"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 554

Господи, скорей бы ночь, тогда от меня все отстанут.

А через час раздался звонок в дверь. Это видимо отец, Ирка полетела ему открывать. И из прихожей послышались голоса. Сестра просвещает отца о приезде блудного сына.

Отец на полголовы ниже мамы, интересно куда она смотрела, когда соглашался выйти замуж. Мужчина остро глянул на меня и бросил на стол корреспонденцию из почтового ящика. Я встал и подошёл к нему, — ну привет, пропащая душа. На утреннем приехал?

На всякий случай я согласился, пусть будет утренний, — я в душ, Оля что у нас на ужин.

— Ой, Юра, а я ещё к плите не подходила. Сейчас что-нибудь придумаю.

Пять минут прошло, как родители исчезли. Отец в ванной, а мама на кухне.

— Умничка, с меня сюрприз. Что бы я без тебя делал, — я чмокнул сестру в румяную щёчку и направился на кухню. Оглянувшись, увидел немного обалдевшую сестру.

Интересно, а что я опять не так сделал. Этот придурок что, сестру в чёрном теле держал?

Мама судорожно решала, что приготовить на ужин. Открытая морозилка явила замороженную длинноногую курицу и пакет с фаршем.

— Ма, — вмешался я, — а давай котлеты сбацаем.

— Котлеты, ты хочешь котлеты? Кончено, только у меня фарш не разморожен, придётся подождать.

— А давай я сам займусь ужином, я ты отдохни.

Блин, опять палюсь, мама смотрит на меня, как на умственно отсталого.

— Ма, ну я в Караганде сам готовлю и ничего, ребятам нравится. Давай, ты мне только найди панировочные сухари.

Мне выдали ржаные сухари, которые требовалось ещё скалкой размолоть в муку.

Так, мне нужен кипяток, чтобы быстро разморозить фарш. Через полчаса я дул на руки, которые стянуло судорогой от холода.

Фарш нужно хорошо вымещать, в него я добавил сухой укроп, пару сырых яиц и хлебный мякиш, вымоченный в молоке. Туда же покрошил чеснок. Теперь на разогретую сковороду выкладываю сформированные котлеты, вывалянные в сухарях.

— Ир, поди сюда, — сестра заглянула на кухню, — чо?

— Не чо, а что. Давай картоху чисть, будем пюре делать.

— А мне надо заниматься.

— Мне тоже надо, а я тут вам котлеты жарю. Быстро чисти картошку.

С недовольной моськой Ирка пристроилась рядом, — ну, и что там? — заговорщицки спросил я.

— Ну, мама с папой шепчутся. Наверное, о тебе.

— Да, ну и ладно. Пусть шепчутся. Давай ставить воду для картошки.

Через час народ стал активно интересоваться, когда сядем ужинать. А у меня котлеты доходят. Я их обжарил на сильном огне, а потом долил бульона в кастрюльку и тушу на медленном огне, закрыв крышкой. Картошка давно сварилась и осталось только помять и сделать пюре. Но это в самом конце.

Кушать сели на кухне. Мама открыла банку с соленьями и выложила аппетитно смотрящиеся помидорчики на блюдо.

Видимо в честь моего возвращения, отец открыл бутылку болгарского вина. Я пить отказался, зато отдал должное своим котлеткам. А они получились знатные, нежные с зажаристой корочкой. Пюре благоухало сливочным маслом и послужило хорошим гарниром.

Но вот разговор за столом не сложился. А после чая отец пригласил меня в кабинет. При этом он шуганул жену, которая попыталась сунуться вслед за нами.

— Ну, сын, рассказывай. Как учёба, как дела и вообще.

Заметно, что отец настроен к моей особе, как бы это помягче выразиться. Но не буду его разочаровывать. После того, как я вкратце рассказал ему о моих успехах, он недоверчиво покрутил головой.

— И что, ходишь на лёгкую атлетику? Хотя да, ты сильно похудел.

— Па, да мне самому надоело жирняком ходить. Вот и занялся спортом.

— Ясно, а как с деньгами? Хватает?

— Да, спасибо. Я работаю. Устроился сторожем во вневедомственную охрану. Платят неплохо, 75 рублей. Со стипендией получается на круг 125, мне хватает. Так что не надо мне больше помощь присылать. Одежда на зиму есть, питаюсь в столовке, иногда с ребятами готовим сами или ходим в кафе. Так что всё в порядке.

