"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 311

Когда мы вошли в озеро Каспля по одноименной реке, я уже составил предварительный план побега. Уйду один, мне нет смысла тянуть ещё кого. Потонут, не возьму грех на душу. На одной из стоянок я подобрал плоский колотый камушек. Светло-песчаного цвета с тёмными прожилками, он сильно смахивал на кремень. Уверен, что этот осколок потеряли местные охотники. Они часто пользовались кремниевыми наконечниками при изготовлении стрел и копий. Камушек небольшой, и я смог его примотать стянутой у охранника полоской кожи к руке. Так-то я опять босый в драной рубахе и нечистых портах. Начинаю привыкать к такому стилю одежды.

Всё правильно, речка вытекающая из озера совсем обмелела, и мы подошли к волоку. Тут делов дня на три, не меньше. Разгрузиться, пешком преодолеть километров тридцать и ждать нашего судна. А его будут тащить волы по специальным каткам.

Все устали, и невольники и охранники. Нас припрягли к погрузочным работам и когда судно наконец спустили на чистую воду, все попадали от усталости.

В этот раз нас не стали сковывать на ночь цепью, оставили в верёвках. Это прямо как судьба. Потому что бежать я планирую завтра. Мы на берегу озера. По его спокойной воде несколько часов хода и будет речка Катынь, которая впадает уже в Днепр ниже Смоленска. Другого удобного случая не будет.

Ночью я лёг набок, накрыв верёвку собой и стал ждать, когда все уснут. Только потом начал работать, пытаясь перерезать прочную верёвку острой кромкой камня. Получалось откровенно плохо. Я умудрился пару раз порезаться. Но к середине ночи осталась только одна прядка. Я её тоже надрезал, думаю смогу порвать. Была мыслишка рвануть в ночь, но мы на свету костра и двое охранников постоянно бдят. Опытные людоловы, поди знают все повадки невольников.

Это безыменное озеро вытянуто каплей с севера на юг. Восточный берег сильно зарос камышом и густым кустарником. А вот западный почти лысый, там бережок пологий и спрятаться негде. Почти негде, фишка в том, что исток реки Катынь смещён к западной части и кормчий вынужден будет прижаться к западному берегу.

Я как-то купался в этом месте, тут прямо к воде подходит глубокий овраг и в нём какая-то зверюга выкопала приличную нору. Я в неё залазил и даже попугал наших. Тогда я сильно оттолкнулся от борта лодки и под мутной водой проплыл метров двадцать до той ямы. С воды её не видать. Мои тогда здорово побегали, решили, что я покончил с собой таким оригинальным способом.

Утром я молил бога, чтобы охранники не стали проверять верёвки. Нас накормили, я съел всё и даже жалостливым взглядом выпросил добавку. А когда всех погнали на погрузку, я постарался оказаться у левого борта по центру.

Время потянулось как резина, ветер слабенький и лодка медленно дрейфует на юг. Я жадно осматриваю места. Даг бог, мне придётся здесь идти. Западный берег пустынен, никаких следов человека.

Сердце начало биться, ещё минут пять и настанет моё время. Я уже продумал, как буду действовать. Руками попробовал верёвку, поддаётся. Я делаю вид, что интересуюсь восточным берегом. Неожиданно по левому борту вспорхнули утки и поднялись стаей с воды, что вызвало живейший интерес охраны.

Лёгкое напряжение запястья, и я свободен. Мне мешает охранник, сидевший на банке в метре от меня. Я подполз к нему, локтем от всей дури врезал по почкам и вскочив на лавку сильно оттолкнулся ногами.

Холодная вода сомкнулась над моей головой. Пройдя под днищем лодки, я начал методично работать руками-ногами. Вода в озере мутная и я погрузился где-то на метр. Теперь, по идее, всё внимание будет на левый борт, а я оказался с противоположного и плыву, стараясь двигаться равномерно. Наверное, сказалась низкая температура воды и экстремальная ситуация, но воздуха в лёгких совсем не осталось, а берега всё нет и нет.

Чёрт, я немного промахнулся и пришлось взять на несколько метров южнее. Лёгкие горят, в голове шум и понимание, что больше не могу. Наконец знакомое место и я всплыл. Каких усилий мне стоило не вздохнуть жадно, с хрипом насыщая лёгкие воздухом. Вцепился непослушными пальцами в мокрую и скользкую глину, пытаясь не шуметь.

