"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 686

– Святые угодники! – отмерла старушка, увидев нас, – унучик мой старшенькай, Жоффреюшка! Кровиночка моя ненаглядная! – запричитала она, бодренько кинувшись к нам, не выпуская из рук не веревку, не клюку, на которую, к слову сказать, и не опиралась, – Машка! Сучье вымя! Капыты та пяряставляй бодрея! Робяты, а вы пажовей, пажовей, а то мой унучек гостинцаф век не дождетси!

Ошеломленный Селедкин сделал шаг на встречу родственнице, и они обнялись, вызвав у нас приступ умиления.

– Здравствуйте, Серафима Дормидонтовна! – поприветствовал бабульку Погодин.

– Стас штоля? – староста всея Руси оглядела его цепким взглядом.

– Он самый! – усмехнулся тот в ответ.

– Харош! – похвалила его старушка, – девку тябе надысь, справную!

– Я над этим работаю! – ничуть не смутился Погодин.

– А етя девицы-красавицы хто ш такия будут? Уж не Алька ли с Хунькаю? – колючий взгляд переместился на нас.

– Здрассте, – слаженно кивнули мы.

– Они, они, бабушка! – подтвердил Жорик, как будто бы ей это было необходимо. Да догадливости бабы Симы на десятерых таких, как мы, хватит.

– Хорошия! – одобрила нас космическая путешественница, – ня обяжайтеся на старую женчину, но наша та лучче, – морщинистое лицо осветилось улыбкой при взгляде на Айу. Девушка смущенно опустила глаза, – Она? – кивнула старушка на астерийку.

– Она… – подтвердил внук.

– Маладец! – выкрикнула бабулька и хлопнула Селедкина по спине. Даже мы все подскочили от пронзительности ее голоса, – Одобряю! Ты девица ня робей, чай топерича ня чужие! Меня баб Симой кличуть…

– Айа, – улыбнулась Жоркина «мальвина».

– Аюшка-лапушка… – словно смакуя, произнесла старушка, – а хорошо… так и станям велячать! Показуй, унучик, куды итить! Ваш… как яво… лягар! Постоялый двор обещал!

– Я тоже так думала, мой мальчик, – Яванна смахнула слезу уголком платочка, – но Боги сотворили чудо. В наш род вошла связавшая, истинная связавшая моего внука.

– Поздравляю, – процедил Дарин и зло взглянул на нашу с дедом обнимающуюся парочку.

Я не могла спокойно смотреть на лицо «леденца» и вновь спрятала улыбку на груди легара. Дед мягко меня отстранил, усадив на диванчик.

– Дарин, друг мой, – произнес он, вставая за креслом ба, – позволь представить тебе мою связавшую, Вельскую Пелагею, отныне Сорг!

Легар поднес ладонь бабушки к губам и нежно поцеловал, отчего она смутилась и на ее щеках вспыхнул румянец.

– Очарован, фаэра Пелагея, – ответил Элвэ, при этом он поднялся и поклонился моим деду и бабушке, а потом недоуменно взглянул на меня.

А я? Что я? Веселилась, не в силах сдержать улыбки на счастливом лице, ведь не каждый же день твоя родная прапрабабушка дает согласие на брак с твоим же родным прапрадедушкой, причем по любви, которая прошла испытание огромным количеством времени.

– Позволь тебе представить мою дорогую и горячо любимую… – дед встал за моим диванчиком и ведь специально сделал такую длинную паузу! Я смотрела, как в глазах тангира вспыхивает злость, – внучку, Алевтину Верник!

Легар закончил мое представление и, наклонившись, нежно поцеловал в щеку. Разумеется, я чмокнула его в ответ, наблюдая смену эмоций на вдруг побледневшем лице Дарина Элвэ. Смятение… Шок… Надежда… Облегчение… Неверие… Радость?

– Внучка? – переспросил он.

– На самом деле праправнучка, но для краткости я зову ее внучкой, – ответил пройдоха-дед и отошел к креслу бабушки.

Тангир Элвэ медленно подошел к моему диванчику, сел рядом и, взяв обе мои ладони в свои, сказал:

– Я безмерно рад вашему новому статусу, фаэра Алевтина! – он склонил голову и нежно дотронулся обжигающими губами до тыльной стороны ладони, заставляя мое сердце отбивать чечетку.

– А знаешь, что, мальчик мой, – вдруг сказала энфина Яванна, обращаясь к Элвэ, – не спеши с обрядом. Дом Беллимов никуда от тебя не убежит. На праздник объединения наш род будет отмечать обретение моим внуком своей связавшей. На торжественном вечере в честь этого события, я представлю обществу и своего потомка, птенца – Алевтину Сорг. Приглашаю тебя, Дарин Элвэ, посетить наше родовое гнездо, дабы разделить нашу радость. Надеюсь ты прибудешь в сопровождении своей энфины Айды?