Интересно, где я так напаскудил, что родной отец не доверяет моим словам. Он смотрит на меня и недоверчиво хмыкает. А потом он прикурил сигарету и открыл форточку:

— Ну хорошо, если так. Ладно, иди отдыхать, ты с дороги. Завтра вечером договорим.

Последняя фраза привела меня в уныние, о ещё чём говорить то? Неужели о том деле, от которого я был вынужден убежать в казахстанскую степь?

Уезжал я назад гружёный как верблюд. Мама передала мороженное мясо, несколько палок сырокопчёной колбасы и даже огромную рыбу. Палтус называется.

— Ма, куда я с ней в вагон. Да и где я готовить буду? У нас маленькая плитка в комнате.

— Ничего, жаренная она очень вкусная, у вас там такой, наверное, и нет. И вообще на улице тридцать градусов мороза, не пропадёт.

За эту неделю я вполне смирился с существованием у меня сестрицы и мамы. Сейчас я абсолютно искренне обнимал и целовал обеих.

А вот с отцом у меня не так всё прекрасно. Он на меня не наезжал, но заметно, что не доверяет и ожидает от сынули подлянки. Я, если честно, его не понял. Вроде любящий муж и отец. Проректор крупного института, но что-то с ним не так.

Но отец купил мне билет в купейный вагон скорого поезда, так что я назад доехал очень быстро и с комфортом. Сел поздно вечером, а утром вылез на перроне вокзала Караганды. Пока ехал, вспоминал своих близких.

Иришка свой человек, меня не сдала и искренне радовалась, что у меня наладилось с мамой. А с ней у меня и в правду всё хорошо. Я боялся, что материнский инстинкт сработает. Может и сработал, но как-то раз мама пришла пораньше с работы, когда Ирки не было дома. Ну и не знаю как она поняла, но спросила, что со мной случилось? Пришлось повторить свою версию, про заразный поезд и сорок дней в больнице. Только на сей раз я не упоминал про потерю память.

Мама всхлипнула и притянула меня к себя. Так мы просидели в сумерках, пока не пришла Ирка. С этого момента наши отношения разительно изменились. Мама однозначно приняла мою сторону и поздно вечером я слышал, как она сварливо выговаривала о чём-то отцу.

А папа внешне не высказывал своего отношения, но заметно, что он не ждёт от меня ничего хорошего.

За всеми этими событиями я забросил изучения ценного девайса в голове. Просто не мог себе позволить отвлечься на него. Я и так всю неделю ходил по лезвию бритвы.

Глава 10

Шестой семестр не принёс неожиданностей. Я возобновил занятия в манеже. Серёга подогнал мне настоящий болоньевый костюм. Синий с красными полосами по бокам. Это совковый парадокс. В их занюханном совхозе в сельпо свободно лежат подобные вещи. Сельчане не любят эту химию, предпочитаю натуральную овчину. А вот я теперь бегаю кроссы по утоптанному снегу, не испытывая дискомфорта.

Неожиданно получило продолжение моё желание научиться танцевать. В вестибюле института повесили объявление, что во «Дворце студента» университета объявляется набор на занятия бальными танцами. Как потом выяснилось, объявление старое, ещё с осени. И его повесили по ошибке. Ну а я как идиот и попёрся. Идёт занятие группы, народ слаженно изучает шаги какого-то латиноамериканского танца, а я обратился к их руководителям.

Интересная стройная женщина опустила меня на грешную землю, — ты немного опоздал, новую группу набрали ещё осенью. А сейчас февраль на носу, ребята уже здорово продвинулись. Тебе их не догнать.

— Аннушка, что за товарищ? — к нам подошёл стройный мужчина.

— Валер, да парень только что прочитал объявление о наборе к нам, вот и пришёл.

Если я правильно понял, эта пара и ведёт занятия. Группа отрабатывает движения танца под магнитофонную запись и дружно косится на нас.

— Занимался раньше танцами?

— Нет? А спортом каким-нибудь?

— Лёгкой? Ну присоединяйся. Посмотрим. Ань, у нас парней нехватка, девчонки в паре стоят, а ты таких кадров отталкиваешь.

Блин, а мне даже не во что переодеться. Но почти час я вместе с другими изображал великого танцора. А на следующем занятии мне дали девушку в пару. Правда она почти на голову ниже меня и бедняжка на следующее занятие одела туфли с высоким каблуком, чтобы не тянуться сильно вверх.