. Не хочу, чтобы он оставался голодным.

Из-за стресса и постоянных болезней папа тоже сбросил парочку килограммов, и это начинало меня беспокоить. Он и так сам по себе некрупной комплекции, вполне стройный и широкоплечий мужчина, который не раз привлекал к себе женское внимание.

Я даже пару раз замечала, что Марина Эдуардовна – тренер Юлиана – заглядывается на папу и строит ему глазки, миленько улыбаясь. Но я ни разу не видела ее на пороге нашего дома. Думаю, она боится меня и моего осуждения по этому поводу, ведь отцу уже давно не тридцать. Однако если мой папа будет счастлив, то почему бы и нет. Прятаться, как молодежь, в закоулках не самая лучшая идея.

– Как ты себя чувствуешь?

– Вполне сносно. Поем и побегу к своим лошадкам, – при их упоминании папа всегда расплывался в безмятежной улыбке. Насколько же сильно он их любит.

– Я все хотела у тебя спросить… Как там моя Матильда? – Мой вопрос заставил отца развернуться ко мне лицом. И оно явно выражало не только удивление, но и печаль.

– Понимаешь… после твоего падения Матильда осталась одна. А после бедную лошадь подкосила болезнь. В общем, ты понимаешь, к чему я…

– Я поняла.

Отвернувшись, прикусила нижнюю губу, стараясь не заплакать.

Это была моя любимая кобыла.

Мы подружились с ней еще в мои семнадцать, когда тренер предложил мне попробовать свои силы в настоящих скачках и готовиться к ним. Помню до сих пор каждое ее пятнышко и мягкую гриву, которую медленно и аккуратно расчесывала, заплетая мелкие косички. Как она чуть не откусила полруки в наше первое знакомство, когда я еще не до конца понимала, как с ней поладить. Но нам удалось найти общий язык, и мы с Матильдой будто срослись вместе.

Пусть мне и было наплевать на все, что происходило на конюшне после полученной травмы, я не переставала думать о том, что же будет с моей лошадью, но не рискнула спросить отца. Боялась услышать, что ее отослали.

– Солнышко, не грусти. Я понимаю, как тебе обидно. Но так получилось. – Папа сгреб меня в свои теплые объятия, прижимая к груди и покачивался в разные стороны, пытаясь так успокоить, словно младенца.

– Все хорошо.

– Зато ты бы знала, какого мустанга нам привезли. Такой здоровый и красивый, тебе бы он точно понравился, – добавил папа, когда я освободилась из его хватки.

– Мустанга? Раньше у нас таких не было. – Нарезая овощи, отправила их в раскаленную сковороду, помешивая деревянной лопаткой. Достала яйца из холодильника и бутылку со свежим коровьим молоком. Плюсы жизни в маленьком городе – собственное производство и прямиком из ближайшей фермы.

– Сами были в шоке. Но один из хозяев распорядился его к нам отправить на замену. Конь очень прыткий, гордый. Пока никто не смог с ним поладить. – Папа помог мне разбить яйца в миску и взбил их вилкой.

– Даже Третьяков?

– Даже Юлиан. Он пытался, но тот вообще ни в какую. Даже чуть не ударил его копытами. Я сам к этому коню подхожу с опаской, хоть он и дает себя помыть да почистить, – усмехнувшись, он вылил содержимое миски в сковороду к овощам и прикрыл крышкой.

Я уперлась ладонями в кухонный стол, вздыхая. Надо же, даже Юлиану не удалось его приручить. Удивительно, ведь он с лошадьми разговаривает на их же языке.

– Почему?

Вопросительно посмотрела на отца:

– Что – «почему»?

– Почему интересуешься? Ты целый год не поднимала эту тему, – папа приподнял бровь и любопытно глядел на меня, убавив огонь на плите.

– Я буду участвовать в скачках.

– Давай-ка по порядку. Почему вдруг? Анька тебе напела на ушко про деньги?

Папа хорошо относится к Смолец и всегда ей благодарен за помощь, но вот понимая, что подруга знает все обо всех, наверняка сразу смекнул, кто мне рассказал про увеличенный призовой фонд, который так и заманивал. И, боюсь, не только меня одну.

– Да. И нам нужны эти деньги.

– Нам не нужны эти деньги. Я не дам тебе снова упасть с лошади. Это слишком опасно, Агата. – Густые брови нахмурились. Отец был явно недоволен моим решением.