Обхватив себя руками, борюсь с дикой дрожью от холода. Но я буду сидеть тут несколько часов. Людоловы не уйдут сразу. Лодка войдёт в реку и типа поплывёт дальше. А несколько человек обязательно вернутся понаблюдать. Я слышал про их тактику.

Хм, а этому что тут надо? В мою нору заглянул небольшой зверёк, никак я занял чужую жилплощадь. Озноб немного утих, это я смог выжать мокрую одежду. Но мне ещё сидеть тут часа два. Не думаю, что они захотят потерять остаток дня, но лучше перестраховаться. Сейчас где-то полдень, темнеет тут часов в шесть. Был бы я на восточном берегу, ушёл бы по зарослям камыша. А тут как на платцу, всё видать. Зато я смог обмануть разбойников. Видел по левому борту стрелы, пронзающие воду. А я перебрался на правый и остался жив.

Сам не заметил, как уснул. Видимо сказалась бессонная ночь и треволнения. Высунул нос, когда уже стемнело. Прислушался, нет вроде тихо. Тогда сторожась выбрался из оврага, при этом пару раз поскользнулся в темноте на глинистом склоне.

А утро застало меня в леске. Я решил пока не уходить от речки. Простирнул одёжку и развёл в низинке костёрчик. А пока греюсь, одежда сушится. Жрать охота просто неимоверно. Самое ценное у меня сейчас — это кожаный ремешок. С его помощью легко развести огонь. А ещё у меня получилась недоразвитая праща. Ремешок узкий и короткий. Но ежели взять небольшой голыш, то можно попытаться.

Как же холодно. Сейчас начало октября и в тёплом плаще было бы намного уютнее. Я же крадусь к месту, которое облюбовали местные пернатые. Надеюсь, несмотря на пробирающий ветерок, я смогу раздобыть себе жирненькую уточку. От этого зависит моё выживание.

Вот интересно, смог бы мой тестюшка выжить в подобных условиях? Я сижу и греюсь. Костёр уже прогорел, и я зарыл в угли утиную тушку, обмазанную глиной. С трудом заставляю себя не думать о вкусном и сочном мясе. Не хочется уподобиться зверю и рвать зубами сырое.

Я не переживаю, именно сейчас я на своём месте. Я не боюсь леса, а пошли сплошные леса. Чащоба меня не пугает. Наоборот, там мне легче выжить. Не даром меня соседские мужики кликали лесовиком. Леший по-нашему. Потому что лес чувствую по-особому. Я услышу чужих раньше, чем они смогут заметить меня. Вот только мне нужно идти на север к людям. Позарез нужна тёплая одежда. Но сейчас я буквально влез в тлеющие угли, живительное тепло убаюкивает меня, только цикады нарушают тишину леса.

Да, несмотря на холодные ночи, можно только порадоваться, что сейчас осень и в лесу достаточно возможностей прокормиться. Намного хуже оказаться в подобной ситуации зимой или ранней весной. С пропитанием никаких проблем. Я продолжаю возвращаться вдоль реки и недостатка в пернатой дичи нет.

А когда речка истончилась я пошёл по своеобразному дорожному тракту. Шириной метров пять, не меньше, со своеобразными следами волочения. Это и есть волок. Только сейчас здесь пусто. Неподалеку должен располагаться населённый пункт. Его жители и занимаются перемещением лодок от одного озера к другому. Я даже кое-кого там знаю.

Приближавшуюся повозку я услышал задолго до того, как она показалась из-за поворота. Классическая арба с огромными колесами и влечёт её пара волов. Эти повозки популярны на юге, а волов используют для транспортировки судов. На облучке сидит молодой парень, рядом мужчина постарше.

— День добрый, не подвезёте?

Меня с подозрением рассмотрели. Я и в самом деле не внушаю своим внешним видом. Босоногий, в рваной грязной одежде. Наверное, я бы и сам сто раз подумал, прежде чем связался бы с таким. Может я варнак беглый или невольник. Кем я, собственно, и являюсь.

Но, видимо мой вид не смутил местных, — и тебе здравствовать. Садись, подвезём.

Пока тряслись по кочкам, я вкратце рассказал, что сумел бежать с басурманского плена. Мои благодетели и в самом деле проживали в деревеньке, называвшейся Волоковая. Отец с сыном возвращались домой.