– Непременно, – отозвался «леденец», не отводя от меня голодного взгляда.

– Хмм… – многозначительно хмыкнула Ява, – пусть твоя энфина сама едет, а ты погости у нас! Мы все будем тебе рады!

– Почту за честь, фаэра Яванна! – тангир низко поклонился эленмарке и, наконец, выпустил мои руки.

Люблю своих новых родственников. Они хоть и эленмарцы, но порою приоритеты расставляют правильно и мудро. Дед весело подмигнул в ответ на мой взгляд. Чувствую, каникулы скучными не будут!

– Легар Сорг, вы вызывали меня… – напомнил «леденец».

– Ступайте. Приказ получите завтра, тангир Элвэ! – сказал легар, – время уже позднее.

– Слушаюсь! – отчеканил «леденец» и продолжил, обращаясь ко всем, – позвольте откланяться. Доброй ночи.

Мы переглянулись. Ни о чем подобном никто из нас не слышал.

– Давай пока к нам, а там разберемся! – сориентировался Стас, со страхом глядя на процессию военных носильщиков, – как долетели, уважаемая Серафима Дормидонтовна?

– Далече… до Ксипеи та вашей! Но брешут бабы та наши, тяпло долетела… мяганька, Машку маю не обяжал никто… – отозвалась бабулька, бодро семеня за Погодиным.

Вслед за козой то и дело сыпались темные горошины. Переволновалась животинка.

– Ваш питомец мусорит! – строго предупредил бабу Симу андроид-уборщик.

– Видит Бог, ня мусор это! – возмутилась староста всея Руси, – удобрения!

Программа андроида зависла, он ничего не сказал, только молча поплелся убирать коридор.

– Как же вы на звездолет козу-то протащили? – восхитилась Хуня, нежно погладив Машку между рогами.

– Ох, тяжко пришлося, милая… – посетовала Серафима Дормидонтовна, – Мяфодий кума Мякитишны, траюроднай сестры мояй второй нявестки, просил, у таво деверь Клим Болшаглазай – большая шишка в зямной таможне, дак и то пряшлось мзду атстегувать… мядком, да соленымя грибочкамя токма и расплатилися…

– А зачем вам здесь коза? – удивился Стас, хотя, лично я, там, где дело касалось бабушки Селедкина, ничему не удивлялась.

– Ох, милай! Да коза ента ш – молочко для ентай… как яво… потенции… правнучков страсть, как охота поняньчать… – выхохнула старушка, умильно зажмурив глаза. Селедкин и Айа покраснели, – подарочак енто… молодым… на свадябку! Машка! Шевяли капытамя!

Я отстала от нашей своеобразной процессии. Мимо меня прошли носильщики скарба бабушки Селедкина. Достав комм, уже собиралась набрать номер легара, чтобы уточнить, где селить Серафиму Дормидонтовну.

– Вот ты где, Верник! – послышался рядом мелодичный, но наполненный ядом голос… Анвен Беллим.

Я взглянула на нее и… Не засмеяться – было выше моих сил. Блондинистые волосы, в прямом смысле слова, стояли дыбом. «Принцесса» поработала на славу! Сколько дней прошло, а эффект все еще заметен невооруженному взгляду.

– И тебе, доброе утро! – просто сказала я, давясь смехом, – стойкий перманент? Где делала?

– Верник! – зло прорычала эленмарка. Кажется, моя улыбка раздражала ее еще больше, чем общение на нейтральных тонах, – не прикидывайся глупее, чем ты есть. Сначала, я недооценила тебя, но теперь, поверь, все держу под контролем.

– Анвен, ты же не Бог. Поверь, даже он кое-что упускает или предпочитает не замечать, а ты держишь… и причем все! Расслабься!

– Не зли меня! – крикнула блондинка и ее лицо некрасиво покраснело, – вы – земляне, наглые, пронырливые и жадные. Тянете свои слабые ручонки к тому, что вам не принадлежит!

– О чем это ты? – наигранно удивленно обратилась к эльфийке.

– Последний раз предупреждаю тебя! Дарин Элвэ – мой, и этот вопрос решен!

– Кем? – продолжала разыгрывать из себя дурочку.

– Его решили энфины наших родов! – визжала крошка Беллим, – очень скоро пройдет наш обряд! Он станет моим навечно, будет смотреть мне в рот… исполнять любую прихоть… ловить каждое мое слово!